Каменный Дом

Глава 14. Предвестники Грома.

*

1939 - июнь 1945 года. Город Кремлёвск.

К концу 1930-х годов воздух в городе Кремлёвск, да и по всей стране, стал густым от предчувствий. Большой террор, прокатившийся волной арестов и расстрелов, вроде бы пошел на спад, но его леденящее эхо всё еще витало над каждым домом, каждой семьей. Люди научились жить, не задавая вопросов, не вспоминая лишнего, не выделяясь.

Павлу, сыну Анастасии, к 1939 году исполнилось двадцать лет. Он вырос высоким, широкоплечим парнем, с умными, пытливыми глазами, унаследованными от матери, и сильными руками, как у отца. Детство без отца, в атмосфере недосказанности и негласного контроля, закалило его характер. Он был замкнут, серьезен не по годам, но в то же время невероятно проницателен. Анастасия, его мать, сумела защитить его от самых острых углов реальности, но не могла спрятать от него сам факт этой реальности.

Павел помнил отца лишь смутно, как теплый, сильный образ, исчезнувший в одну ночь. На его вопросы о Николае Анастасия всегда отвечала уклончиво, что "отец уехал работать далеко, на большую стройку", и Павел, чувствуя её тревогу, перестал настаивать. Он понял, что есть вещи, о которых говорить нельзя. Он хорошо учился в школе, а затем поступил в индустриальный техникум, мечтая стать инженером. Он верил в силу созидания, в то, что именно труд и наука могут изменить мир к лучшему, а не бесконечные чистки и подозрения.

Анастасия, теперь уже уставшая, но несгибаемая женщина под пятьдесят, продолжала работать фельдшером в больнице. Она видела слишком много страданий, чтобы поддаваться отчаянию. Её жизнь была посвящена Павлу. В нём она видела продолжение и Николая, и своих родителей, и всю несправедливо оборванную линию Разумовских. Она научила его читать по старым книгам, которые чудом сохранила, рассказывала о мире, который был до революции, о красоте, о знаниях, о человеческом достоинстве. Но всегда с оговорками, с полунамеками, чтобы не навредить.

Она знала, что Елена, её мать, давно умерла. Последние несколько лет мать жила совсем одна, запертая в своих двух комнатах Каменного Дома. Слухи доходили до Анастасии: Елена угасала тихо, почти незаметно. Когда она умерла, её обнаружили только через несколько дней. Похоронили её на том же кладбище, что и Михаила, без помпы, без почестей, просто как одну из многих жертв нового времени. Анастасия не могла прийти на похороны, боясь привлечь внимание к себе и, главное, к Павлу. Это было одно из самых горьких решений в её жизни. Теперь Каменный Дом был полностью лишен своих прежних хозяев, его стены стали лишь камнями, лишенными души рода Разумовских.

***

Судьба Дмитрия Разумовского, когда-то всесильного сотрудника НКВД, оказалась такой же беспощадной, как и судьбы тех, кого он сам отправлял в лагеря и расстрельные рвы. В вихре очередных внутриведомственных чисток, в конце 1930-х годов, его самого обвинили в "заговоре", "предательстве" и "троцкизме". Те, кого он когда-то презирал, кого уничтожал без малейшего сомнения, теперь, будто по издевательству судьбы, разделили с ним одну участь.

Однажды ночью, в своем же кабинете в Каменном Доме – той самой гостиной, где когда-то собиралась его семья, – Дмитрия арестовали. Его собственные подчиненные, вчера еще беспрекословно выполнявшие его приказы, теперь хладнокровно зачитывали ордер. Он не сопротивлялся. Его лицо было бледным, но в глазах мелькнуло нечто, похожее на осознание. Возможно, в тот момент, когда его тащили по коридорам его бывшего дома, мимо дверей, где жили его родители, он вспомнил слова отца: *«Ты пожалеешь об этом, сын…»* Но было уже слишком поздно. Он был частью системы, которая пожирала своих же создателей.

О его судьбе ходили лишь скупые слухи. Говорили, что его расстреляли, как и тысячи других. Или что он сгинул в одном из бесчисленных лагерей. Точная дата и место его смерти так и не станут известны. Так Каменный Дом, символ разрушенного дворянского мира, поглотил и своего мятежного сына, ставшего палачом.

*

Надвигающаяся война с Германией, казалось, висела в воздухе, хоть об этом и не говорилось открыто. В газетах писали о "мире во всем мире" и "дружбе народов", но люди чувствовали напряжение. Павел, как и все его сверстники, проходил военную подготовку. Он был готов служить, готов защищать свою Родину, хоть и не понимал до конца всех перипетий политики.

Анастасия же жила в постоянном страхе. Она видела, как мужчин призывают в армию, как готовились эвакуационные пункты. Она знала, что война несет смерть, и боялась потерять Павла – единственную связь с её прошлым, единственную надежду на будущее. Она пыталась поговорить с ним, убедить быть осторожным, но он лишь улыбался, как это делали все молодые люди, уверенные в своей бессмертности.

Июнь 1941 года. Город Кремлёвск жил своей обычной предлетней жизнью. Дети играли на улицах, из открытых окон доносились звуки радио. В Каменном Доме, ставшем теперь средоточием городской администрации, кипела своя работа. Никто не ожидал.

Утром 22 июня 1941 года мир Анастасии, Павла и всей страны перевернулся. Радио оповестило о начале Великой Отечественной войны. Германия напала без объявления войны.

Каменный Дом, что видел Революцию и Террор, теперь готовился к новой, еще более страшной главе. Его стены, столько пережившие, должны были выстоять перед лицом невиданной катастрофы. А для семьи Разумовских это означало, что Павел, последняя надежда рода, должен был уйти на войну, и лишь Богу было известно, вернется ли он.

*