«кашмир»: рок-хиты 70х-00х (и не только)

1.10.

Оркестр нежно выдохнул, погрузив зал в тишину. Бобби, действуя согласно плану, громогласно протрубил, не позволив зрителям разразиться аплодисментами, а Мэтью Доновану отпустить одну из своих острот. Оркестранты начали удивленно переглядываться. Некоторые перешептывались, пытаясь выяснить друг у друга, что происходит. Теплый свет начал блекнуть – осветителем сегодня работал свой человек, который был в курсе предприятия Эрика – уступив место яркому холодному лучу. Изучающе проскользив по двум рядам музыкантов, он нашел высокого юношу с электрогитарой.

— Кхе-кхе, — деликатно прокашлялся Эрик и, лавируя между коллегами по цеху, вышел в центр сцены.

По залу носился шепот непонимания. Миссис Моррис в полуобморочном состоянии грозила Эрику кулаком из-за кулис. Юноша сделал глубокий вдох и оглядел зрительный зал. Он искал глазами Сьюзи. Хотел сконцентрироваться на ней, чтобы перестать чувствовать дрожь и волнение, стянувшее тугим узлом желудок. До данной минуты он ни секунды не колебался, уверенный, что поступает правильно, но теперь, когда на него уставились сотни удивленных, встревоженных глаз, Эрик засомневался. Уверенность таяла, и ему нужно было увидеть Сьюзи, чтобы напомнить себе, зачем он все это затеял.

Девушка сидела в седьмом ряду, окруженная подружками, как свитой. Ведьмы – мысленно ухмыльнулся Эрик, разглядывая черные конусы с широкими полями – но вам меня не заколдовать. Юноша ударил по струнам, перегруженная гитара прорычала, разнося эхо по залу.

Мэтью Донован, ловя ритм и изящно пританцовывая с микрофонной стойкой, установил ее рядом с Эриком, и исчез со сцены, отправив напоследок зрителям воздушный поцелуй. В таких вещах Донован не робел, а напротив, действовал решительно и эффектно, создавая иллюзию, что все идет по плану.

— Любовь моя, покажи, какого ты цвета. Я знаю, что ты из себя представляешь. Тебе пора выйти за пределы привычных установок. Я знаю, откуда ты пришла, — Эрик пел проникновенно, стуча левой ногой по полу и периодически, вставая на носочки. Иногда он невольно закрывал глаза, хотя старался смотреть на Сьюзи, чтобы четко передать девушке суть послания, но привычка – вторая натура, а музыка, пожалуй, была первой натурой Эрика. Его голос, уже сломавшийся, тем не менее звучал нежно. И пусть юноша был взволнован, пел он твердо и не сбивался.

Через несколько мгновений подключился оркестр, легко вставляя звучание классических инструментов в хорошо известный всем мотив. Из зала слышались сначала одинокие и нестройные, а после и синхронные хлопки. Кто-то подпевал.

— Позвони мне! Набери мой номер! Позвони! В любое время, когда только захочешь, любовь моя. Позвони, в любое время дня и ночи, — звучал со сцены голос Эрика.

Белый луч прожектора наконец нашел Сьюзи в зрительном зале, она залилась краской и опустила взгляд, отчего сделалась еще красивее. Сидящие рядом подружки хихикали и что-то ей говорили, прямо на ухо, пытаясь перекричать песню. Когда Сьюзи подняла взгляд на сцену, она широко улыбалась и, Эрик понял это по движению ее губ, подпевала.

Что-то легкое, но крайне весомое, что-то такое, чего Эрик не знал прежде, оживало в его груди. Сердце стучало быстро и тяжело, готовое в любой момент выпрыгнуть. Воздух казался разреженным. Но хвала репетициям – юноша не сбился – тело, как заведенное, просто делало то, что должно. Выйдя на финальный аккорд, он хлопнул по струнам и отпустил гитару, вцепившись обеими руками в микрофон. Медленно покачиваясь, гитара повисла на широком черном ремне.

— Сьюзи Кэтлин Харрингтон, ты пойдешь со мной на бал? — на выдохе произнес Эрик и взглянул на девушку.

В зале повисла тишина. Кажется, в это мгновение не только Эрик, но каждый присутствующий ждал, что ответит Сьюзи. Все тело юноши превратилось в бешеный пульс. Он смотрел на бледное пятно света, но черты лица Сьюзи расплывались, они сливались с полумраком остального зала, превращая картинку в дешевый акварельный набросок.

В самом конце зала у сияющей оранжевым светом таблички «выход» Эрик заметил шевеление. Это был он. Человекобуйвол. Его мощный темный силуэт ярко контрастировал на фоне дверного проема. Падающий из холла свет не был ярким, но был достаточным, чтобы Эрик увидел все четко. Множество рогов, как корона, торчали в разные стороны, щетинясь. Юноша шумно сглотнул, едва успев приложить ладонь к микрофону, чтобы это не услышал весь зал. Струйка холодного пота пробежала вниз по позвоночнику.

— Сьюзи, дорогуша, — из динамика зазвучал голос Мэтью Донована. Эрик вздрогнул. Он не заметил, в какой момент Донован успел подойти. — Если будешь медлить, на бал с Дэвисом пойду я, смекаешь? — Мэтью схватил Эрика под локоть и подмигнул. Зрители ликовали. Со стороны школьного оркестра слышались добродушные смешки. Все ждали, какой ответ даст Сьюзи. Все, кроме Эрика.

⏭️