«кашмир»: рок-хиты 70х-00х (и не только)

8) Mad world

— Ну что? Готов? — потрепав Эрика по волосам, спросил мистер Дэвис. — Точно не хочешь, чтобы я тебя подвез?

Эрик многозначительно взглянул на отца. Его лицо, как застывшая маска, не выражало ничего, а побледневшая кожа и теперь ярко очерченные скулы делали глаза инородно большими. Мистер Дэвис поежился. После случившегося порой ему было страшно находиться наедине с сыном, и мужчина корил себя за это.

— Твоя мама попросила задать этот вопрос, — переводя сказанное в шутку, добавил Джонатан. Он хотел как можно скорее разбавить неуютную паузу. — Разумеется, я протестовал, но ты же знаешь нашу маму… — мистер Дэвис улыбнулся. Широко и искренне, как мог.

— Я в норме, — строго сказал Эрик и опустил руку на рычаг коробки передач. Неясно, кого он хотел убедить в сказанном: отца или себя самого. Левая рука застыла на руле. Эрик покачал головой и с улыбкой добавил. — Пора наверстывать упущенное.

— В добрый путь, — кивнул отец и отошел от машины.

Каждую свободную минуту с того дня, как Эрик чуть не погиб, мистер Дэвис задавал себе один и тот же вопрос, в душе боясь узнать ответ: если бы мы купили Эрику машину, избежал бы он всего того, что с ним случилось? Спасли бы мы нашего мальчика от беды? Джонатан не знал, что его жена задавала себе те же вопросы и еще с десяток сверх, всецело обвиняя себя в том, что произошло.

Машина тронулась, оставив сизое облачко. Эрик ехал аккуратно, не пытаясь лихачить, не включая громко музыку. Он смотрел вперед на череду двухэтажных домиков, открытых уютных веранд, ровно выстриженных лужаек, многие из которых стриг сам, когда хотел накопить на плеер. Теперь место, где он родился и вырос, казалось ему незнакомым и чужим. А плеер, ради которого Эрик положил столько сил, покоился где-то под руинами Кашмира в руках Стью.

Прошло почти полгода с тех пор, как он открыл глаза в стерильной больничной палате, окутанный трубками и проводами. Гортань рефлекторно сжалась. Эрик вспомнил, как он думал, что захлебывается, когда начал дышать сам, не зная о дыхательной трубке, опущенной в его бронхи. Юноша сжал руль и чуть сильнее надавил на педаль газа, но тут же одернул себя и сбросил скорость. Впереди вырисовывалось федеральное шоссе. Эрик не боялся ехать там. Уже много раз он проезжал мимо того места на велосипеде и в одиночестве. Доктор сказал, что умеренные нагрузки полезны. Не только для тела, но и для души. Юноша послушно делал все, что ему скажут, старательно рисуя вокруг себя образ послушного сына, любящего брата, доброго товарища, талантливого ученика. Он слишком долго носил маску там, и теперь здесь чувствовал себя обнаженным, лишившись ее. Сегодня предстояло примерить еще одну маску, и Эрик был к этому всецело готов.

Через пару миль он остановится у дома Сьюзи, вручит бутоньерку, откроет перед ней дверь, сядет за руль и будет самым галантным кавалером до конца вечера. Он предпочел бы не идти с ней на бал. Предпочел бы вообще остаться дома в этот вечер, но тогда они все поймут. Они догадаются, что я все еще мертвый.

Эрик не заметил, как сбавил скорость. Куцый пролесок, грунтовая дорога, ведущая на старую ферму. Ни пятен крови, ни примятой травы, ни следов шин. Пространство вытравило из себя аномалию. Поглотило доказательства того, что все это было. Стерло их со своего лица. Над ухом пронеслось едва заметное и быстрое, как вспышка молнии

Хтыщ.

Юноша непроизвольно дернулся и коснулся щеки, вспомнив жалящую боль капитанской дочки, а после бросил взгляд на зеркало заднего вида. Там сидел Джекки Джой. Бледный, плечистый и красивый. Он улыбался и беззвучно пел, потряхивая белобрысой шевелюрой.

— Я нашел тебя, Джекки Джой, — Эрик шумно сглотнул и выдохнул через нос. — Упокоил твои истлевшие кости. Упокоил и то, что осталось от крошки Бэтти. Я порвал на куски твоего папочку. Чего ты еще хочешь? — юноша вдавил педаль газа. — Мне нужно жить дальше.

В отражении стремительно таял пейзаж, превращаясь в едва различимый силуэт. Внизу белел небольшой кусок кожаной спинки заднего сидения. Джекки Джоя там не было. Эрик сделал музыку громче, стараясь избавиться от назойливого дребезжания струн. Крошка Бэтти расстроена.

Через четверть часа Эрик стоял, прислонившись спиной к машине, у дома Сьюзи. Когда хлопнула входная дверь, юноша посмотрел в боковое зеркало. Ему нужно было убедиться, что выглядит он достаточно воодушевленно для молодого человека, который идет на бал с самой популярной девушкой школы.

Сьюзи вышла в воздушном белом платье, туго перевязанном шелковым поясом. Заметив Эрика, девушка широко улыбнулась и помахала рукой. Он улыбнулся в ответ и кивнул. Я тоже был в белом, когда спускался по ступенькам вниз – вдруг подумал он, наблюдая за тем, как Сьюзи спускается с крыльца.

— Привет! — выдохнула девушка и чмокнула Эрика в щеку.

— Здравствуй. Это тебе, — Эрик протянул Сьюзи бутоньерку.

— Очень красиво и здорово сочетается с платьем. Поможешь?

Эрик надел на правую руку Сьюзи атласный браслет с цветком и пригласил в машину. Несколько минут он ждал, когда появятся родители девушки, чтобы выдержать серьезный разговор со Сьюзиным отцом и правильно ответить на все каверзные и неудобные вопросы, что на него посыпятся. Но никто не вышел. Родители Сьюзи добродушно помахали ребятам с крыльца и вернулись в дом. Они просто не понимают, почему их единственная дочь решила пойти на выпускной с зомби. Они меня боятся.