Кара для предателя. Наследник бога-дракона

Глава 6

Роальд

С самого детства я знал, что ничего в этом мире не достаётся просто так. Я был младшим сыном ярла западных земель. И пусть мой отец был знатен и богат, я никогда не получал того, что хотел. И это касалось не только вещей, но и признания. Старшие братья забирали всё, что мне было дорого. Места за столом рядом с отцом тоже доставались им. Мне говорили: «Прояви терпение, и получишь своё». Но чем больше я терпел, тем меньше мне давали.

И в этом холодном мире, постылый и забытый даже собственной матерью, я вдруг обрёл Хейдрун. Яркая, как утренний закат над рудниками, с глазами цвета янтаря и с голосом, тихим и вкрадчивым — она придала смысла моему существованию. Она стала для меня первой и единственной любовью.

Я увидел её впервые на самом краю горной деревни. Хейдрун стояла у колодца и ждала своей очереди, чтобы набрать воды. В тот момент весь мир сузился вдруг до неё одной. Я тогда ещё не понимал, что это любовь, но уже знал, что не могу проехать мимо. Но снова судьба посмеялась над моими желаниями: сын ярла не мог взять себе в супруги девушку из семьи горняков. Мой отец лишил бы меня имени и прогнал из дома, если бы узнал, что я связал свою жизнь с женщиной из низшего сословия.

Вдобавок ко всему, с самого детства Хейдрун имела способность впадать в транс и слышать волю бога-дракона. Её мать, отчаянно желавшая, чтобы дочь её не прозябала до конца своих дней в захудалой деревеньке, отправила Хейдрун учиться в столицу. Благо жрица Гутрун приняла девочку в ученицы. Она относилась к ней лучше, чем относился собственный отец. Впервые за все годы нашего знакомства, я увидел, как Хейдрун улыбается. Она нашла своё призвание и ключ к лучшей жизни. А потому я смирился с разлукой. Смирился, но не забыл о своей возлюбленной.

Спустя время я поступил на службу к конунгу Эйнару. На протяжении нескольких лет я выполнял поручения, день за днём заслуживая его расположение. Это было непросто. Порой мне приходилось идти против интересов собственного графства. Но я преследовал лишь одну цель: занять в столице такое положение, которое бы позволило мне видеться с Хейдрун.

Поначалу я не рассчитывал на многое. Видеть любимую хотя бы украдкой на редких церемониях или во дворце мне уже было достаточно. Но потом я узнал о болезни конунга Эйнара. И поскольку у старика не было сыновей, в моей голове созрел план, как мне самому занять трон. Я подумал, что если сделаю это, тогда уже никто не сможет ничего у меня отобрать. Я стану хозяином судьбы: не только своей, но и той, что касается Хейдрун.

Очаровать пустоголовую принцессу оказалось проще, чем я думал. Эмма росла в окружении почестей. Она привыкла к вниманию, ко всем тем ласкам, которые двор дарит дочери конунга. Я сыграл с ней в игру « тепло-холодно». Я не лез к ней с подношениями, и словами восхищения — я делал ровно наоборот. Сначала давал немного внимания, а потом холодел в ответ на её улыбки. То постоянно появлялся перед глазами, то снова исчезал на долгое время. Это сводило её с ума, но именно этого я добивался. Я желал, чтобы она думала лишь обо мне. Напоследок я подговорил своего двоюродного дядьку помочь мне. Я хотел, чтобы он напугал её и дал мне возможность появиться перед ней подобно герою из сказок. И, похоже, мой план сработал — в тот вечер принцесса сама поцеловала меня. Казалось, она уже влюблена в меня.

Одновременно с осуществлением моего плана, я тайно виделся с Хейдрун. Пусть украдкой, но благодаря этим встречам я чувствовал себя живым. И даже то, что она принадлежала Стамфару, не пугало меня, а, напротив, делало наши запретные встречи более сладостными. Хейдрун была против моих интриг. Ей не нравилось, что я совершаю подлость за подлостью, во имя любви к ней. Я вдруг понял, что за то время, пока она обучалась у Гутрун, её отношение ко мне изменилось. Я больше не был для неё главной ценностью в жизни, как она для меня. Но я намеревался исправить это однажды и навсегда.

***

В зале темно и тихо. Каждую нашу встречу мы с Хейдрун прячемся будто воры. Мне это не нравится, но Хейдрун по какой-то причине боится моей супруги. Она считает, что мы должны хранить всё втайне от неё. Я же считаю, что мне стоит в скором времени овдоветь, чтобы покончить со всем этим. На секунду я представляю себе Эмму, падающую с обрыва вниз. После встряхиваю головой и крепче сжимаю Хейдрун.

— Зачем ты мучаешь меня? — спрашивает она, пытаясь отстраниться. — Ты ведь знаешь, что я не могу быть с тобой, как женщина. Моё сердце, тело и душа принадлежат Прародителю, и я смирилась с этим.

— Но я не смирился! — отвечаю я, чувствуя, как меня охватывает негодование. — И я пойду на что угодно, чтобы ты принадлежала только мне!

Мои слова — признание и клятва одновременно. Я всегда знал, что если не пробьюсь к вершине, если не получу власти, то вся моя любовь так и останется несбыточной мечтой. Теперь я слишком далеко зашёл, чтобы отступить из-за каких-то дурацких религиозных правил. Я сделаю Хейдрун своей, чего бы мне это ни стоило.

— Ваше Величество! — голос одного из стражников заставляет меня вздрогнуть.

Хейдрун мгновенно подаётся в сторону от меня, боясь, что нас могут увидеть вместе. Это злит меня, но, боюсь, сейчас я не могу ничего поделать.

— В чём дело?! — раздражённо спрашиваю я, выходя стражнику навстречу. — Как смеешь ты врываться и нарушать моё уединение?!

— Прошу простить, конунг Роальд, — стражник склоняет голову. — Это касается вашей супруги. Дроттнинг Эмма только что отбыла в направлении горы Ильфьель. Её сопровождает небольшой отряд дворцовой стражи.