Картошечка по-деревенски для эльфийского принца

Глава 3

Клара

- Бабуля, пойдем обедать! – позвала я.

На самом деле, никакая она мне не бабуля, но я немного преувеличила, когда сказала, что попала в деревню, и помощников у меня нет.

Бабушка Нюся и дед Прохор «достались» мне вместе с этим местом. Сама таверна-гостиница напоминала старое имение, причем не особенно богатое. По крайней мере, великолепием царских или великокняжеских балов тут и не пахло, скорее дом напоминал летнюю резиденцию обедневшего аристократа, или вообще гостевой домик в имении. Поскольку я поселилась в каком-никаком, но «господском» доме, логично было бы предположить, что есть и домики для служащих.

Эти неприметные строения находились в задней части владений, за фруктовыми деревьями. Я даже не сразу их обнаружила, и, соответственно, не сразу поняла, что у меня есть гости. Или соседи?

Но соседи поселились здесь сами, и теперь, поняв, что место не заброшено, пришли виниться в «захвате территории».

***

Увидев незнакомых людей, я в первый момент очень испугалась: кто знает, сколько здесь народу проживает, кто они, и с какими целями сейчас направляются ко мне?!

Однако, приглядевшись, поняла, что мои гости очень пожилые. Однако они, как многие деревенские жители, были бодры и работоспособны, потому что никто за них по хозяйству хлопотать не будет.

История неожиданных «вселенцев» оказалась в чем-то трагической, а в чем-то счастливой.

Они оставались последними жителями старой деревушки, откуда вся молодежь давно съехала на заработки в город, и постепенно перетащила туда и своих родителей. А вот у бабушки Нюси – Анны Владимировны, и не спрашивайте, как получилось имя «Нюся»: Аннуся – Нюся? – у бабушки близкой родни не осталось, а к племянникам она сама не хотела идти в приживалки. Там, в городе, что она будет делать? Сидеть на лавочке? Неизвестно даже, нужна ли ее родственникам кухарка, а это ее главное умение. Нет, две хозяйки на кухне точно не уживутся! А здесь у нее подсобное хозяйство, коза, курочки, и кошки с котятами. После отъезда других жителей этой серо-полосатой живности набрался у нее целый двор, потому что «добрые» старые хозяева кошечек с собой не брали: «Пусть здесь мышей ловят, а нам в городе их держать негде!».

Так что бабушка жила себе потихоньку, обрабатывала огород, свою живность не бросала, и делала доброе дело: подкармливала местных кошек.

Дед Прохор тоже жил своей жизнью, кормился огородом и кроликами, а еще рыбалкой. Своей пожилой соседке он помогал колоть дрова, и делал другую работу по дому, которая требовала мужских рук.

Однако молнии во время большой грозы после серьезной засухи подожгли траву, и она загорелась, словно облитая бензином. Пожар быстро дошел до деревеньки, и потушить его было некому, ведь жителей в ней почти не осталось.

Старики только успели выпустить кур и кроликов, шугануть их в ту сторону, где еще не было огня. Из домов похватали одежду, которая попалась под руку, да бабушка успела запихнуть в корзинку выводок обезумевшей от страха кошки.

Тут подлетел дед на подводе, которая чудом не попала в огонь, и туда запрыгнула бабушка, закинули всю живность, которая попалась под ноги, и дали деру. Тушить дома даже не пытались: вдвоем они бы быстрее сгорели сами, попав в огненное кольцо, чем отстояли бы жилище. Может, со стороны казалось, что надо было попытаться: набрать воды из колодца или из бочек для полива, попробовать сбить огонь… только я сразу поняла, что они выбрали единственно правильный вариант, и спаслись чудом. Видела я однажды в жизни, как горел деревянный дачный дом как раз таким жарким летом. Столб огня и дыма поднимался на десяток метров, а пепел раскидало на километры. К счастью, дом был пустой, и никто из жителей не пострадал.

А мои погорельцы, спасшись от пожара, растерянно двигались по дороге. Искать другую деревню, и проситься туда приживалками? От чего ушли, что называется, к тому и пришли…

И тут дорога повернула, и сквозь редкий лесок они увидели жилье. Решили попытать счастье здесь, хотя бы попроситься на постой на ночь. Однако имение стояло пустое. Не разрушенное, не разграбленное, а именно пустое, словно ждало своих новых хозяев.

И старики решили пока занять самые скромные домики, практически сарайчики. Если хозяева вернутся – что же, они уйдут. А пока здесь разместили уцелевшие вещи (а спасти они успели мало), выпустили полезную живность – смирных курочек, которых удалось схватить и удержать в пути, и «баловство», как их называли – спасенных котят. Кошка потом – удивительное дело! – нашла новое жилище и пришла сюда, а за другой живностью дед ездил на пепелище, ходил вокруг, и выискивал испуганных животных.

Потом, рассказывая о пережитом, бабушка Нюся повторяла: «Хорошо-то как, что коровки у меня уже не было! А то ведь я так хотела завести, да понимала, что сил не хватит ее обихаживать. А так ведь сгорела бы она в хлеву, не успела бы я увести. А козочку, вон, схватила за веревку, да потащила к телеге!»

Еще даже не услышав истории про пожар, я сразу сказала неожиданным соседям:

- Оставайтесь, не нужно никуда уходить! Мне одной здесь и скучно, и страшно. Места много, и я сама, честно говоря, не справлюсь с большим домом и хозяйством.

На том и порешили. Куры, кстати, насчет которых я переживала – кто же будет превращать их в суп и жаркое? – куры были как раз бабушкины, из ее прежнего хозяйства.