Картофельное счастье попаданки

Глава 16

Настроена я была весьма решительно. Если этот месье Лурье был преподавателем академии, то почему бы ему не давать мне частные уроки? И хотя пока у меня не было средств, чтобы ему заплатить, я хотела, по крайней мере, узнать, сколько будут стоить такие занятия.

Дом номер пять оказался выкрашен в приятный кремовый цвет и имел балкон, на котором стояли кадки с розами. Такое жилище куда больше подошло бы романтичной даме, чем суровому профессору, и я невольно улыбнулась.

Над входной дверью висел колокольчик, и я позвонила в него. Никто не ответил, и спустя минуту я позвонила снова. И наконец услышала шаги. Дверь распахнулась.

Я ожидала увидеть седого старика, но на пороге стоял мужчина лет сорока — высокий, сутулый, одетый с легкой небрежностью. Воротник его рубашки был расстегнут, а жилет и брюки были совершенно не подходящих друг к другу расцветок.

Я даже сначала подумала, что это не сам профессор, а его слуга или секретарь.

— Я хотела бы увидеть профессора Лурье, сударь!

Он окинул меня недовольным взглядом. И кажется, ничего заслуживающего внимания во мне не нашел.

— Вы видите его перед собой, сударыня. Что дальше?

— Как я рада нашему знакомству, месье! — воскликнула я. — Я — Эльвира Бриан, и я хотела бы, чтобы вы преподали мне азы магической науки!

— Азы магической науки? — ошеломленно переспросил он. — Не понимаю, о чём вы, мадемуазель.

Он отступил на шаг назад и, кажется, вознамерился захлопнуть дверь перед моим носом. Но не сумел этого сделать, потому что я так же решительно сделала шаг вперед.

Если бы я жила на соседней с ним улице, то не стала бы так атаковать в первый же день знакомства. Но от нашего дома в лесу до Гран-Лавье было несколько лье пути, и я не могла позволить себе приезжать в город слишком часто. А значит, должна была использовать эту возможность по максимуму.

— Вы же были профессором столичной академии магии, не так ли? — на всякий случай уточнила я.

Он пренебрежительно фыркнул в ответ. И это пренебрежение, судя по всему, относилось не к званию профессора, а к названной мной академии.

— Всё это в прошлом, мадемуазель. И если у вас нет ко мне других вопросов, то позвольте мне вернуться к тому занятию, от которого вы меня оторвали.

— Я прошу вас научить меня магии! — я была не намерена отступать.

— Научить магии? — снова переспросил он. — А что вы знаете о магии, барышня? И с чего вы решили, что я вообще смогу вас чему-то научить? Это не кулинария, мадемуазель! И не шитье! Это куда более высокая наука, которая доступна лишь избранным! Умеете ли вы контролировать свою магическую энергию? Или хотя бы собирать ее в пучок? И знаете ли вы хотя бы, к какому виду магии относятся те способности, которые вы имели наглость в себе вообразить?

Отвечая на два предыдущих вопроса, я вынужденно качала головой. Ничего такого я не умела. Но услышав третий вопрос, я поспешила ответить:

— Это ментальная магия, профессор!

Но это заявление только еще больше рассердило его.

— Ментальная магия?

Должно быть, у него были проблемы со слухом, раз он повторял каждый мой вопрос. Но пожалеть себя он мне возможности не дал.

— Для чего вам нужна ментальная магия, мадемуазель? Не для того ли, чтобы читать мысли своих кавалеров? А может быть для того, чтобы заставить одного из них повести вас под венец?

Такие предположения показались мне оскорбительными, и я собиралась сказать ему об этом. Но он не захотел меня слушать.

— Женщинам вообще не следует изучать магию! — заявил он. — И если бы его величество поинтересовался моим мнением, то я бы сказал ему, что этот запрет следует прописать в Магическом кодексе Терезии! Да-да, именно так!

— В таком случае, сударь, хорошо, что его величество вашего мнения не спросил, — я не смогла удержаться от колкости.

Но кажется, это было ошибкой, потому что прежде, чем я успела сказать что-то еще, дверь всё-таки захлопнулась, едва не стукнув меня по носу. Я едва не задохнулась от возмущения, но изливать его мне было уже не на кого.

Так я и спустилась с крыльца с крепко сжатыми кулаками. Если так же по-хамски профессор Лурье вел себя и в академии, то было не удивительно, что его оттуда прогнали.

Ну, ничего, я приду к нему снова. Рут говорила, что матушка часто ездила в город и в одиночку. Так почему бы так же не поступать и мне? Только сначала следует скопить хотя бы немного денег.

Вопрос о деньгах напомнил мне еще об одной встрече, которая была у меня намечена на этот день. И я побрела по улице Белошвеек в обратном направлении. На сей раз меня интересовало ателье «Модные наряды от мадам Ларкинс».

Рут не знала фамилии модистки, что шила наряды для Констанции, но я подумала, что в таком небольшом городке вряд ли могло быть несколько модных ателье. Тем более, что витрина этого выглядела очень привлекательно. А моя матушка, кажется, привыкла выбирать самое лучшее.

Меня встретила девушка-швея, но как только я назвала свое имя, то была немедленно препровождена к хозяйке ателье.

— Вы дочь Констанции Бриан? — спросила меня женщина средних лет с высокой замысловатой прической. — Вы приехали заказать наряды?