Камни, веер, два меча

Камень сетей

Камень сетей раскрывает отношение мира к судьбе вопрошающего. Три грани камня от мира живых и другие три от мира каму. Объединение – говорит о том, что мир поможет вопрошающему, ловушка – будет препятствовать, а сито – соберет с вопрошающего дань.
 Свиток Ишинаи

Неопытные прорицатели толкуют значение камня сетей как объединение, ловушку и сито. Но суть кроется в самом названии. Сеть – это всегда сеть, она сковывает большее, отпуская малое. Более важным является выпавший мир. Кто стоит рядом с вопрошающим? Живые или каму?   
Прорицатель Шикои, по прозвищу Сборщик камней

…Юко стянула с головы обмотки и отпустила их на пол. Встряхнула головой и черный водопад волос растёкся по плечам. Она взглянула мне прямо в глаза и начала развязывать пояс...

За полдня до этого, на рассвете:

В дверь негромко постучались. Я открыл засовы, за дверью обнаружился рудокоп. Невысокий, кряжистый, с грубыми чертами лица, он больше походил на плохо обработанную глыбу базальта, чем на человека.
– Доброе утро, достойные люди, – негромко сказал он. – Меня зовут Мичи. Я буду вашим проводником.
– Мы почти готовы, – за всех ответил Торн. – Подождите нас снаружи.
Мичи равнодушно кивнул и вышел, прикрывая за собой дверь.
– Так, – сказал Торн. – Если на нас планируют напасть, то сделают это в шахтах. Всегда можно сослаться на неожиданный обвал.
– Мои ножи со мной, – подала голос Юко.
– Мне оружие не требуется,– хмуро добавила Руэна.
– Понимаю, – кивнул син-тар. – Атари, большим мечом под землёй особо не помашешь, возьмем малые.
Я коротко поклонился и начал копаться в тюке, маскирующем наш арсенал.
– Ну, все готовы? – спросил Торн, дождался ответных кивков и махнул в сторону двери.
Утром в предгорье обычно прохладно в любое время года. Но сегодня что-то шло не так. Солнце, едва показавшись за кромкой гор, начало немилосердно жечь. Пока мы поднялись из деревни к входу в тоннель, успели промокнуть от пота, высохнуть на стылом ветру из ущелья и снова вымокнуть. У широкого, около пяти кэн в высоту, входа притулилась небольшая деревянная хижина. Мы не успели подойти, как из нее выскочил мужчина, поразительно высокий для рудокопа.
– Стойте, назад. Назад! Кто разрешил посторонним приближаться…
– Не шуми, Тэкуми, – поднял руки наш проводник. – Вот разрешение от мастера.
Привратник долго рассматривал бумагу и хмурился.
– Какая блажь нашла на него? – наконец буркнул Тэкуми, возвращая бумагу. А ежели сегодня каму шуметь будут? По всем приметам…
– Не будут. Мастеру виднее.
– Да ёкай с тобой. Бумага подписана. Вас на платформе спустить или лестницей пойдёте?
– Платформой. До четвертого спусти, дальше ножками. Покажу гостям, за счет чего тарран живёт.
Вдруг Тэкуми снова нахмурился:
– А почему с пустыми руками? Ни фонарей, ни веревок, ни воды! Да даже обмоток нет…
– Ну чего ты цепляешься! – с досадой воскликнул Мичи. – Мы же по закоулкам не будем лазить, только прогуляемся по центральным галереям и назад. У меня есть фонарь!
– Слышать ничего не хочу, – ответил Тэкуми. – Ждите тут, сейчас всё принесу!
Он ушел в свою хижину и почти сразу вернулся с охапкой какого-то тряпья, флягой и двумя масляными фонарями.
– Сегодня помочь вам некому, выходной. Так что будьте осторожны. Вот эту ткань, она называется обмотками, намотайте поплотнее на голову в несколько слоев, – стал объяснять Тэкуми. – У вас может и крепкие черепа, но камень все одно крепче. Фонари простейшей конструкции. Вот этот рычажок поворачиваешь – вылезает фитиль, вспыхивает искра и он горит. Обратно поворачиваешь, фитиль уходит внутрь и фонарь гаснет. Да, госпожа, именно так, – похвалил он Руэну, которая заинтересовано несколько раз зажгла и погасила фонарь. – Только не надо так часто зажигать. Искровой камень очень дорог.
Он раздал всем нам полоски бурой ткани.
– Веревку намотайте вокруг пояса. Она тонкая, мешать не будет. Не стесняйся, госпожа, – сказал он Юко. – Наматывай. Под землей некому вас разглядывать. Ну вот, на каму надейся, а страховку привязывай!
С этими словами привратник приглашающе махнул в сторону входа в шахты.
Мичи, видимо понимая, что исполнил обязанности проводника из рук вон плохо, решил загладить вину рассказами о копях.
– Все думают, что наши шахты – это дыры в земле. Но вы видите, что разработку мы начали в системе пещер, созданной каму огня и воды задолго до нас. Высота свода где-то  восемь кэн, но это здесь, а внизу местами она доходит до двадцати.
– Трудно головой приложиться, – хмыкнул Торн, наматывающий на голову тряпьё прямо на ходу.
– Син-тар верно заметил, – кивнул рудокоп. – Чуть дальше вниз уходит длинный наклонный ход. У нас его называют Лестницей здоровья. Восемнадцать тысяч ступеней вырезали наши предки в полу этого тоннеля.
– Внушительная работа, но идти придется очень долго, – прервал рассказ проводника Тэкуми. – Проходите вот сюда. Да, открывайте воротца и входите.
За небольшими двухстворчатыми воротами обнаружилась странная платформа. Она висела над бездонным колодцем, подвешенная на барабане. Края платформы огорожены веревкой, впрочем, это ограждение было едва ли выше колена. Легко переступить, только вот кому бы вздумалось – дна под платформой действительно не было видно. Торн, за ним Юко и Руэна, а потом и я перебрались на шаткое основание. В моем случае  –  вознеся при этом короткую молитву каму рода.
– Лучше сядьте на пол, – заметил Мичи, забираясь на платформу вслед за нами.
Барабан заскрипел, и система блоков, на которой был подвешен наш сомнительный транспорт, захрустела и закрутилась. Платформа качнулась, соскребая мелкие камешки с одной из стен, и пошла вниз.
– Этот колодец глубиной двадцать раз по восемь кэн, его пробили уже при моей жизни. Он здорово упрощает жизнь копателям.
– Кстати, – внезапно вспомнил я. – А поему они сегодня не работают? Какой-то праздник?
Тут наш проводник явно замялся.
– Сегодня возможны огненные пляски каму, – сказал он наконец.
– И почему нас тогда пустили? – искренне удивился Торн.
– Это возможно днём. Сейчас безопасно! – спустя некоторое время ответил Мичи. – А вот мы уже и прибыли.
Платформа глухо ударилась о камень и прекратила качаться. Слава горным каму, а то я уже начал бояться, что в глубине самого большого камня на свете у меня начнется морская болезнь. Проводник подкрутил что-то в фонаре так, что он стал в несколько раз ярче, и поднял его над головой. Мы находились в огромном зале, покрытом желтовато-зелеными потёками.
– Добро пожаловать в копи Тамиру, – торжественно провозгласил Мичи. – Здесь мы добываем большую часть благосостояния Ямата.
– Росла бы тут пшеница, цены бы не было этим норам, – буркнул Торн. – Ну так что? Далеко ли нам до цели?
– Идёмте, – поскучнел проводник. – Вот вы говорите про опасность плясок горных каму. Я не скрою, возможно всякое, но эти, как вы говорите, норы, были здесь от начала времен  –  с тех самых пор, как священная чайка обернулась материком Тарланг. Мы тут не надеемся на судьбу, – продолжил он, а я невольно оглянулся на Руэну. Оберегающая тоже насторожилась.
– Только упорный труд, только борьба с каждым кэн скального грунта кормит наших детей. А судьба не поможет, она слепа!
Я снова оглянулся на Руэну. Та уже как ни в чем не бывало разглядывала каменные своды, но на словах о слепой судьбе ехидно улыбнулась и протерла глаза.
Из зала мы перешли в наклонную галерею. Прошли по ней несколько сотен шагов, минуя множество развилок, и, наконец, уперлись в большую дверь, перекрывающую проход.
– А зачем? – удивилась Руэна. – От каких врагов вы обороняетесь?
–  Это не от врагов, – скупо улыбнулся Мичи. – Это как раз от превратностей судьбы. Если на нижнем уровне после плясок каму пойдет вода, или того хуже  – лава, эти ворота…
– Помогут вам спастись?
– Помогут тем, кто выше уровнем, сбежать. Ворота запираются с одной стороны. Если кто-то духом слаб и откроет ворота, пытаясь спастись, он погубит тех, кто находится выше. Тех, у кого еще есть возможность выжить. Как видите, мы и тут не полагаемся на случай!
Юко посмотрела на меня так, словно вспомнила одну очень важную вещь. Она порывалась мне сказать, но видимо хотела сохранить это в тайне от проводника, а наклониться ко мне и сказать шепотом не позволили рамки приличий. Приятно видеть, что и женщины способны придерживаться рамок!
В полном молчании мы обдумывали услышанное и шли дальше. Так в тишине преодолели еще двое ворот, спустились по узкому рукотворному лазу со ступенями. Становилось жарко. Стены все более узких галерей были покрыты влагой. Дышать стало труднее. Еще несколько развилок, ворота – и мы оказались в широком, но довольно низком зале. До свода можно было достать рукой, встав на цыпочки. Это создавало ощущение, что потолок давит сверху. Тут и там лежали аккуратно сложенные в пирамиды куски породы. На стенах, полу и даже потолке виднелись следы обработки, хаотичные – безо всякой системы.
– Ну, что же, моя миссия выполнена, – провозгласил проводник. – Мы на нижнем уровне копей.
Син-тар задумчиво потер переносицу.
– Достойный Мичи, – наконец сказал он. – Мне нужен ваш совет.
– Чем могу помочь син-тару? – спросил проводник.
– У меня престраннейшее задание от покойного тара. Нужно начертать… гм… несколько слов. Какое место подойдет здесь лучше всего? Дабы не оскорбить ни каму, ни кого-либо из твоего народа?
У Мичи отвисла челюсть. Он надолго задумался над ответом, а потом внезапно улыбнулся. И улыбка эта лично мне показалась не очень доброжелательной:
– Господину син-тару стоит задуматься, прежде чем так шутить в сердце гор!
Руэна почесала подбородок и вдруг просияла:
– Торн, моя прелесть, покажи-ка мне свиток еще раз!
Я вздрогнул. Ну что за обращение к син-тару? Будь ты хоть трижды оберегающая, но нужно же понимать границы. Впрочем, Торон не протестовал. Более того, он с готовностью снял с шеи футляр со свитком и передал его Руэне.
– Так, – сказала оберегающая. – Вот тут. Бла-бла-бла… Начертай свое гордое имя на нижнем уровне копей. А нафига писать имя на камнях, когда можно просто написать на чем-то ещё?
– Что значит «нафига»? – уточнил Торн
– Да ты в корень смотри!
– Какой корень? – окончательно запутался син-тар.
– В тот, что незачем писать что-то на камнях. Нет тут такой задачи!
Торн забрал у Руэны свиток. Внимательно прочитал его. Потом ещё раз. Потом молча снял обмотки с головы, вытащил кинжал, отрезал им кусок от обмоток, уколол свой палец и быстро написал своё имя на ткани. Задумчиво пососал палец и сказал:
– Что бы я без тебя делал, Руэна?!
– Осваивал бы новые сорта кислого вина в павильоне веселых сестёр, – в тон ему ответила оберегающая.
Они усмехнулись друг другу.
– Достойный Мичи, – посерьезнел син-тар. – А каму или рудокопы не будут против грязной тряпки, которую я тут оставлю?
Словно в ответ на его слова пещера дрогнула. Со свода посыпались струйки мелкого камня. Даже при неярком свете лампы проводника было заметно как тот побледнел.
– Пляски, – выдохнул Мичи. – Быстро за мной!
Он побежал к ближайшему ходу. Мы бросились за ним. Пол снова дрогнул так, что все полетели на пол. Я здорово приложился головой, а Юко покатилась по полу. Я подхватил её и практически понес на себе, пока она трясла головой и кое-как переставляла ноги.  Девушка что-то пробурчала и попробовала вырваться, видимо пришла в себя. Но тут галерея покачнулась и мы с размаху впечатались в стену. Кое-как поднявшись на ноги, побежали дальше, но сразу за поворотом уперлись в охранную дверь.
– Мы же шли не этим путем! – нахмурился син-тар.
– Так короче, – отмахнулся проводник, открывая створку.
– Мы пойдём впереди, – сказал Торн.
– Как будет угодно господину син-тару, – сквозь зубы ответил проводник.
Мы прошли мимо Мичи, придерживающего дверь. Он вошел следом за нами и запер ее за собой.
– Теперь быстрее! Толчков больше нет, но это может значить, что следующие будут сильнее. На следующей развилке направо, потом еще одна развилка – направо и там до двери.
Торн зажёг свой фонарь и побежал вперед. Следом Руэна, Юко и я. Первая развилка, вторая. Вот она – дверь. Выглядела она как-то иначе. Не так как предыдущие. Проводник нагнал нас, подошел к двери и отпер ее, скрипнув засовом. Мы вошли в открывшийся проем. И тут Мичи со словами «Всего хорошего» закрыл дверь с той стороны. Лязгнул замок. Я развернулся и с размаху ударил плечом в дверь. Та даже не дрогнула. И тут я понял, чем отличалась эта дверь от предыдущих. У прочих запирающие замки были с другой стороны.
– Картина Репина «Приплыли», – протянула Руэна.
Никто не стал уточнять у нее, что за достойный человек Репин и куда приплыли, чем оберегающая, судя по всему, была разочарована.
– Я не понимаю, – сказал Торн. – Какой смысл нас тут запирать? Тут есть, конечно, нечего, но несколько дней мы вполне продержимся. Все равно кто-нибудь придёт.
– А вы заметили, что дверь запирается с другой стороны, а галерея ведет вниз? Вдруг кто-нибудь придёт не из рудокопов – сверху, а какая-нибудь подземная тварь – снизу, – предположил я.
Руэна фыркнула и обернулась к Торну:
– Это не шахта, это склеп! Веди нас, серый странник!
– Хватит болтовни, – ворчливо ответил тот. – Наша жизнь определенно в опасности. По-моему, самое время применить твою магию!
Оберегающая потерла подбородок и что-то бормоча под нос покрутила рукой около двери.
– Не могу открыть, – сказала она наконец. – Возможно, какая-то защита… Давайте отойдем подальше, попробую кое-что ещё.
Мы послушно проследовали за ней по галерее и вошли в небольшой зал. Я зажег свой фонарь. Два светильника рассеяли черноту подземелья, и каменные своды проступили из темноты. Пещера была небольшая, вытянутая, где-то кэн десять в ширину и около тридцати в длину. Я поднял фонарь над головой, и тени испуганно попрятались по углам. Казалось, что они затаились и злыми чёрными провалами глаз наблюдают за нами.  Не только мне стало не по себе – Юко зябко повела плечами и зачем-то прищёлкнула пальцами левой руки. Руэна крутила головой, словно услышала тихий звук и пыталась понять, с какой стороны.
– Не получается, – с тревогой в голосе сказала она. – Я не чувствую инфополя. Хотела посмотреть карту пещер. Не вижу. Зелёная муть какая-то перед глазами. И ещё, чем здесь пахнет? Падалью какой-то!
Я принюхался. По пещере разливался сладковатый запах. Действительно, похожий на гниющее мясо, но какой-то другой.
Юко подергала ворот своего халата.
– Не чувствую никакого мяса. Мне нехорошо… нечем дышать.
Торн с тревогой посмотрел на нас. Я глянул вниз и заметил, что пол покрыт сетью трещин. Син-тар тоже опустил голову, встал на колени и принюхался.
– Похоже, какой-то яд сочится снизу, надо уходить! – скомандовал он. – Отсюда три выхода. Руэна, ёкай с картой, положимся на удачу, куда идти? Руэна?
Я оглянулся на оберегающую. В глазах на мгновение потемнело, потом прояснилось. Руэна стояла на коленях и качалась из стороны в сторону, как дерево на ветру. Чуть дальше за ней стояла Юко. Она смотрела на меня не отводя глаз. Моя невеста обошла оберегающую и плавной походкой пошла ко мне.