Капитан Крам

Смертельный Счастливчик

Они с Гермионой стояли на одной из галерей замка. Дул пронизывающий противный ветер. Миона куталась в полосатый шарф, который ей совершенно не шёл. Виктор презентовал бы ей красивую шаль, но дарить незамужней девушке предметы гардероба — неприемлемо. Ему пришлось ограничиться на Рождество презентом в виде традиционных сладостей и книги по магическим традициям Старой Европы. В Хогвартской библиотеке он ничего подобного не обнаружил. Книги были, но все устаревшие, и судя по их расположению — не очень востребованные. А Гермионе подобные знания пригодились бы. Особенно если учесть, что он собирался поспособствовать её переводу в одну из закрытых европейских школ. Контракт с Хогвартсом у магглорожденных ровно до сдачи СОВ. Если она сдаст их на высокий балл, возможно будет добиться перевода в тот же Шармбаттон, Испанскую академию зельеваров имени Джованни Борджиа, закрытую школу для колдуний во Флоренции и ещё несколько заведений, принимающих талантливых магглорожденных по протекции чистокровных родов.

Свои сумасшедшие порывы спасти всех он заметно приглушил после второго тура, но девчонку хотелось вытащить из этого дерьма. В Британии ей ничего не светило, разве что не совсем удачный брак и карьера в каком-нибудь невостребованном отделе министерства магии, третьим заместителем четвёртого секретаря. В Европе с этим, как ни странно, было попроще. Маги после войны с Гриндевальдом стали меньше смотреть на происхождение, — слишком мало их осталось. Многим нужна новая кровь, и магически одарённые именно сейчас имели все шансы возвыситься.

С самой мисс Грейнджер он пока не говорил на эту тему, но в их длительных и содержательных беседах пытался девочку просвещать. Хорошая ведь девочка. Сильная, умная, независимая, но очень одинокая и ранимая. Такая пойдёт за своими друзьями куда угодно. А друзья у неё не очень. Рыжий, впавший в немилость у Поттера, продолжал цепляться за девушку в пику другу и Дурмстранговскому Чемпиону, а она слишком привыкла к малолетнему говнюку, чтобы понимать, что его дружба насквозь гнилая и корыстная. Что касается Гарри… Была бы воля Виктора, он бы велел Гермионе держаться от Поттера подальше. В Дурмстранге про таких говорили, что те Заговорённые. Уж слишком удачливыми были такие люди. Минус у них один, но глобальный — чем удачливее человек, тем больше неприятностей к нему липнет. И если Поттер, со своим смертельным фартом способен выкарабкаться, то скольких он утянет за собой — неизвестно. А то, что за свою удачу тот рано или поздно заплатит чьей-то смертью, Виктор не сомневался. Это уже было подтверждено. Так работал волшебный бумеранг. После подробного разбора приключений троицы Виктор не один вечер провёл в расчётах и просчитывании вероятностей. И выходило у него нечто крайне неутешительное. Скорее всего Поттер — легендарный Смертельный Счастливчик.

У них было много имён: Жнецы Удачи, Призрачные стражи, Купленные Души, Смертельные Счастливчики. В Дурмстранге это явление проходили на Наитемнейших искусствах. Упоминание о Смертельных Счастливчиках встречается во всех культурах мира. Суть в том, что свою невероятную удачу такие люди меняют на чьи-то смерти. Рядом с Поттером всегда будут происходить критические и поворотные события, которые сыграют роль в судьбах многих, и всегда он будет разменивать свою жизнь или жизнь близких на чью-то смерть. Совершенно не важно, кем будет несчастный, ну или несчастное, если речь пойдёт о магическом существе. Взрослые маги-Счастливчики точнее те, кто, обладая редчайшим даром, доживали до взросления, учились дар принимать и использовать. Часто они сознательно выбирали опасные профессии: разрушителей проклятий, военных магов-спасателей, авроров и прочие, в которых риск для жизни крайне велик. На уроках однажды рассказывали случай, когда одним из таких магов был приручен феникс, который раз за разом погибал вместо Жнеца и вновь возрождался из пепла. Тот колдун прожил более 200 лет, что является абсолютным рекордом среди Счастливчиков.

Если проанализировать всю эпопею Мальчика-который-выжил, то получится, что сначала вместо Счастливчика погиб Тёмный лорд, а может его жизнь была куплена жизнью кого-то из родителей. На первом курсе вместо Гермионы, ну или самого Избранного, погиб Тролль, а затем, чуть позже, свою жизнь Поттер обменял на жизнь преподавателя, хотя должен был умереть сам. На втором — вместо рыжей сестрёнки Рональда, а может и вместо Поттера, что может мальчишка против тысячелетней змеюки, по факту, был принесён в жертву василиск. На третьем курсе никто не погиб, но кто знает, возможно в ту ночь кто-то всё-таки пострадал от лап оборотня или дементоров? Слишком много совпадений. Кроме того, Счастливчики всегда отмечены неким символом. У того знаменитого колдуна, дожившего до 200-летия, был ожог на щеке. У других шрамы, родимые пятна, особый цвет волос, разные глаза, кто-то был альбиносом. У Поттера — шрам.

Виктор, сразу после второго тура выудил в библиотеке Хогвартса все книги, в которых могли упоминаться Счастливчики. И убедился в том, что Поттер, с очень высокой долей вероятности — один из них, чем собственно и объясняется его Авадоустойчивость. Как ни странно звучит, но парень действительно мог победить местного террориста ещё в колыбели. Он просто обменял его жизнь на свою. Возможно и жизни близких. И данная информация очень тревожила Виктора. Он никогда не был глуп и понимал, что если он догадался о природе парня, кто-то ещё может. Хотя нормальных специалистов в тёмной магии в Британии можно пересчитать по пальцам. Но двое из них являлись преподавателями Хогвартса, а один — директором. Так что уж они-то точно знали, что Поттер действительно Избранный. Виктор подробно расписал в письме деду все свои соображения на этот счёт, и получил лаконичный ответ: от Поттера в последнем испытании нужно держаться подальше. Если около Кубка они окажутся вдвоём — стоит уступить, мальчишка смертельно опасен.

Но ничего из этого сейчас он не мог рассказать Гермионе. Потому ограничился накладыванием на неё согревающих чар, подкреплённых особым заклинанием, не дающим колдовству слетать из-за порывов ветра. С дамой они говорили о чём угодно, кроме турнира. Виктор рассказывал о друзьях, учёбе, спорте. Хотя последним Мио интересовалась мало. Она с жаром отстаивала свои позиции в отношении того, что считала несправедливым в волшебном мире, вроде отношения к тем же домовикам, оборотням и гоблинам. Виктору приходилось многое ей объяснять, на почве чего они часто ссорились. Точнее, Гермиона возмущалась, спорила и убегала в библиотеку, после чего, вооружившись контраргументами и миллионом цитат, возвращалась для второго раунда. С ней было интересно. Она отвлекала Виктора от проблем. Хотя до сих пор и не простила его за вмешательство в их «отношения» с Рыжим. Но тут Виктор был непоколебим. Он считал, что прав.