Каникулы Анджея по прозвищу "Эльф": Тандем

*Передышка*

*Передышка*

Со стороны я наверно выглядел как ощипанная мокрая курица. К сожалению, и ощущал себя точно также. Хорошо еще «венгерская» курточка, достойно выдержала купание в луже, не дав влаге проникнуть внутрь. Но вот ее белизна, да и внешний вид в целом пострадали существенно. Со штанами же случилось обратное: сами уцелели, но промокли изрядно. Впрочем, в сравнении с возможными проблемами, это была такая мелочь, что и говорить не стоило. Во всяком случае, я так себе сказал, когда, подойдя поближе, беглым взглядом прошелся по лицам валяющихся шкафчиков.

Кстати, у входа в арку обнаружились еще два тела. Видимо, Жалуста их вырубила еще до того, как ее схватили. Таким образом, общий счет схватки становился пять - ноль в пользу амазонки. Результат весьма впечатляющий. Поневоле восхитишься, заметив, как мне повезло заиметь такую боевую подругу. Хотя внутри немного пощипывало завистью к ее крутизне. Все же мне, как парню, больше импонировала роль защитника, а не защищаемого девчонкой. Тем более симпатичной девчонкой, которой, чего скрывать, хотелось бы понравиться. С другой стороны, не похоже, чтоб мой минус по части драк сильно беспокоил Жалусту. Может ее наоборот, воспитывали так, что мальчиков надо защищать? Тогда она однозначно должна ценить мужской пол за что-то другое.

Я посмотрел на то, как амазонка деловито выгружала на землю содержимое карманов одного из нападавших... И как-то совестно стало. Девчонка делом занимается, а у меня на уме как бы перышки распушить.

Мельком взглянув в мою сторону, Жалуста кивком головы указала на ближайшее тело, и я поспешил преступить к трофеесобирательству. Хотя правильней это занятие стоило назвать сбором материальной компенсации: сами напали, вот пусть сами и расплачиваются. Вот только содержимое карманов шкафчика не впечатляло. Разве что большой складной нож, который я решил сразу сделать своим. Но его не хватило для того, чтоб безропотно смириться и испорченной одеждой. Оставалось только надеяться, что его сотоварищи более обеспечены.

Тут я заметил, что амазонка своего клиента не только обыскала, но и, перевернув на живот, связала ему руки за спиной. Правильность такого действия сомнений не вызывала, в отличие от моих умений по этой части. Слегка попереберав варианты узелковязательства, я быстро пришел к выводу, что  обработку врагов лучше доверять профессионалам, и окликнул Жалусту. Уяснив проблему, девчонка вытащила моток веревки, однако, пройдясь по мне оценочным взглядом, отложила его в сторону. Ее намерения стали очевидны, как только она стала стаскивать с валяющегося бандита куртку. У меня, конечно, сразу возникли сомнения по части использования этого трофея, но, оставив их на потом, я поспешил ей на помощь.

Ворочать неподвижные тела и без того занятие довольно тяжелое, а уж в ситуации, когда они значительно превосходят тебя и по массе, и по росту, задачка усложняется многократно. Впрочем, в четыре руки работа пошла довольно споро, и в скором времени мы стали обладателями четырех разных, но чем-то похожих кожаных курток. Ну, или чего-то очень плотного похожего на кожу. Первому же бандюку повезло, ни Жалусте, ни мне не хотелось мучиться с его развязыванием, чтоб потом по новой связывать. Остальным же она стягивала руки уже после раздевания. А я, припомнив уроки Юрия Рафаиловича, трофейным ножом аккуратно распарывал им штаны сверху донизу. Амазонка сопровождала треск материи смешливым хмыканьем.

Один из клиентов, кстати, пришел в себя в себя, однако мы, вовремя заметив «пробуждение», уговорили его не шуметь. Правда, моего (с грозно выставленным ножом) присутствия паренек вроде, как и не заметил, сфокусировав выпученные от страха глаза на нахмурившейся девчонке. Он даже рот безропотно для кляпа открыл, хотя вкус грязной сырой картошки, использованной под это дело, ему точно не понравился. Жалуста еще заставила его лицом к стене повернуться. Я же, под грузом ощущения, что уже вечность вожусь с поваленными бугаями, просто уселся на ближайшего как на лавку и расслабился. Безусловно, в наш скромный дворик в любой момент могли пожаловать любопытные. Кроме того, существовала твердая уверенность в том, что по результатам расследования пожарной тревоги по нашим следам пошлют или уже послали неких суровых личностей с недобрыми полномочиями. Но ноги сказали: «Нет!» И я с ними согласился, занявшись разглядыванием достопримечательностей. С ними, к слову сказать, наблюдалась сильная напряженка, поскольку заасфальтированный двор, окруженный сплошным кольцом безоконных трехэтажных стен, радовал взгляд абсолютной пустотой. Единственное, что могло вызывать маленький интерес так это наличие большого количества въездных ворот по периметру здания и полное отсутствие обычных дверей. Создавалось впечатление, что нам «повезло» заглянуть во внутренний двор какого-то закрытого склада, или гаража. То есть любопытство убивалась на корню.

Гораздо больший интерес вызывала собранная Жалустой гора курток. Конечно, я в своей потрепанной, но все еще светлой «венгерке» на фоне толпы выглядел практически белой вороной, но одежда не по размеру, на мой взгляд, проблему приметности не решала.

Тем временем амазонка, выбрав одну из трофейных «шкур», уселась на соседнюю тушу. В ее руке возник нож, которым она быстро распорола бок куртки и пол рукава. Разрезанные края были наложены друг на друга и продырявлены насквозь в нескольких местах.

Цель такой кройки на коленке прояснилась только, когда девчонка, достав веревку, принялась продевать ее сквозь проделанные дыры. Тут меня озарило: она ушивает куртку! Конечно, грубо примитивно, но действенно! Ведь никто не будет в наступавших сумерках вглядываться, как и что пошито. Главное внимание не привлечь, не выделяясь ни белым пятном, ни огромностью одежды.

Дело у Жалусты спорилось. Кажется, и пятнадцати минут не прошло, как она протянула мне готовую обновку. И это при том, что ей приходилось пару раз отвлекаться, когда нашлись желающие придти в себя. Впрочем, амазонка, слегка поколдовав над их шеями, быстро вернула их в состояние неподвижных декораций.