Каникулы в снежном раю

Глава 7

Не буду повторяться насчет внушительных размеров столовой. И так понятно, что помещения в замке были не маленькими, на то он и замок. И все-таки мне показалось, это не парадная столовая, а такая… повседневная, что ли. Для семейных трапез в узком кругу. На иллюстрациях и в кино столы королей и феодалов тянутся бесконечно. С одной стороны очень длинного прямоугольника восседает хозяин, с другой — хозяйка. Вереница гостей и вассалов по краям, а на заднем плане торчит какая-нибудь галерея, где играют музыканты. Но тут стол был овальным, и целый полк гостей за ним вряд ли бы разместился. По левую руку от короля остался еще один прибор.

— Ансель, садись рядом с Аделиндой.

Дядя Лоренц лично усадил меня на выбранное им место. Сам он расположился напротив, по правую руку от него — королева. Слева от меня — пожилой граф, имени которого я сразу не запомнил. Герцог с герцогиней устроились между королевой и Аделиндой.

Россен застыл у отделанной дубовыми панелями стенки. Он оставался неподвижным, только брови чуть заметно шевелились. Однако слуги легко и безошибочно улавливали его молчаливые приказания. Совсем как официанты в дорогом ресторане, которые повинуются каждому взгляду крутого метрдотеля. Мне в таких заведениях уже доводилось побывать. Конечно, не в одиночку, а вместе с родителями или дедом.

Над белой фарфоровой супницей дымился ароматный пар. Я успел проголодаться, поэтому проглотил бы что угодно. Но фасолевый суп с фрикадельками, который налили в мою тарелку, оказался отличным. А пряности еще больше подогревали аппетит. Королевский сервиз был довольно строгого дизайна — белый фарфор с размашистыми вензелями, вот и все. Никакой росписи и позолоты. На столовом серебре и салфетках — вытисненные гербы, уже знакомые мне. Такое же изображение я видел на конверте. Только белоснежная скатерть оказалась без гербов и вензелей. Хотя, может, их вышили где-нибудь по краям. Пока я разбирался с супом, соседка справа тихонько произнесла:

— Ты здесь умрешь от скуки, не сомневайся.

Я оторвался от еды. Не очень-то стандартная первая фраза. Любезной принцессу трудно было назвать.

— Почему это — умру от скуки? Мне здесь пока интересно.

— Потому что в замке собрались одни зануды, помешанные на традициях королевства. Ничего нового не происходит уже много веков. Думаешь, увлекательно жить в снежном болоте?

— Вообще-то я сюда не навсегда приехал, только на неделю.

Я пригляделся к своей троюродной сестрице и сразу вспомнил комментарий Мартина. Красотка? Да я бы не сказал. Мартин наверняка разочаровался бы в принцессах. Эта оказалась слишком уж белобрысой. Нос чуть вздернутый, худая шея… Длинные волосы, заправленные за уши, какие-то тусклые и бесцветные. Обычная старшеклассница, которая из принципа не пользуется косметикой. Считает, что она и так неповторима и уникальна. Ладно, не так уж долго предстояло с ней общаться, тем более что родственников не выбирают.

Принцесса здорово проигрывала по сравнению с герцогиней. Вот та была настоящей знатной дамой, любой художник с радостью написал бы с нее портрет. Очень яркая белокожая брюнетка с алыми губами и словно нарисованными бровями... Видно было, что сочные краски не фальшивые, а от природы. Ее лицо даже слегка напоминало маску, до такой степени правильными и четкими казались все черты. Я тогда подумал, что герцогиня уже не очень молодая, лет тридцати, но все равно классная. Муж у нее точно был гораздо старше.

Пока я рассматривал соседей по столу, принесли второе.

— Ты когда-нибудь пробовал оленину? — поинтересовалась сестрица.

— Нет.

— Попробуй, это вкусно.

Тут она была права. С одной стороны, как-то дико есть жаркое из оленины. Ведь столько оленей вымерло из-за безжалостной охоты в Средневековье. Но, с другой стороны, можно было надеяться, что в Снежном королевстве олени пасутся чуть ли не на каждом шагу. Поэтому я по достоинство оценил блюдо. Мясо на редкость нежное, соус тоже понравился…

Тут на пороге появился незнакомец, чуть постарше меня. В глаза сразу бросились его волосы, необычного платинового цвета. Но это было не главное. Главное, парень оказался практически копией моего отца. Я прямо почувствовал, что у меня рот приоткрылся от изумления. Вид наверняка был дурацкий. К счастью, в тот момент никто в мою сторону не смотрел. Если бы отец действительно вздумал перекрасить волосы и помолодел еще больше, сходство стало бы стопроцентным. Ну, или процентов на девяносто пять.

— Вилмор, ты мог бы не опаздывать сегодня в честь гостя, — с упреком сказал дядя Лоренц.

Тот ничего не ответил, бросил на дядю Лоренца угрюмый взгляд и молча прошел к прибору, который ждал на столе.

— Поздоровайся хотя бы с кузеном.

— Я очень рад, что ты приехал, — без особой радости выдавил из себя Вилмор и уткнулся в тарелку, в которую слуга моментально налил суп.

Дядя Лоренц с недовольной миной пожал плечами, но не стал дальше развивать тему, обратился с каким-то вопросом к герцогу.

— Что за тип? — украдкой спросил я у Аделинды.

— А это бастард моего папеньки, на год меня младше, — прошептала она. — Шустрый у нас с Вилмором папенька, правда? Хотя по нему и не скажешь.

Я прямо не знал, что ответить. Дядя Лоренц в самом деле производил впечатление слегка заторможенного, погруженного в мысли о судьбах королевства. Вообще он казался довольно симпатичным и вряд ли был намного старше моего отца. Однако лицо чопорное, надменное, хотя со мной дядя старался держаться приветливо. Подобные лица принято считать аристократическими и породистыми. А тут вдруг у возвышенного правителя какие-то бастарды…

— У Вилмора кошмарный характер, — продолжила информировать меня Аделинда. — Но за неимением лучшего приходится с ним знаться. По крайней мере, он не такой жуткий зануда, как другие наши…

Вилмор явно просек, что мы его вовсю обсуждаем, и криво ухмыльнулся. Можно было не сомневаться: общаться с ним — удовольствие ниже среднего.