Каникулы Анджея по прозвищу "Эльф": Возвращение

* Знакомство со знакомкой(1) *

Макс три раза объяснил, что они с Жалустой в гостях у моей знакомой, которая повезла родственника в больницу. Прежде чем выслушать четвертый повтор, я описал сидящую передо мной девицу и получил от друга подтверждение, что да, она и есть моя знакомая и одновременно верноподданная.

Я посмотрел на лежащего мужика, с удивительным спокойствием разглядывавшем меня, и подумал, что совершенно не удивлюсь, если мне сейчас расскажут, что он мой любимый дядюшка.

Однако дальнейшие выяснения кто-есть-кто пришлось прекратить, поскольку ворвавшийся в палату Юрий Рафаилович вырвал трубку из моих рук. Верноподданная дернулась было на мою защиту, но замерла, увидев, как я, без боя «оставив поле битвы», поспешил помочь Лете затащить инвалидное кресло в палату. Впрочем, запоздала она с помощью еще и потому, что двигалась заторможенно. Оно и понятно. Ведь, внезапное появление потерявшего простынь страхолюда в прикиде майка-трусы-ботинки оказывает мощное психическое воздействие даже на людей подготовленных. Например, на меня.

Однако девица хотя бы встречала нашего деда, пусть даже в укутанном виде. А вот больной даже такой слабой подготовки не имел. Бедолага как увидел «чудо расчудесное», так сразу вскочить попытался. Вот только тут же с тихим охом свалился обратно и неподвижно замер с гримасой боли на лице. Он напомнил мне Анота, когда его продуло, чем, наверное, и вызвал сочувствие. Я даже подумал дать листик. Но заботливая родственница, метнувшись к нему, подхватила с тумбочки пузырек и быстро приложила ко рту болезного. Кажется, он уснул после этого. Но я за этим не следил, поскольку делился с сестрой «новостями» от Макса.

Впрочем, почти зря старался, на сестру мои непонятки совершенно не произвели впечатления, так как ее интересовала рана Макса, о которой я благополучно забыл. Однако мне повезло, поскольку не успела сестрица разозлится, как старик, наговорившись с внучком, сунул ей телефон в руку, а сам приступил к плотному общению с «моей знакомой» на тему этого самого знакомства. Надо заметить, беседу дед вел совсем не в милой манере. Нависнув над хрупкой девушкой он словно не вопросы задавал, а кирпичи с высоты своего роста ей на голову сбрасывал. Прям, Серый Волк собирающийся заглотить Красную Шапочку. Вот только громадные семейные трусы портили всю картину. Возможно поэтому допрашиваемая держалась бодренько. А может, страхолюд и не давил на нее в полную силу, поскольку временами отвлекался для перевода некоторых ответов. Естественно, у нас возникали вопросы-уточнения, но старик не давал нам слова. Вернее, он делал маленькую паузу на то, чтоб Лета пересказала перевод Максу, затем, шикнув на нас, снова возвращался к девушке.

Меня такое игнорирование решительно не устраивало, поскольку общая картина не складывалась. А главное я по-прежнему не знал кто она такая «моя знакомая». Однако канючить-уговаривать абсолютно не хотелось. Стоило заявить о себе! Ну или хотя бы сбить страхолюда с толку.

– Юрий Рафаилович, –встрял я в допрос,– а вам не кажется, что, пытая мою подданную, вы не только превышаете свои полномочия посла, но и не исполняете прямой приказ своего императора?

Последние слова буквально заставили старика подавиться готовым сорваться с губ «Не кажется».

– Причем в наглую, прямо пред императорскими очами, – слегка повернув голову, я, поясняя, что имеется в виду, показательно посмотрел на телефонную трубку в Летиной руке. Старик тоже посмотрел на трубку. Трубка издала императорский «Кхм» (Я прямо увидел, как Макс, скрывая по привычке усмешку, поправляет очки.)

– И как я не выполняю приказ императора? – очень так свысока поинтересовался императорский палач.

– Нагло,– ответил я, нарочно не поняв сути вопроса,– можно сказать, наплевательски.

– Да я не о том...

– А я о том!

–Да дай договорить! – повысил дед голос, невольно давая выпущенными эмоциями понять, что становится более управляемым,– в чем я не выполнил приказ?

– Вам четко и недвусмысленно было приказано блюсти мои интересы. А вы?

– Что я?

– Разве их блюдете?

–А что не блюду?

– А в чем они, мои интересы?

– В чем?

– Вот видите! – понесло меня,– вы даже не подозреваете в чем именно заключаются мои интересы. О каком «блюсти» может идти речь если вы их не знаете? И ладно бы ваша незаинтересованность ударяла по вам. Но нет она выставляет императора в не лучшем свете. Причем, можно сказать, на международном уровне. А ведь это может стать не просто дипломатическим скандалом, а в буквальном смысле войной!

– Это угроза?

– Ни какая не угроза! Просто вежливое предупреждение,– у старика недоверие,– Поскольку мне совершенно неожиданно пришло в голову, что вы буквально сидите на вулкане,– у него недоумение,– Ведь вы разумный человек,–невольный согласный кивок,– Так подумайте сами. Я совершенно не идеален, – более явное согласие,– А все наши приключения постоянно держат меня на грани эмоционального срыва,– ну все, он согласен третий раз, значит пора егосгибать,– И что будет если этот самый срыв случится? Да еще вы, своим не выполнением приказа станете его причиной? Я же могу ненароком лишить вас дипломатического статуса. И тогда моя телохранительница...

Старик вздрогнул:

– Но она не с вами!

–Вас утешает то, что она рядом с императором, а не с вами?

– Кхм, – сказала трубка.

Юрий Рафаилович покосился на телефон и потом уперся взглядом в меня:

– Совсем не утешает.

–Вот поэтому вам надо блюсти мои интересы даже лучше, чем я это делаю сам!