Карне. Дикие земли

Глава 5. Ритуал

Трам-па-ра-рам! Секс в студию! Шутка. Или нет?

На Катю заинтересованно сверкая розово-оранжевыми змеиными глазами смотрел местный самец. И какой! Девушка охарактеризовала бы его внешний облик одним словом – персик. Его мордочка и покатые бока покрывала белоснежная гладкая чешуя, а капюшон, спину и хвост по позвоночнику - нежно-розовая с бледно оранжевыми пятнами; шея, хорошо развитые грудные мышцы и внутренняя часть хвоста же была насыщенно персикового цвета. Змей возбуждённо зашелестел, скользя вокруг и внимательно её разглядывая, иногда невесомо прикасаясь к белью и прядям волос покрытыми золотой краской кончиками когтистых пальцев. Наконец он удовлетворил своё любопытство и замер, заключив девушку в кольцо своего безотчётно аппетитного тела, опустился на хвосте как можно ниже и склонился, заглядывая в Катины глаза. Он что-то предлагал, протягивая ей руку, а девушка рассеянно скользила взглядам по золотым клипсам на его капюшоне, массивному браслету на плече и из того же драгоценного металла наручу на правом предплечье. Обернувшись к песочным часам и определив, что время ещё есть, Катерина изобразила как берёт с воображаемого подноса что-то и кладёт в рот, а потом заинтересованно уставилась в глаза немого собеседница. Цаэска с готовностью кивнул и снова подал ранее проигнорированною опору. Ладонь чешуйчатого оказалась твёрдой и чуть тёплой, скоро нагреваясь от человеческого тела.

Персик быстро провёл девушку сквозь толпу, галантно перенося над чужими хвостами, встречающимися на пути.

- Мм! – Катерина с сомнением осмотрела десятки узких круглых столиков. Резными воздушными формами и замысловатым орнаментом они напоминали индийские, а после ощупывания, стало ясно, что они цельно-каменные. Неужели у змеелюдов больше не из чего делать себе мебель? Грустно как-то. Каменная мебель – зло, от неё двемеры пропали. Угощали же местные крупными (для человека) кусками разнообразных фруктов, ягодами, орехами, сырой рыбой, тонкой мясной нарезкой и ломтями какого-то странного не то овоща, не то фрукта с пористой жёлтой кожурой. Видя заминку человека, цаэска взял пустой поднос и наполнил его, проигнорировав сырые продукты. Даже так. Катерина ещё раз убедилась, что змеелюдам известны человеческие слабости. С благодарностью чуть склонов голову, девушка забрала ношу и с энтузиазмом стала решать, что опробовать первым. Персик снова опередил её, подхватив покрашенными когтями ломоть того странного жёлтого плода, поднеся его ко рту Кати. С сомнением поглядев на змеелюда и понюхав предложенное, она забрала фрукт и сама откусила от него кусочек под расстроенным взглядом местного. Кто его знает, к чему могла привести его выходка с кормёжкой. Традиции у народов разные бывают, а уж от ритуалов, часто фигурирующих в женских романах, у Катерины мороз по коже. Угощение же ничего так, сладенькое. Утолив голод орехами и несколькими разными фруктами, среди которых попались и кисло-острые, а жажду - своей водой, Катя почувствовала силы на новые свершения. И они не заставили себя ждать.

Музыканты заиграли что-то медленно-певучее, трогающее за самую душу, а Персик приблизился так близко, трогательно заглядывая в глазки, что-то шелестя и ненавязчиво обвивая талию ручищей.

- Хочешь потанцевать? – девушка посмотрела на неутомимых змеелюдов, видимо, обожающих кружиться под музыку, и, решившись, улыбнулась своему новому визави, - ну пойдём, Персик.

- Песс-ик? – бело-розово-оранжевый цаэска подхватил одной рукой девушку под попку, дерзко прижимая её к своему торсу.

- Перрр-сик, - Катя указала ему на грудь пальчиком, с интересом отметив дрогнувшие змеиные зрачки, а потом указала на себя, - а я -  Лойхссс!

Змеелюд засмеялся, снова издавая прерывистое шипение. Странный всё же у них смех. Хотя, главное, что вообще могут это делать. Если б у них не было чувства юмора, было бы совсем печально. Цаэска между тем уже двумя руками обнял девушку, скользя по залу, кружась  и скупо извиваясь. Всё же, человек – не змеелюд.

- С’суу Харри Муррс, с вахи усус Лойх’с. Сих сиусуурх фо. С’суу усфло [Ты - Дар Леса, маленький умный Цветочек. Уже учишь наш язык. Ты молодец].

- Хм, не понимаю, что ты ответил, но не слышу явного отрицания. Значит, буду тебя звать персиком теперь уже на постоянной основе, - Катя обвила одной ногой его талию, а другую опустила вдоль длинного хвоста, - Думаю, ты не против.

Цаэска довольно сощурился чему-то своему, сжимая в своих руках маленькие горячие ладони, и закружился быстрее и изящнее. Девушка хорошо на нём держалась, и он решил позволить себе быть смелее.  Музыка сменилась уже несколько раз, а они всё продолжали этот странный танец, изгибаясь уже вместе, змей опустил её на пол, скользя вокруг, что-то невероятное проделывая со своим хвостом. Катерина же, расслабившись под одобрительными взглядами окружающих и просто пылающим розово-оранжевым, смогла сама начать получать удовольствие от действа. Неожиданно в их дуэт проникла ещё одна фигура. Ей оказалась тонкокостная изящная змеедева с яркой полосатой окраской. Чёрные, рыжие и белые линии чередовались на её теле, причудливо рябя в движении. Почувствовав неловкость, Катерина попыталась ускользнуть к стене, ломая фигуру их танца, но оказалась обвита сразу двумя хвостами. С изумлением посмотрев на мордочку самки, она заметила в её жутковатых рыже-серых глазах лишь любопытство и вопрос, почему человек решила так неожиданно прекратить. Переведя дух, Катерина натянуто улыбнулась ей. Сцену ревности девушка бы не пережила. Кто их знает, как местные решают вопросы измен и различных недоразумений. Если подобные вещи для змеелюдов имеют какое-либо значение, конечно. Снова расслабившись и вернувшись на своё место, Катя начала танцевать уже вместе с парой цаэска. Змеелюды гармонично смотрелись друг с другом, а их движения говорили, что оба хорошо друг друга знают. А заметив на левом предплечье самки золотой наруч идентичный украшению Персика, девушка пришла к выводу, что они всё же полноценная пара. Вспомнив занятия восточными танцами, которые Катерина посещала с первого по шестой класс школы, она тоже сумела удачно вписаться в змеиный дуэт, преобразив его в трио. Как только музыка снова ненадолго смолкла, Персик указал Кате на часы. Время пришло. Пара проводила её до позолоченной арки и замялась. Самка что-то шелестела самцу, настойчиво подталкивая его следовать за человеком. Персик с весёлым изумлением ещё немного посопротивлялся, а потом поманил Катерину за собой и первым заскользил по коридору мимо белых стражей.