Кара для предателя. Наследник бога-дракона

Глава 4

Свадебная процессия движется к горе Ильфьель. Дворфы в праздничных доспехах и меховых плащах несут факелы и знамёна с руническими знаками. Снежные вершины на горизонте блестят холодным серебром. Снег искрится на морозе. Дыхание вырывается паром изо рта. Я щурюсь от яркого солнца. Моё лицо горит, но не от ледяного ветра, а от смущения. Ещё несколько лун назад я не думала о замужестве, а сегодня облачилась в наряд невесты. Отец, увидев меня, так растрогался, что не смог сдержать слёз.

Мне тоже хочется расплакаться от переполняющих чувств, но я обязана держать лицо. Слишком много глаз наблюдает сейчас за мной. Процессия делает остановку у подножия горы. Здесь дорога сужается, превращаясь в узкую скалистую тропу. Роальд идёт рядом со мной. Его рука касается моего локтя лишь на мгновение, и это прикосновение придаёт мне уверенности. Камни под ногами скользкие от пепла и влаги. Дыхание становится частым, но не от усталости, а от трепета.

У алтаря нас встречает Гутрун, облачённая в расшитую рунами мантию. Вокруг неё — слуги и помощники, и среди них на миг я вижу Хейдрун. Она появляется и снова исчезает, словно бы прячется. Сколько бы раз мы ни встречались, она продолжает смотреть на меня волком. Мне стоит усилий прогнать незваное ревностное чувство. Я повторяю себе, что не Хейдрун, а я выхожу замуж за Роальда. Это придаёт мне уверенности.

Алтарь расположен на уступе, а за ним зияющее жерло, откуда веет жаром. Камни усыпаны древними письменами, которые никто, кроме Гутрун, не в силах прочесть. Внизу под нами видна дремлющая лава, гладкая и тёмная, как кожа старого чудовища. Кажется, будто она дышит, лениво переваривая собственное тепло. Я чувствую величие божества, что сдерживает огненную гору.

Гутрун поднимает руки и, глядя вниз, возносит хвалу богу-дракону на древнем наречии. Я не знаю его, но я каким-то образом могу понять смысл её слов. Она славит Стамфара и просит его о милости, о защите и одобрении. Её голос разносится эхом под каменными сводами. После она призывает меня и Роальда подойти к жертвенному алтарю. Он уже пылает, распространяя жар вокруг.

Мы обмениваемся брачными клятвами, держа руки над пламенем. От близости огненной пропасти кружится голова.

— Сегодня древний огонь венчает вас, — произносит Гутрун, глядя на нас поочерёдно. — Принесённые клятвы засвидетельствовал сам Стамфар, а потому страшитесь нарушить их. Ибо кара Прародителя будет неотвратимой.

На миг мне кажется, что рука Роальда вздрагивает. Но уже в следующий момент она касается моей руки и сжимает её. Я поднимаю на него глаза. Он улыбается мне ласково. У меня невольно перехватывает дыхание. Нельзя передать словами, как я счастлива сейчас.

— Клянусь, что сделаю что угодно, ради счастья моей любимой, — произносит он, а после касается моей щеки. От радости и волнения у меня на глазах выступают слёзы.

— Отныне и до смерти вы супруги, — прикрывая глаза, говорит Гутрун. — Живите в мире. И да пребудет с вами свет древнего пламени.

Она ударяет посохом о вулканический камень, завершая свадебный обряд. Камень в её посохе и руны на скалах начинают светиться жёлтым. Мы с Роальдом, рука об руку, покидаем гору. Мне страшно взглянуть на него. Сердце бьётся так громко, что заглушает мои мысли. Внизу нас встречает ликующая толпа гостей: ярлы и воины, горняки и простые горожане. Слышится смех и крики одобрения. Сам конунг Эйнар стоит во главе толпы. В последнее время ему нездоровилось, но сегодня его лицо светится радостью и гордостью. Шествие возвращается во дворец под торжественный звук горнов.

Чтобы отпраздновать нашу свадьбу, отец устраивает большой пир. Внутри дворца жарко и громко. Столы нагружены мясом и разной дичью. Вино и крепкий эль льются рекой. Звучит музыка и смех. Пир идёт до глубокой ночи. Я наблюдаю за гостями, за их тостами и шутками, за праздничными нарядами. Время от времени я искоса поглядываю на Роальда. Он выглядит сдержанным и, лишь поймав на себе мой взгляд, улыбается. Моё сердце при этом замирает. Мне очень хочется поскорее остаться с ним наедине. Мне и стыдно, и волнительно от этого желания.

Я возвращаюсь в свои покои уже за полночь и начинаю готовиться к первой брачной ночи. Мысли беспорядочно кружатся в голове, как стая мотыльков над пламенем. Я омываю тело и гладко причёсываю волосы. После облачаюсь в самое красивое платье, которое подарил мне отец, украшенное самоцветами и тонкой вышивкой. Оглядываю себя в зеркале с мыслью, что теперь я жена. Сердце замирает, переполненное страхами и надеждами.

В предвкушении я прислушиваюсь к шагам в коридоре. Наконец, кто-то стучит в дверь, громко и нетерпеливо.

— Войдите! — произношу я взволнованно.

К моему изумлению, в комнату врывается один из стражников. Его лицо бледно, а голос дрожит.

— Ваше Высочество, конунг Эйнар… почил, — произносит он и опускает взгляд.

— Нет… — шепчу я, отказываясь верить чему-то настолько ужасному и несправедливому. — Этого не может быть.

Слёзы заволакивают глаза. Ноги сами несут меня в покои отца. Слуги лишь кланяются и расступаются передо мной. Кажется, никто не в силах вымолвить ни слова. Я падаю на колени у его ложа, касаюсь холодеющей руки. Он и вправду бездыханен, лицо его бело и словно застыло перед вечностью.

В горле появляется ком, и слёзы снова рвутся наружу. Я прошу отца проснуться, прошу не оставлять меня. Но всё тщетно. Он не слышит меня, и путь его теперь лежит в царство бога-дракона.