Капкан для кукловода

Глава 19. Непредсказуемые последствия сильного гнева

Ксения с трудом сдерживалась пока Тайрон не отошёл на безопасное расстояние. Её душили рыдания, а при нём нельзя было показывать свою слабость, он и так считает её ничтожеством.

Хотелось реветь в голос, извещая о своих горестях весь мир. Ксения снова оказалась негодной: ни к большим испытаниям, ни к значительным переменам в себе, ни к бонусу в виде чужой магии. И она опять, как когда-то давно в школе, ещё до знакомства с Даной, почувствовала себя слабой и никчемной.

Он тоже считает её такой: она поняла это по его глазам, жестам, мимике, даже по интонации голоса. Вот и сейчас, он ушёл, потому что она его в очередной раз разочаровала. Столько усилий, и всё – зря. Она не может овладеть его магией, наверное, потому что не достойна, не заслуживает, слаба.

Её уже тошнит от самой себя, она самой себе противна. Размазня! Ей никогда не стать другой, не повзрослеть, не измениться. Она обречена на неудачи, только и может, искать опору в ком-то другом, не в себе.

Кричать нельзя, а так хочется! Она бы выла, царапалась и кусалась, потому что не видит выхода, но и не может больше мириться с существующим положением вещей, выносить его презрительное хмыканье и косые взгляды. Ей нужно выплеснуть всю эту горечь, иначе она ею захлебнётся.

Не имея возможности полноценно порыдать, Ксения кривила губы, хмурилась и и отчаянно пыталась сдержать рвущиеся из горла всхлипы. Напрасно.... Слёзы заструились бесконечным потоком, заливая глаза и ещё сильнее раздражая, без того уже воспалённую кожу лица. Рыдания спазмом сдавили горло, перекрывая доступ воздуха в организм. Кажется, ещё немного и она задохнётся или расплавится от ярости, бушующей внутри.

Не имея возможности выплеснуть боль криком, всю мощь своего гнева Ксюша направила на работу, как никогда до того, самозабвенно молотя землю киркой. Её трясло так, что клацали зубы. И чем активнее она махала киркой, тем сильнее заводилась и не могла остановиться. Слепая ярость, беснуясь где-то глубоко внутри, безуспешно искала выхода. Разбивалась о невидимый барьер и острыми ранящими осколками осыпалась назад, превращая все внутренности Ксении в кровавую крошку.

Да, что же это с ней происходит? Ксюша металась по делянке, даже не подозревая, что где-то там, в лабиринте заброшенных штолен то же самое в эти же минуты творится и с Тайроном.

Она молотила киркой всё без разбора до той поры, пока в глазах не заплясали огоньки, и руки не разжались в изнеможении, выпуская, наконец-то, погнутый и искорёженный инструмент.

- Ничего себе слабая! - потрясённо выдохнула Ксюша, в бессилии оседая на землю и оглядывая развороченную делянку. В глазах по-прежнему плясали огоньки, не исчезая, как Ксения ни пыталась от них избавиться. Проморгалась, зажмурилась, потрясла головой и неподвижно застыла на некоторое время, пытаясь выровнять дыхание и прийти в себя.

Открыв глаза через какое-то время, в изумлении ахнула: вся делянка светилась огоньками, как новогодняя ёлка.

- Это что? Вот это всё… Это кто? Я? - потрясённо шептала она, прижимая к губам грязную окровавленную ладонь и даже не замечая этого. Не имея сил подняться, подползла на четвереньках к ближайшему огоньку да так и застыла над ним в удивлении.

- Так я же ничего, совсем ничего не могла сломать тут! Да как же так? - не переставая бубнила себе под нос, вглядываясь в огоньки.

Свечение пробивалось откуда-то из-под земли. Подтащив поближе кирку, немного поковырялась в грунте над светящейся точкой и выудила на свет магический кристалл. Как только вытащила его на поверхность, свечение сразу пропало.

- Что за чертовщина тут творится? - озадаченно почесала нос и принялась, теперь уже прицельно выбирая самые крупные, доставать кристаллы из-под земли. Как одержимая, откуда только силы взялись, ползала по делянке, проверяя свои предположения, и повсюду без труда находила магические кристаллы.

Увлёкшись этим, позабыла про всё на свете, и чуть было не пропустила появление патруля. Заслышав за спиной шаги надсмотрщиков, лишь на мгновение замерла от страха, а потом, вжав голову в плечи, продолжила ковырять землю, как ни в чём не бывало. Пусть попробуют доказать, что это она тут дел наворотила! Она ничего не видела, ничего не знает.

Как ни странно, патруль прошёл мимо, не обратив никакого внимания на иллюминацию. Ксения специально краем глаза следила за реакцией охранников. Они шли, без зазрения совести наступая на светящиеся точки, как будто их не существовало. Может они ничего не видят, видит только она? Ксюша бы решила, что сошла с ума, и ей всякое мерещится, но найденные кристаллы напрочь отметали это предположение. Они светятся и она их видит! Только она одна! А это что-то да значит.

На обратном пути патруль снова вёл себя как обычно: охранники посматривали по сторонам и покрикивали на пленников.

- Эй, ты! - услышала она за своей спиной и ещё сильнее сжалась от страха, но голову всё же повернула. - Где твой напарник?

- Так он кристаллы понёс, - быстро нашлась с ответом.

- Работай быстрее!

- Хорошо, я ускорюсь, - возражать охране было чревато, поэтому Ксения предпочла сделать вид, что подчиняется.

Как только патрульные исчезли за поворотом, она отбросила кирку и схватилась за горло, почему-то, ни с того, ни с сего, в груди запекло, стало нечем дышать, а сердце заныло, словно его сжали железными тисками.