Капитан-лев и морские волчицы

Сей державой

Бурный сон Павла-Льва продолжался и это было просто и тривиально супер:

Известие о тяжелом ранении сразу двух величайших воинов царской России Алексея Сотникова, и Михаила Скопина-Шуйского через голубиную почту в считанные часы достигло границ почты.

И король Сигизмунд, у которого уже скопилось более ста тысяч разноплеменного войска, отдал приказ о выступлении. Две огромные армии под барабанный бой и гул сотен труб двинулись с места сбора.

Впереди ехала легкая кавалерия, следом тяжелая, далее пехота и обоз.

Король Сигизмунд, королевич Владислав, герцог Барбаросса неторопливо следовали на скакунах. Лишь иезуит одиннадцатого года следовал за ними на осле. Но этот вроде бы не слишком шустрый скакун легко поспевал за великолепный жеребцами.

Герцог Барбаросса, чей громадный желудок не терпел пустоты, жадно чмокая жевал бычью ногу.

Иезуит одиннадцатого прошипел, подъехав поближе к польскому королю:

- К сожалению, наш чародей сам погиб при исполнении своей миссии. Но зато два главных изверга человечества выбыли из строя. И теперь мы можем смело выступить...

Наследник Владислав забыв про то, как он сам утекал от русских сабель, пропиликал:

- Да я бы этого Скопина-Шуйского взял бы и повесил... Нет посадил бы на кол!

Герцог Барбаросса расхохотался и прокудахтал:

- Отличная идея! Именно так мы и поступить. А его правую руку Лешку будем мучить еще несколько месяцев. Говорят, он очень красив, а значит пытать, смазливого юношу будет вдвойне приятно!

Король Сигизмунд обратился к иезуиту. В его тоне звучала озабоченность:

- Город Смоленск превращен в настоящую крепость. Это сильнейшая цитадель на пути к Москве. Вы можете обещать нам помощь в сдаче данной крепости?

Иезуит после паузы ответил:

- Мы послали своего шпиона с мешком золота к Шеину. Но русский воевода приказал его утопить, а золото пустил на оборонительные нужды. Но мы наняли несколько осведомителей из числа купцов, которые помогут подобрать ключи к городу.

Король Сигизмунд недовольно заметил:

- Но я ожидал чего-то более действенного от вас. Осада в любом случае не должна затянутся.

Иезуит недовольно пробурчал:

- А зачем нам брать Смоленск? Достаточно оставить двадцать тысяч на крепкую блокаду и остальным идти к Москве!

Король Польши не согласился:

- Оставлять в тылу себя такую крепость опасно. Да и речь идет о престиже королевства!

Иезуит зашипел словно кобра:

- Скопин-Шуйский тяжело ранен, но этот медведь еще может подняться. Нам нужно действовать со всей решительностью!

Сигизмунд жестко предложил:

- Так пошли еще одного убийцу! Добить проще, чем смертельно ранить!

Иезуит тихо прошептал:

- Ведьма забрала Скопина-Шуйского, и где сейчас великий князь никому не ведомо. Но мы сделаем все, чтобы его отыскать и прикончить!

Владислав взмахнул саблей, и нанес несколько ударов по ветвям попавшегося на пути дерева. После чего задорно произнес:

- Я бы прикончил Шуйского сам. Он мне не соперник!

Сигизмунд ласково похлопал по плечу своего сына:

- Ты настоящий воин. Но в ратном деле огромную роль играет хитрость. И мы должны действовать против русских максимально коварно!

Герцог Барбаросса догрыз бычью кость и отшвырнул её подальше, за кусты. Затем спросил у иезуита:

- А когда выступит шведский король?

Представитель ордена, который стал считаться воплощением коварства, прошепелявил:

- Новый король очень молод и горяч. Он хочет ратных подвигов и славы. Думаю, то что он выступит в самые ближайшие дни! Разумеется, для начала его войска пойдут на Новгород и Псков. Так что к Москве мы поспеем раньше.

Принц Владислав воскликнул:

- И я стану русским царем. Буду драть с москалей три шкуры, а на каждом зубце Кремля будет болтаться веревка!

Сигизмунд одобрил подобное:

- Правильно сынок. С русскими нужно обращаться только как с быдлом. Не ведать к ним жалости и сострадания.

Иезуит громким шепотом заметил:

- Главное это вера. Следует немедленно заставить патриарха присягнуть Римскому Папе, и считать кардиналом и Архиепископом Московским. Мы не должны упустить из-под своего влияния Россию. А вопрос веры есть вопрос и власти.

Сигизмунд хвастливо заметил:

- У нас в Польше не дали воли протестантам, заполонившим всю Европу. Мы тверды в вере и вся Речь Посполитая предана Папскому престолу. А скоро и Русь избавится от остатков язычества, после чего мы возьмемся за сарацин!

Иезуит, понизив голос, прошипел:

- Турецкий султан наш союзник в войне с Московией. Когда мы подойдем к Москве с запада, то с юга подойдут ногайцы и крымцы. И будет тогда пожар в Российской столице.

Королевич Владислав расхохотался:

- Будет русским большой кукиш с маслом! Мы обставим виселицами Москву и разорим все боярские гнезда!

Иезуит попытался успокоить наследника:

- Часть бояр на нашей стороне. Они хотят, чтобы и в России установились такие же вольные права олигархов как в Польше. Так что у нас будет немалая поддержка. Не стоит их отпугивать прежде времени!

Владислав надменно пробурчал:

- У нас достаточно сил, чтобы обойтись и без предателей-бояр. И я не намерен ни с кем делиться властью!

Иезуит кротким тоном произнес:

- Когда возьмем власть, тогда и зажмем их всех. А до этого на посуле, как стуле! - Корпус представителя церкви изогнулся, и последовало заунывное. - Обещай, обещай, будто всем будет рай!