Капкан для кукловода

Глава 16. Взрывная смесь непосильной ноши с несбывшимися надеждами

Предчувствия Ксении сбылись самым непредсказуемым образом и гораздо раньше, чем она могла себе представить.

– Пойду, поищу для нас новое место, а ты пока собирай здесь, я скоро вернусь, - Тай мельком взглянул на Ксению и мысленно выругался. Как он устал! Не физически – морально. Ему необходимо побыть одному, прямо сейчас, хотя бы для того, чтобы выпустить пар. И видит Забытый, он это сделает, иначе точно придушит пигалицу.

Зачем боги сыграли с ним злую шутку? За что? Девчонка не подходит для его целей, ни по каким критериям. В этом тщедушном теле едва теплится дух. Она не справляется с его магией, боится её, да что там, даже не верит в существование этой самой магии. Какое кощунство!

Ах, если бы ей хоть раз ощутить каково это: как звенит тело от прилива магии, как каждая клеточка наполняется бодростью и энергией, как радостно поёт душа от восторженного обладания силой. Тогда бы она заговорила совсем по-другому!

– Ладно, - вяло и безэмоционально ответила Ксения, мимолётно пожала плечами и, даже не взглянув на Тайрона, продолжила ковыряться в пыли в поисках магических кристаллов.

Тайрона это взбесило ещё больше. Захотелось, как следует, встряхнуть это тщедушное тело, чтобы понять, есть ли в нём жизнь или осталась одна оболочка, которая ходит, ест, спит и только делает вид, что живёт.

Сжав руки в кулаки, Тай, от греха подальше, поглубже засунул их в карманы рабочих штанов. Резко оборвав разговор, повернулся к Ксении спиной и молча направился в темноту заброшенной штольни.

Дорогу он знал, как свои пять пальцев, не раз проходили здесь с братом, когда прятали украденные кристаллы. Шёл привычно и уверенно, но при воспоминании о Рэдклифе в груди Тайрона запекло, и он сбился с шага:

- Как же мне тебя не хватает, брат! Бледная немочь не оправдывает ожиданий. Боюсь, что ничего из задуманного нами не получится, – с горькой усмешкой прошептал в пустоту. – Неужели все жертвы зря?

Унесясь мыслями далеко отсюда и потеряв связь с реальностью, он жестоко поплатился: запнулся о небольшой камень и оступился, тут же угодив ногой в яму, которую раньше всегда старательно обходил. Безуспешно пытаясь выровняться в падении, Тай только набрал ускорение и со всего маху головой приложился к полусгнившей и покосившейся, но всё ещё достаточно крепкой стойке, подпиравшей потолок некогда оживлённой, а теперь заброшенной штольни.

Удар вышел не слабым, и по лицу мужчины удушающе-липкой волной из рассечённого лба обильно потекла кровь. И это вдруг стало последней каплей: будто не кровь хлынула, а эмоции, которые Тайрон так долго копил в себе.

В одну секунду накрыв его с головой и прорвав плотину, упорно сдерживаемую лишь силой воли, они вырвались из-под контроля и завладели им полностью.

Откуда-то из глубин души в этот грязный, убого-беспросветный мир выбрался ущербный и искалеченный монстр, та часть, которую Тайрон Ортс всегда старательно прятал не только от окружающих, но и от себя самого – его тень, тьма, изнанка.

Сильная физическая боль и накопившаяся моральная усталость, приправленные одуряющим запахом собственной крови и острым раздражением, разбудили в Тайроне животное начало.

Ослеплённый темнотой и ведомый эмоциями, он почти не осознавал, что делает: как утробно-низко, по-звериному воет, как царапает землю в беспросветной тьме штольни, как сбивает костяшки пальцев рук о старые деревянные стойки, в беспорядке расставленные повсюду. В этот момент им владело лишь одно – желание освободиться от многолетнего груза унижений, обид, отторжения, разочарования и боли. И он освобождался, круша и расшвыривая всё вокруг, не чувствуя ни вины, ни раскаяния.

Тайрон не замечал течения времени и даже под пытками не мог бы сказать, сколько прошло – минута, час, день, год. Остановился, лишь, когда всё вокруг пришло в движение: стойки начали ломаться одна за другой сами собой, стенки штольни загудели и затряслись, земля вздыбилась волнами, которые за пару коротких мгновений захватили тело Тайрона в плен.

Это отрезвило, Тай быстро пришёл в себя, и почувствовал, что ни пошевелиться, ни позвать на помощь не может: по самую шею тело засыпано землёй, глаза залиты кровью, а рот невозможно открыть без риска наглотаться пыли. Сам же он чудом выжил, хоть и был на волосок от гибели, спас его огромный кусок породы, тонким, но длинным пластом отвалившийся от потолка штольни. Он, сложившись над Тайроном домиком, оставил ему крохотный запас воздуха. Однако пригвоздил при этом к земле, намертво впечатав в осыпавшийся грунт. Старая штольня не выдержала того, что Тайрон Ортс носил в себе годами…