Каталея. За словом нет истины. Шаг к истокам.

Глава 1 Каталея

Юг. Ривервудс.

Каталея

– Каталея. Каталея. Просыпайся. Вставай. Пора, – женский голос раздался в ночи.

Каталея открыла глаза. Королевские покои замка Ривервудс. Всё как обычно. В распахнутые настежь ставни виднелась луна. Айрон, слегка похрапывая, спал рядом в их постели. В комнате было не продохнуть. Начало лета на юге выдалось чрезвычайно знойным в этом году. Такой жары она не припоминала ни разу. Летом на юге всегда было жарко, но этот год не шёл ни в какое сравнение с предыдущими. Казалось, даже в аду, попади она туда, было бы свежее. Она сжала ладони, боясь ощутить шероховатость бумаги, но пальцы наткнулись лишь на гладкую, влажную от пота кожу. Никаких записок. Уже много ночей подряд. Раньше они появлялись словно из ниоткуда, появлялись в ее ладонях, стоило ей проснуться. Короткие, загадочные послания, написанные её почерком на древнем языке, которые она каждый раз старалась расшифровать. Теперь же – лишь пустота. И эта пустота, как ни странно, тревожила ее куда больше, чем сама жара.
Каталея ощутила, как липкая сорочка прилипает к телу. Желание испить воды было почти мучительным.

«Боги! Принесите мне кто-нибудь воды!» – мысленно взмолилась Каталея.

Приподнявшись в постели и увидев на столе графин, она с облегчением вздохнула. Несколько шагов – и жажда будет на время утолена. Аккуратно поднявшись, чтобы не разбудить Айрона, она прошла к столу.

«Чёрт! Графин пустой!» – взяв его в руку, с прискорбием поняла она. – «Тая опять не наполнила его. Или же Айрон, пока я сплю, каждый раз выпивает всё его содержимое», – рассудила мысленно Каталея.

Расстроившись и достаточно громко поставив графин обратно на стол, она обернулась, чтобы посмотреть, не разбудила ли Айрона.

«Спит как младенец. Хотя нет. Младенцы не спят так крепко».

Теперь она это точно знает. Малейший шорох и полночи ты пытаешься снова укачать на своих руках кричащее чудо. Кто вообще придумал это выражение – «спит как младенец»? Не иначе, как какой-нибудь мужчина, который ничего в этом не понимает и не знает, какого это на самом деле – быть матерью. Это не просто огромное счастье, но ещё и неимоверный труд. Когда живёшь в замке, окружённая служанками, это, конечно, совсем иное дело. За тебя могут и покачать малютку, пока ты сладко спишь в своей постели. Но если вместо замка у тебя небольшой дом, а служанка только одна, и ту разбудить не представляется возможным по причине того, что крепче неё спят лишь пропойцы, вливающиеся в себя не одну бочку вина перед сном, тут приходится надеяться только на себя.

«Боги! Чёртова жара! Даже стоять тяжело. Не то что ходить», – пронеслось в голове, и Каталея поймала себя на том, что ругательства стали привычными с конца весны. Уже тогда было настолько жарко, что ругательства редко, но всё же сами вылетали из её алых уст.

«Лишь бы Стефания не слышала ничего подобного от своей мамы».

Дочь всё подмечала и тут же норовила применить на деле то, что сделали и сказали мама или отец.

Накинув на себя шелковую накидку, Каталея взяла графин и направилась к дверям. Если не удастся разбудить Таю в её комнате, расположенной на том же уровне, что и королевские покои, придётся самой спускаться на кухню, а этого Каталее очень не хотелось.

Следуя по коридору замка, она услышала шаги позади себя. Каталея резко обернулась. Никого. Только эхо её собственных шагов разносилось по замку.

Эта жара способна свести с ума кого угодно, неудивительно, что могут начаться галлюцинации, – подумала Каталея.

Тяжело вдохнув тёплый, влажный воздух, она проследовала дальше. Пройдя мимо покоев дочери, которые охраняли два лучших воина из армии хранителя юга, Каталея подошла к комнате Таи. Она попыталась открыть дверь, но та оказалась заперта изнутри.

«Вот уж наглость! Как она посмела закрыть дверь на засов?» – возмутилась Каталея. – «Утром я устрою ей взбучку, если, конечно, у меня будут на это силы после бессонной ночи».

Отпустив дверную ручку, Каталея приготовилась к долгому пути до кухни, где ждала спасительная влага. Графин в её руке, казалось, сам молил о воде. Она оглядела тёмный, бесконечный коридор.

Нужно было взять подсвечник. Свечи на настенных подставках почти догорели, едва освещая путь. Возможно, возвращаться придётся в полной темноте.

Немного поразмыслив, Каталея отошла от двери своей служанки и двинулась дальше.

– Каталея! – раздался женский голос где-то впереди. Она остановилась, вглядываясь в темноту. Никого. Ещё несколько шагов с пустым графином.

– Каталея! – снова прозвучал голос, теперь уже позади. Она обернулась. Пусто. Подойдя к стене, Каталея взяла ещё горящую свечу, пытаясь хоть немного рассеять мрак.

«Неужели мне это кажется?»

Лекарь предупреждал ее о возможных галлюцинациях от жары и недосыпа, но тогда она не восприняла его слова всерьёз. Невыносимая жажда взяла окончательно верх над неприятным чувством, зародившимся внутри, она развернулась, чтобы продолжить путь. Внезапно порыв ветра задул все свечи, включая ту, что была в её руке. Это явно не был сквозняк.

– Фламен, – резко произнесла Каталея. Свеча в руке вновь вспыхнула. Дурное предчувствие заставило её развернуться и вернуться за кинжалами в королевские покои. Это нужно было сделать сразу. Но годы спокойной жизни, жара, бессонные ночи и жажда притупили бдительность, и она покинула покои без оружия. Свечи на стенах неожиданно снова зажглись. Каталея остановилась.

– Каталея! – женский голос прозвучал совсем близко, за спиной. Так близко, что она почувствовала холодное дыхание и резко обернулась, готовясь применить магию четырёх стихий. Но, увидев перед собой женское лицо и тёмные волосы, от испуга выронила графин и свечу. И тут же увидела, как осколки глиняного графина разлетелись по полу. Каталея подняла обеспокоенный взгляд. Этого просто не могло быть. Перед ней стояла Лаура. Но ей отсекли голову. Каталея знала это точно.