Каникулы в Бухаресте

Глава 5

Мокоша

После случившегося накануне переполоха Коша спала как убитая - упала и отключилась. Просыпалась она тоже с неохотой - в окне виднелось хмурое серое небо, которое не добавляло энтузиазма. Более того, девушку не покидало плохое предчувствие.

Приведя себя в сомнительный порядок, ведьмочка все же спустилась в кухню. Сонно потирающую глаза девушку у самой двери встретил прошедший скозь стену призрак. Неизвестно даже, кто кого больше напугал: он Мокошу своим неожиданным появлением, или она его своим заспанным видом? С трудом разминувшись с мужчиной, точнее, с его привидением, Коша втиснулась в дверной проем. Этот Рок с его требованиями будил в ней какие-то нездоровые фантазии. Казалось бы, призраку вполне естественно желать снова обзавестись телом и зажить полноценной жизнью. Но Кошина фантазия приукрасила даже это, уже подбросив картинку, где ведьмочка принимала непосредственное участие в ожидании припозднившегося прохожего с самыми паскудными намерениями профессионального некроманта.

На кухне обнаружились остальные девчонки, что-то живо обсуждающие. Коша как всегда оказалась в роли сурка и дрыхла до самого упора. Как она иногда шутила: «Доброе утро – это когда встал в двенадцать, и оно продолжается часов до трех дня». А если пришлось подняться пораньше, то какое же это доброе утро?

– У нас опять неприятности? – спросила она, привлекая к себе внимание. Девчонки переглянулись, а затем как по команде уставились на Яну. Темная страдальчески вздохнула.

– Нас на бал вампиров пригласили, – похоронным тоном произнесла она.

Коша облилась чаем, только что уведенным из-под носа у замешкавшейся Лики.

– Надеюсь, не на роль первого блюда? – чувство юмора у Коши всегда реагировало первым, как самое развитое. Если сравнивать его и чувство самосохранения, то второе заметно проигрывало, что уже говорить об остальных? – Если да, то считаю своим долгом их предупредить: я худенькая, крови мало, эритроциты пониженные, а вот ядовитость - повышенная. Яд из защечных мешков активно просачивается в кровь последние лет десять.

– Да, Мокоша, какая забота о вампирском здоровье, – подытожила Огонек с улыбкой. – Только нас не в роли блюда, а в роли гостей пригласили.

– С какого это перепугу?

– Яну спроси, – буркнула еще бледноватая Лика.

Коша заинтересованно посмотрела на темную. Та отчего-то смутилась.

– Ну, тут такое дело… У меня вампир знакомый…

– Так мы идем? – перебила ведьмочка Земли. Судя по всему, подруге не очень сильно хотелось обсуждать причины произошедшего.

– Надо, – фыркнула Снежка. – Там приглашение весьма вежливо составлено. В добровольно-принудительной форме.

– Только я все равно не пойду, – быстро вставила Лика. – У меня сегодня… м-м-м… свидание. А если будут спрашивать, где я, смело говорите, что я после вчерашнего падения больная и несчастная лежу в четырех стенах и жалуюсь на судьбу злодейку.

На нее все посмотрели, как на предательницу. Благовидный предлог для отказа не искала, похоже, только Мокоша, уже предвкушающая, какое веселье можно устроить на этом самом балу и как долго после этого кровососам будет икаться.

– И платья купить надо, если уж идем, – грустно вздыхала тем временем Снежка. – Сомневаюсь, что кто-то брал с собой в поездку соответствующий наряд.

– А точно надо? – опасливо уточнила она. Почему-то под словом “платье” ей неизменно представлялось нечто пышное, чопорное и старомодное.

– Дресс-код и все такое, – огорчила ее темная.

– Чем им джинсы не нравятся? Настоящие “левисы”, почти новые! Правда, я в них позавчера в озере купалась...

– Мокоша!!! – хором возмутились старшие ведьмы.

- Уйми фонтан фантазий и пожалей бедных вампиров. У них же один большой бал в году, можно сказать, единственная радость, а ты хочешь по ней проскакать в грязной джинсе? – попробовала устыдить ее Огнеслава.

– Вампиры и без того полумертвые, – отмахнулась мелкая. – Поэтому у них наибольшая возможность пережить наш загул в Бухаресте.

– Завязывай с фэнтези. Это разумная раса, а не нежить какая, – рассмеялась Огонек. - Девчонки, я это представила. Уезжаем из Бухареста, вокруг одни развалины, на которых сидят вампиры и утирают слезы радости, что мы наконец-то их покидаем.

Мокоша тут же загорелась энтузиазмом - предполагаемая картинка была ей близка и мила. Но, видимо, слишком уж явно предвкушение отразилось на ее лице, потому как одернули ее снова хором:

- Коша, не смей!

Пришлось прикинуться паинькой.

- Если мы идем, то а платьями бегом марш! - со смехом скомандовала Огнеслава. - А заодно Коше новый телефон купим.

- А может, не надо? - пискнула мелкая.

- Надо, бестолочь! Будешь маме звонить. И тому молодому человеку. Короче, встали и вышли!

Подхватились все, даже Лика. Мокоша, на ходу дожевывая бутерброд, поплелась за подругами, в тайне надеясь, что о ней в суматохе все забудут и ни на какой бал ни в каком платье идти не придется.

К обеду Коша ненавидела платья вообще, а в частности все те ворохи ткани, которые неизвестные румынские дизайнеры проектировали не иначе как в состоянии жесточайшей абстиненции. Надевать такое побоялась бы, наверное, даже городская сумасшедшая, не то что приличная магичка, так что забег по магазинам продолжался. Наверное, если бы они искали в Бухаресте нефть, то и то справились бы быстрее. Только в пятом или шестом по счету магазине им подвернулось нечто дельное. А заодно развеялась мечта Коши продинамить незапланированное мероприятие.