«кашмир»: рок-хиты 70х-00х (и не только)

7.2.

Когда Стью нашел в себе силы спуститься, Патрик уже лежал неподвижно, прильнув щекой к корпусу Джексона. Его правая рука покоилась рядом с рукой Фанни. Кончики их пальцев едва касались друг друга. Теперь между Патриком и Фанни лежала пропасть размером со смерть.

Билли едва держался. Стью нашел его не сразу. Юноша забился в углу возле дальней стены амбара. Вокруг него россыпью лежали белые листы с отчеканенными на них красными буквами. Стью знал, что Билли умирает. Знал, что умирает сам. В этот раз по-настоящему. Его грудь то и дело пронзали спазмы. Из раны вытекала темная жидкость. Сильно кружилась голова.

Он спускался вниз, не надеясь, что застанет кого-то живым. Ему просто не хотелось умирать на чердаке с видом на серую половую тряпку – то, во что теперь превратилось просветлевшее небо – и свирепым красным глазом. И когда Стью понял, что Билли все еще жив, он отчаянно обрадовался и на секунду забыл о мучившей его боли.

— Я положил «стрелу» рядом с ним, — Билли кивает на Патрика. — Подумал, что так будет правильно.

Стью согласно кивнул и присел рядом с другом.

— Хотя, знаешь, я бы хотел сыграть. В последний раз. Но перед смертью не надышишься, а? — Кашель прервал юношу. Несколько капель крови вылетели изо рта, приземлившись кляксами на листе, который Билли сжимал в руках. — Идейный продукт бытия.

Билли протянул Стью бумагу. Юноша пробежался по пестрым строчкам и вернулся к началу, чтобы прочитать вдумчиво, но сколько бы раз ни пытался, смысл от него ускользал.

— Не понимаю, — горестно заключил Стью и вернул Билли листы.

— Я тоже, — с жаром ответил парень и вновь закашлялся. Тонкие струйки темной до черноты крови медленно текли из глаз, прокладывая дорожки к губам. Билл машинально слизнул набившуюся в уголок каплю и поморщился. — У тебя бывало, что во сне пытаешься что-то прочитать и не можешь?

Стью кивнул.

— Вот и у меня так. Не понимаю, как Фанни умудрялась писать в дневнике. Однажды я украл его. — Билли замолчал. Теперь настало время его исповеди. И Стью слушал так внимательно, как мог, забыв о том, что сам вот-вот отдаст концы. — Я поэтому позволил обыскать Эрика. Думал, он такой же, как я. А он не трогал. Не трогал чертов дневник, который я даже прочитать не смог.

— Не трогал, — машинально повторил Стью и тихо добавил, — дневник исчез, когда Фанни умерла. По крайней мере, я так думаю.

— Почему тогда Джексон не исчез? — Билли кивнул на гитару.

— А твоя Зиппо на месте?

Билли поморщился и опустил руку в задний карман джинсов. Каждое движение давалось ему с трудом. Юноша чувствовал, как понемногу превращается в столбик пепла на кончике сигареты. Только чудо удерживало его от того, чтобы не рассыпаться в прах. Билли нащупал прохладный металл и выудил зажигалку.

Щелк.

Открылась крышка. Через мгновение пламя огня озарило бледные лица.

— Мама прятала меня в таком вот подполе, — Билли указал на люк, — если не забывала, оставляла воду, иногда конфеты. Я дрожал от холода и от страха, пока мой папочка делал из нее отбивную. Однажды я нашел его спящим перед телевизором. Он, как и завелось у этого скота, был в стельку пьян. Из-под заляпанной рубашки торчало пузо… Стью, я хотел его убить. Ты мне веришь?

Стью молчал. Он напряженно слушал Билла и боялся пауз между словами – они звучали, как удары молотка о крышку гроба.

— Но я не смог. Просто завис перед ним с ножом в руках. Стоял и смотрел. А потом мне в нос ударил запах мочи. Я перевел взгляд на темнеющее пятно на его джинсах, и меня чуть не стошнило. Лужица уже добралась до моих кед. И вдруг я понял, что убивать его попросту нет смысла – он уже сдох. В идейном смысле.

Билли вздохнул и щелкнул зажигалкой.

— Обожаю этот звук, детка. Черт меня возьми, всем сердцем. Я с детства боюсь темноты, потому что провел его в подполе. Отец украл мой огонь, и я решил сделать так же. Это его зажигалка. Она была в кармане, когда меня убили.

Стью посмотрел на Билла и невольно бросил взгляд на грудь.

— Совсем беда? — Давя кашель, спросил парень.

Его голос звучал тихо. Юноша не признался, но последние минуты разговора он едва различал очертания амбара. Лицо Стью превратилось в сероватую кашу. Хотя Билли знал его лицо наизусть. И отчасти был даже рад, что не видит Стью четко. По крайней мере в воспоминании не было разодранной мочки уха. Когда Билли щелкнул зажигалкой второй раз, он не видел уже вообще ничего.

— Я вот только никак не возьму в толк, — наконец подал голос Стью. — Мы попали в Кашмир, да? В место, которое, пусть и по-свойски, но исполняет желания. С нами поступили чудовищно, и Кашмир, будто желая извиниться, вручил нам по маленькому чуду. И в тот момент, когда к тебе заявились представители Фонда Исполнения Желаний[28], — Стью сделал паузу и вздохнул очень горько, — ты попросил… амбар?

— Серьезно? — хохотнул Билли и затих. Его голова, глухо стукнулась о деревянную стену. Зиппо выпала из рук.

Стью подобрал зажигалку и покрутил ее между пальцев. Она была еще теплой, когда исчезла в сжатом кулаке.