Карамелька для последнего из драконов

7. Чувства и сомнения

Обернувшись, я смотрела вслед куратору, не желая признаваться себе, что на руках горят следы его прикосновений, а сердце колотится в горле совсем не от мыслей об Адриане. Что это? И почему я так отреагировала на случайное, буквально секундное столкновение с этим мужчиной?
Я не видела Лекса с того дня, когда он заставил Дэниэла пропустить меня. Только слышала от Тайры, как прошла её индивидуальная беседа. В тот день она пришла, словно под градусом. Глаза сияли, на лице расползлась глуповатая улыбка. Не знай я, что они с Эриком стали довольно близки в последние дни, я бы подумала, что она так и не оставила мыслей о влюблённости в куратора. Но Тайра заверила меня, что Лекс староват для неё, хоть и невероятно красив. А своё состояние объяснила тем, что он пробудил в ней такую уверенность в себе, что теперь ей всё по плечу.

Отдышавшись и уняв взбесившееся сердце, я поспешила в спальню. Всю дорогу старалась думать только о словах Шарли. Положительные эмоции. Исключительно положительные эмоции. Но на словах это было легко, а на деле сегодня после обеда меня ждало первое занятие по стрельбе из лука. Мои однокурсники выбрали более привычные занятия физподготовкой. Женская половина предпочла гимнастические занятия, направленные на развитие баланса и выносливости, а парни записались на боевое направление, включающее и какие-то местные аналоги единоборств и упражнения с оружием.
На стрельбище из первого курса никого, кроме меня, не оказалось. Да и в целом желающих научиться стрелять из лука было не очень-то много. Две девушки, да один хилый парень, вроде бы второкурсник.
Занятие началось с техники безопасности. За границу не выходить, дождаться, пока все закончат стрелять, и лишь потом идти собирать стрелы, без стрелы тетиву не спускать. Магистр Арч, худощавый мужчина лет сорока, посетовал, что искусство стрельбы нынче мало кому интересно, а ведь когда-то все маги в обязательном порядке изучали эту дисциплину, развивая свою точность и выдержку.
Потом нам выдали луки и подвели на расстояние пяти метров от больших круглых щитов с нарисованными на них круглыми мишенями. Первая стрела у меня упала до того, как я успела натянуть тетиву, несмотря на все объяснения магистра. При второй попытке стрела полетела вперёд и в сторону. При третьей – тетива с такой силой хлестнула мою правую руку, что я едва не взвыла. Втянула воздух сквозь сжатые зубы и резко выдохнула.
– Светлова, локоть!
Да, точно. Я никак не могла удержать в голове все наставления магистра. Нужно было не просто натягивать тетиву, но и не забывать про спину, про правильное положение пальцев и локтя правой руки, поворачивать чуть в сторону локоть левой, чтобы тетива не хлестала по предплечью и при этом ещё умудряться сохранять сосредоточение на мишени. К седьмой стреле по моему лицу чуть ли не градом лился пот. Рука отваливалась несмотря на то, что мне дали самый лёгкий лук. У остальных оружие выглядело гораздо внушительней. А когда магистр предложил мне попробовать лук побольше, я чуть пальцы не изрезала о тетиву, пытаясь её натянуть.
– Ничего, Светлова. Это только первое занятие. Никто не рождается с луком в руках. Через полгода будете бить в десятку и при этом зажигать стрелы магией.
Я с сомнением улыбнулась. Судя по моим успехам, мне светило разве что похудеть, бегая по всему стрельбищу, подбирая свои стрелы, которые упорно не желали лететь в щит.

Но магистр Арч оказался прав. Уже к третьему занятию я попала в самый центр мишени. Правда, получилось это, совершенно случайно. Но даже такой результат пробудил во мне уверенность, что я не совсем безнадёжна. На пятом занятии магистр не позволил мне взять мой обычный лук и выдал новый – такой же большой, как у остальных, прибавив к нему крагу из толстой кожи для защиты предплечья и перчатку для правой руки, которая должна была защитить подушечки пальцев. Вот только это почти не помогло. С занятия выходила с саднящими из-за тугой тетивы пальцами.

Переодевшись в платье, я возвращалась в жилой корпус, снова витая в облаках. Тайра обещала рассказать про очередное задание, которое предстояло выполнить участникам турнира, а Адриан предлагал прогуляться после ужина, раз я упорно отказывалась встречаться с ним после отбоя.


Проходя через внутренний двор, я увидела идущего мне навстречу Дэниэла и поспешила свернуть в ближайшие кусты, чтобы не сталкиваться с этим странным парнем. После того случая я старалась лишний раз не появляться на шестом этаже, а если Адриан предлагал посидеть у них в гостиной, убеждала его, что на нашем этаже общая комната гораздо уютнее.

Кусты оказались с колючками, и я ойкнула, когда один из шипов вонзился мне прямо в безымянный палец, которому и без того досталось во время стрельбы. Вытащив острый шип, я сунула палец в рот, не давая крови закапать всё вокруг, и чуть ли не бегом бросилась в основной корпус, чтобы в целительском крыле на всякий случай продезинфицировать ранку, а заодно спросить у миссис Блумфилд какую-нибудь мазь от мозолей.

– Вы умудрились пораниться даже без холодного оружия?
Я подняла глаза на Лекса, выходящего из дверей целительского крыла. А он-то что здесь делает?
– Что у вас на этот раз?
Я порадовалась, что куратор не застал меня с пальцем во рту, но на всякий случай спрятала руки за спину.
– Ничего серьёзного.
– Диана, я не люблю повторять дважды. Миссис Блумфилд сейчас всё равно занята.
Он требовательно протянул мне руку, и мне ничего не оставалось, как показать ему покрасневшие пальцы, на одном из которых снова расплывалась кровь.
Лекс вновь обошёлся без каких-либо бальзамов или зелий. Мягко провёл по моим пальцем, стирая боль и жжение.
– У вас слишком нежные пальчики.
Я вздрогнула от его ласкового тона. Попыталась выдернуть руку, но Лекс неожиданно крепко сжал её.
– Всё ещё боитесь меня?
– Вовсе нет! – я вскинула голову, смело глядя ему в глаза. Не признаваться же, что меня пугает моя собственная реакция на его действия. Омут тёмных глаз больше не тянул на дно, но вместо этого я начинала чувствовать, как сердце разгоняет кровь по венам. – Простите, мне нужно идти.

Руки Лекса разжались, и я, развернувшись на каблуках, быстрым шагом направилась прочь, забыв про мазь от мозолей, лишь бы он не увидел, как по щекам растекается краска смущения.