Каникулы Анджея по прозвищу "Эльф": Возвращение

На Площади

*На площади*

На площади было тихо. Ну как тихо. Деревья в скверике шуршали остатками листвы под дуновением ветера. Птицы перекрикивались. Моторы у машин фырчали на все лады. Да еще жалобно сипел врезавшийся в фонарный столб автозак. А вот люди молчали. Молчали и пялились на меня.

Вернее на нас. Только валяющийся у моих ног «космонавт» взгляды игнорировал, поскольку по-прежнему находился в бессознанке. Я тоже как-то не сразу заметил, что являюсь центром всеобщего внимания. Ведь во время перехода ты словно с закрытыми глазами со ступеньки шагаешь. Поэтому в первую очередь думаешь о том, чтоб на ногах удержаться. А у меня еще в нагрузку тело силовика, которого пришлось тащить за руку. Я ее, кстати, сразу отбросил, как только на ногах утвердился, после чего огляделся, а они все смотрят. И полицейские и протестующие...

Впрочем, никакая аудитория не отменяла беспокойство о сестре. И оно, беспокойство, наращивало обороты, поскольку «подбитый» автозак, где она скорей всего сидела, подозрительно долго не открывал двери. Буйное воображение мгновенно нарисовало жуткую картину салона в кроваво-багровых тонах. Я сделал шаг, другой и сорвался на бег. Несколько полицейских, находящихся между мной и вэном, тоже побежали. То ли от меня, то ли к авотзаку. Сзади послышались радостные крики и, оглянувшись, я увидел, как митингующая толпа разгоняет полицейских. Откуда-то донесся вой сирен.

Дверь автозака отъехала в сторону, и из него выпал избитый охранник. Следом выскочил хлюпающий носом, за ним последний задержанный, а вот потом выпрыгнула Лета. Вернее, сначала она высунулась, огляделась, а вот потом, выпрыгнула и побежала ко мне. Радость, что с не все в порядке, вылетела из меня бессмысленным, но звонким криком, который неожиданно поддержала вылезшая из вэна тетка. У нее получались какие-то нервно-гневные визги. И она с ними зачем-то рванула следом за Летой. Мужики переглянулись и тоже присоединились к гонке.

Бегущие передо мной полицейские на встречающую команду отреагировали, на первый взгляд странно: разделившись на две группы рванули в стороны. Мужики победно закричали, да только быстро приумолкли, сообразив, что их сейчас возьмут в окружение. Развернувшись они побежали обратно на перегонки с полицейскими. Наверно дополнительной прыти им добавил целенький автозак, подъезжавший к своему пострадавшему «коллеге».

Правда я заметил это уже краем глаза, поскольку наконец-то воссоединился с сестрой.

– Ну ты Копперфилд!– радостно прошептала она, обнимая.

– Если бы,– ответил я, высвобождаясь из ее рук,– у него фокусы случаются, когда он хочет, а у меня – как бог на душу положит.

– То есть сейчас?..– Лета вопросительно заглянула мне в глаза.

Я лишь отрицательно помотал головой.

– Жаль, – она огляделась, – сейчас исчезнуть – самое то. А то мы здесь словно на ладони, а вокруг полиция.

В этот момент над площадью понеслись усиленные мощным динамиком грозные грыки-брыки. Ему в ответ кто-то из митингующих заорал в мегафон. Децибелы были, конечно, не сравнимы, но вот энтузиазм зашкаливал. Наверное, из-за него еще не занятые в противоборстве с митингующими отряды «космонавтов» с какой-то неуверенностью образовывали новую стену, а затем, словно через силу, двинулись вперед.

– Присоединимся к дерущимся?– спросила старшАя с большим сомнением в голосе.

– Ну уж нет, - выплеснулось мое возмущение полученным опытом, – лучше самому в полицию сдаться. И результат тот же и сам целее будешь.

– Я б согласилась,– вздохнула сестра,– если бы не боялась, что упекут тебя в какую-нибудь лабораторию на исследования.

– Представлюсь Мастер-Эльфом...

– Тем более упекут.

– Тогда найдешь Макса, и когда он вернет трон...

– Так меня тоже упекут...

– Да что ты заладила: «Упекут-упекут»,– вспыхнул я,– не мысль негативно!

– Я мыслю рационально и пытаюсь распланировать наихудший сценарий...

– Потом будешь планировать худший, сейчас надо искать шанс на лучший!

– Какой шанс на лучший?–раздраженно каркнула сестрица, – у нас с трех сторон полиция, а с четвертой драка, в которую ни ты, ни я влезть не стремимся. Какой шанс?

Словно ответ на ее вопрос на площадь вырулила сверкающая желто-красными огнями машина с большим зеленым треугольником на борту.

– Кажется прибыла скорая,– сказал я.

– Точно? –недоверчиво спросила сестра, глядя, как остановившееся стена «космонавтов» размыкает ряды, пропуская машину

– Не точно, но вчера на место аварии приехали похожие машины.

– А треугольник что означает? – с большим сомнением в голосе спросила Лета

– Понятия не имею [зеленый треугольник – схематичное изображение зеленого листа, является символом жизни и, соответственно, медицины]. Но смотри, она прямо к врезавшемуся автозаку едет. А вон вторая... и третья, гляди, на подходе. Если их использовать...

– Ага подойдешь и попросишь подвести.

– Если им кой-кого сдать...– обернувшись к своему бывшему спутнику-полицейскому, я обнаружил, что около него уже стоят его коллеги-«космонавты», и один из них активно машет рукой, призывая к себе скорую,– черт, они перехватили нашего больного!

– Тогда возьмем эту, –дернула меня Лета в противоположную сторону, где на асфальте бесформенной кучкой лежала знакомая по автозаку визгливая тетка.

–Что с ней?– срываясь на бег, следом за сестрой.

– Наверно, споткнулась,– предположила старшАя,– но не ужели ты думаешь, из-за нее забудут о нас?