Картина после смерти

Глава 4

Часть 1

Ночь стояла тягучая и глухая. Луна спряталась за тучи, и казалось, даже звёзды отворачиваются от того, что происходило. Джереми вместе с друзьями стоял над свежей землёй. Здесь они похоронили Эшлинна — или то, что от него осталось. Кукольное тело, холодное, лишённое жизни, но слишком похожее на человека, чтобы принять это без дрожи.

Они поставили простой деревянный крест. Никто не знал, что написать на табличке. Эшлинн был живым ещё вчера, а сегодня стал марионеткой в руках безымянного Художника.

Когда все склонили головы, Джереми почувствовал лёгкое дрожание земли. Он хотел отступить, но земля под крестом словно содрогнулась. И вдруг… глаза Эшлинна открылись. Они были пустые, стеклянные, как у куклы, но из его рта вырвался хриплый шёпот:

— Джереми…

Толпа ахнула, кто-то отшатнулся, но Джереми замер, не в силах отвести взгляд.

— Я видел его… — прохрипел Эшлинн. — Художника. Он сказал… ты должен идти в мой подвал… там есть то, что он оставил. И… — его голос сорвался, и кукольное лицо исказила гримаса боли. — Он просил передать… ты скоро умрёшь.

Джереми сжал кулаки.

— Что это значит? Как скоро?

— Загляни в дверь… только она покажет правду… — последние слова сорвались шёпотом, и тело Эшлинна снова стало неподвижным, безжизненным.

В этот миг земля будто окончательно приняла его, и могила выглядела так, словно её никто не трогал.

Позже, уже ночью, Джереми пробрался в дом Эшлинна. Подвал встретил его сыростью и гнилым запахом. На стене висела картина. Она была покрыта толстым слоем пыли, но когда Джереми стер её рукой, сердце застыло: на холсте был он сам. Его дом. Его тело — безжизненно лежит на полу.

«Значит… моя смерть», — прошептал он.

Он схватил картину и унес её домой. Дверь появилась там же, напротив его комнаты. Рядом висела та самая кошка, и теперь её хвост был высоко поднят, как знак. Джереми собрал в себе всю смелость и шагнул внутрь.

За дверью — комната, искажённая, будто отражение его дома в кривом зеркале. И он увидел будущее: себя, мёртвого, убитого прямо в своей спальне.

Он не собирался просто ждать этого. Джереми решил поймать убийцу. Несколько ночей он не спал, ждал, проверял каждую тень. И однажды заметил движение. Силуэт скользнул мимо окна. Он схватил нож и приготовился.

Когда дверь скрипнула, он был готов. Но сердце похолодело, когда в лицо ударил свет луны. Это была Мира. Его бывшая девушка. Которая была влюблена в его друга Эшлина.

— Мира?.. — голос сорвался. — Зачем?

В её руках сверкал нож. Глаза были полны ужаса и решимости одновременно.

— Прости… — сказала она тихо. — Но ты проклят, Джереми. Все, кто рядом с тобой, умирают. Я не могу позволить, чтобы ты потянул меня за собой.

— Это не я, — прошипел он. — Это Художник.

— Художник?.. — Мира горько усмехнулась. — Ты даже не понимаешь. Ты — его цель. И если я убью тебя, всё закончится.

И в тот миг Джереми понял: она больше не его друг. С этого момента Мира стала его врагом.

Часть 2

Дом Джереми погрузился в тишину. Он сидел на кровати, не зажигая свет, лишь наблюдая за красным мигающим огоньком камеры. Маленький объектив был спрятан в книжной полке, ещё один — за настольной лампой. Он заранее подготовился. Взгляд Миры той ночью не давал ему покоя: её дрожащие руки, слова о проклятии. В её глазах что-то сломалось.

Часы пробили два. В доме не было ни звука. Но внезапно послышался тихий скрип — шаги по полу. Джереми сжал нож, сердце бешено колотилось.

Тень скользнула вдоль стены. И вот дверь его комнаты медленно приоткрылась. На пороге стояла Мира. Лицо искажено, глаза в красных прожилках, волосы спутаны, в руках сверкнул стальной блеск.

— Ты должен умереть… — прошептала она, и голос её звучал не её голосом, будто говорил кто-то другой через неё.

Она бросилась вперёд. Джереми в последний миг оттолкнул её руку, нож скользнул по его плечу, оставив горячую полосу боли. Он ударил её коленом, сбросил на пол и, с трудом удерживая, вырвал оружие.

— Очнись, Мира! Это не я враг! — закричал он, но её глаза были пустыми, как у куклы.

Она царапалась, пыталась вырваться, кусала воздух, как безумная. Джереми, задыхаясь, со всей силы ударил её рукояткой ножа по виску. Она обмякла.

Он дрожащими руками задвинул нож подальше, включил свет и оглянулся на камеру. Она мигала, фиксируя каждое движение, каждый звук. Доказательство.

Его плечо горело от боли, но в душе было страшнее: не рана, а понимание. Она действительно хотела убить его.

Часть 3

Утро встретило его болью. Плечо горело, бинт, наспех перевязанный, промок от крови. Джереми почти не спал. В голове снова и снова прокручивался момент: глаза Миры, пустые, безумные, её голос, не похожий на человеческий.

На столе лежала флешка. Запись ночи. Его единственное доказательство.

Джереми накинул куртку и отправился к мэру. Маленький кабинет встретил его запахом старой бумаги и сигарного дыма. Мэр, полный мужчина с тяжёлым взглядом, не сразу поверил словам подростка.

— Ты хочешь сказать… твоя подруга пыталась убить тебя? — спросил он, нахмурив брови. — Ты понимаешь, насколько серьёзное обвинение?

Джереми молча протянул флешку.

Мэр вставил её в компьютер. Экран ожил, и в тишине кабинета раздался хриплый голос Миры: «Ты должен умереть…» Камера чётко показала, как она с ножом бросается на него, как он пытается обороняться, как в её глазах нет ни капли разума.

Мэр нахмурился ещё сильнее.

— Господи… — пробормотал он. — Это… это нельзя игнорировать.

Через час полицейские постучали в дверь дома Миры. Она не сопротивлялась. Шла молча, с пустым лицом, будто её разум всё ещё где-то в другом месте.

Джереми смотрел на всё это из окна мэрии. Сердце разрывалось — это была его подруга, они выросли вместе, делились секретами. А теперь её увозили в наручниках, как убийцу.

Мэр положил ему руку на плечо:

— Ты спас себя, мальчик. Но будь осторожен. Иногда зло прячется там, где мы меньше всего ждём.