"Капитан" Призрачный Гонщик

Глава 4

День первый: Пробуждение дракона и разведка боем

Утро началось не с будильника, а с оглушительного рева мотора под окном. Точнее, с его попытки. Женя, вдохновлённый вчерашним успехом, с самого рассвета пытался выжать из «восьмёрки» звук, хоть отдалённо напоминающий рык моего «Грана». Получалось примерно как у больного носорога с ангиной – хрип, кашель и обильное выделение сизого дыма.

Я материализовался прямо над капотом, заставив его вздрогнуть и чуть не уронить отвертку.

—Ты чего это? — проворчал я. — Красавице спать не даёшь? Она же после вчерашнего заслуженный отдых заслужила!

—Дед, доброе утро, — он просиял, и я понял, что от былой робости не осталось и следа. Адреналин и успех у девушки – лучшие психотерапевты. — Я думал, её немного… прокачать. Чтобы звучала грознее.

—Звучала? — я фыркнул. — Она не оперная певица, чтобы звучать! Она должна ехать! А грозность… грозность тут. — Я ткнул пальцем ему в грудь. — Внутри. Если ты внутри грозный, то даже на инвалидной коляске от тебя шарахаться будут. Брось ты это, лучше завтрак делай. Яичницу, как вчера. Только на этот раз без угольков, а то у меня желудок призрачный болит.

Пока он возился на кухне, я носился по квартире, заглядывая во все щели. Современный быт меня одновременно забавлял и раздражал.

—И что это за штуковина? — поинтересовался я, просовывая голову в стиральную машину. — Ага, понятно. Автоматическая прачечная. А где тут драйв? Где риск? Раньше хоть на речку сходишь с мылом, заодно и познакомишься с кем-нибудь! А это… это как секс по расписанию. Скучно!

Женя только ухмылялся, переворачивая яичницу. Он явно вошёл во вкус этой новой, бесшабашной жизни.

После завтрака мы отправились в гараж. По дороге я инструктировал его.

—Так, слушай сюда, операция «Разговор с Артёмом» начинается. Главное – не ныть, не оправдываться. Ты – крутой парень с горячей тачкой и ещё более горячей барышней. Он – просто мальчик на папиной игрушке. Запомнил?

—А если он…

—Нет «если»! — перебил я. — Ты думаешь, его папаша, этот мистер Стерлинг, стал большим человеком, слушая «если»? Нет! Он давил! И мы будем давить! Но по-нашему, с стилем.

Гараж встретил нас родным запахом бензина и масла. Женя сразу полез под капот, проверять последствия своих утренних экспериментов. А я… я почувствовал нечто другое. Тревогу. Слабый, но настойчивый зов. Как эхо далёкого вздоха.

Я вышел на улицу. Зов усиливался. Он вёл меня вглубь района, к старой промзоне. Туда, где, если верить вчерашним рассказам Жени, и находился тот самый картинговый центр «Асфальт».

И вот я увидел его. Длинное, приземистое здание из ржавого профнастила, с потрёпанной вывеской, на которой угадывались контуры гоночного болида. Вокруг – заросший бурьяном пустырь, заставленный старыми покрышками и остатками картов. Место выглядело заброшенным, но не мёртвым. От него исходила энергия. Тысячи пройденных кругов, детских восторгов, вздохов разочарования и победных криков. Это место дышало.

Я прошёл сквозь стену. Внутри царил полумрак, пахло жжёной резиной, машинным маслом и… надеждой. Несколько ребят лет пятнадцати возились с картами, разбирая двигатели. В углу, за стеклянной перегородкой, сидел седой мужчина в замасленной куртке и с грустными глазами – владелец, судя по всему. Он смотрел на ребят, и на его лице была печаль.

И тут я услышал голоса снаружи. Резкие, уверенные. Я просочился обратно.

К центру подъехал чёрный, начищенный до зеркального блеска Mercedes. Из него вышел тот самый мистер Стерлинг – в идеальном костюме, с холодными глазами и бумажной папкой в руках. Рядом с ним – пара крепких парней в строгих костюмах, похожих на охранников или юристов.

— Иван Петрович, — голос Стерлинга был гладким, как его лак на бампере, и таким же холодным. — Я к вам с очередным визитом. Как я вижу, ничего не изменилось. Всё так же шумно, грязно и… убыточно.

Владелец, Иван Петрович, вышел из здания, вытирая руки о тряпку.

—У нас всё нормально, Аркадий Борисович. Дети занимаются. Люди приезжают.

—Дети? — Стерлинг язвительно улыбнулся. — Вы называете это «занятиями»? Бездарное кружение по кругу? Это не развитие, Иван Петрович. Это трата времени и места. Очень ценного места.

Один из парней в куртках достал из папки какие-то бумаги.

—Собственность муниципальная. Арендная плата не вносится три месяца. Санитарные нормы не соблюдаются. Шумовое загрязнение… Мы имеем полное право…

—Я знаю, знаю о ваших правах, — вздохнул Иван Петрович. — Но у ребят тут клуб. Для многих это… —«Клуб»? — перебил Стерлинг. — На этом месте будет современный бизнес-центр с подземным паркингом. Вот это – клуб. Клуб деловых людей. А не клуб юных гонщиков-неудачников.

Я закипел. Этот напыщенный индюк в костюме говорил о самом святом – о любви к скорости, к машинам – как о мусоре. Моё свечение стало таким ярким, что одна из лампочек над входом мигнула и погасла.

Стерлинг на секунду замолчал, оглядываясь.

—Что это? С электричеством проблемы? Ещё один пункт в акте.

В этот момент подъехал Женя на своей «восьмёрке». Он увидел группу у входа, затормозил и вышел из машины, настороженно наблюдая.

— О, — заметил его Стерлинг. — Новый клиент? Советую поискать другое место для развлечений. Это заведение скоро закроют. Навсегда.

Женя посмотрел на него, потом на подавленного Ивана Петровича, потом на ребят, которые выглянули из-за двери с испуганными лицами. И что-то в нём щёлкнуло.

— А мне тут нравится, — сказал он твёрдо. Голос не дрожал. Стерлинг повернулся к нему,оценивая с ног до головы.

—Молодой человек, ваши симпатии меня не интересуют. Интересует прибыль. А её тут нет.

—Прибыль не только в деньгах бывает, — выдал Женя фразу, которую я вчера вложил ему в голову во время лекции о настоящих ценностях.

Стерлинг фыркнул.

—Наивно. Очень наивно. Миром правят деньги. А не… ностальгия по каким-то жестяным консервным банкам. — Он бросил взгляд на «восьмёрку» и брезгливо поморщился. — Удачи вам. Но ненадолго.