Катрин. История одной души.

3.1.2

Болтая о погоде, природе и детских мечтах, прогуливаясь по вечернему парку, мы дошли до моста, ведущего к острову. Он манил своей отстраненностью и тишиной.

– Я всегда мечтал иметь свой остров. Персональный. Хотел, чтобы там был бункер, тайные ходы, полный контроль территории. Знаешь, как секретные базы в фильмах о суперагентах? Исходя из огромного объема работы, я не могу часто бывать на реальном острове, зато этот - лично мой. – Гордо заверил Том. – Пойдем скорее, пока не стемнело, я покажу тебе кое–что.

Остров был огромным. Возвышающаяся на нем гора, казалось, доставала облака. По тропинкам, устеленным брусчаткой, было совершенно неудобно идти на каблуках, но я старалась сильно не отставать от Тома, держа его за руку.

– Ох уж эти девчонки, – весело заявил он и резко остановился.

– Что прости?

– Ничего. – Одним легким движением поднял меня на руки, я даже пискнула от неожиданности, и мы продолжили свой путь по секретному маршруту. – С вами в разбойников не поиграть да по деревьям не полазить. Скучные вы. А ты даже ради приличия не попросишь опустить тебя?

– Носить на руках таких женщин как я – это особая привилегия, поэтому Вам стоить быть более благодарным мне за то, что разрешаю это делать. – Легко ухмыльнувшись, он приподнял меня поудобнее. Интересно, насколько его хватит? 

Он шел пару минут через заросли к подножию горы, после чего заявил:

– Мы на месте. – И продолжил движение вперед, входя в пещеру.

Сумерки уже нависли над парком. Мы были в темном непонятном лесу с кучей разных не асфальтированных дорожек. Отсутствие указателей. Даже если я выберусь отсюда, то, скорее всего, заблужусь и переломаю себе все ноги.

– Томас, уточни, пожалуйста, ты точно не маньяк-извращенец?

– Утром не был.

– Фух, а то я уже начала нервничать. Дальше я могу и ножками.

– Вы лишаете меня привилегии?

– Передвижение на Вас не так комфортно, как в вашей машине. Я боюсь, что в этой полнейшей темноте моя голова встретится с каким–нибудь сталактитом.

– Здесь нет сталактитов. Пещера не такая уж и влажная.

Он, наконец, остановился. Тишина.

– Мы долго будем стоять? – шепотом уточнила я, словно боясь кого-то спугнуть, моя клаустрофобия начинала проявляться.

– Нет. – Как всегда последовал самый красноречивый ответ.

Я услышала звуки чего–то приближающегося... Лифта???

Именно. Открылись двери лифта, работал приглушенный бледный свет.

– Ого… – многозначно произнесла я.

Он внес меня в лифт, на лице была самодовольная улыбка.

– Я действительно могу дальше пойти сама.

– Нет.

Пф… Ну и таскай меня на своих руках до посинения.

Двери лифта открылись и… Боже, это было что–то невероятное. Если я правильно поняла, то мы почти добрались до вершины горы. Окно открывало вид на 180 градусов или даже больше, показывая ночной парк, который мерцал тысячами огней. Колесо обозрения плавно крутилось. Американские горки быстро переливались.

Помещение было почти пустое, прохладное, огромное. Посередине стоял белый диван. В стороне виднелся бар.

– Выпьешь что–нибудь? – наконец, перенеся меня через порог, и опустив, спросил Том.

– Апельсиновый сок.

– Есть вода и алкоголь.

– Воды.

Демон отошел в сторону бара, когда раздалась уже знакомая мне вибрация.

– Да, – быстро ответил он. – Срочное? Хорошо. Подождите минуту.

– Катрин? – привлек он мое внимание. – Располагайся, вот вода, скоро вернусь.

И, таким образом, нас осталось трое: диван, я и вид из окна. Простите, еще стакан с водой. Четверо.

Парень оказался куда выносливее, если тащил 55-ти килограммовое тело по таким жутким дорожкам так долго.

Не теряя времени даром, я залезла в сумку за своим телефоном. Нет пропущенных. Нужно сообщить Монике мой новый номер. Этим я сразу же и занялась. Восстановив контакты, я написала ей сообщение. Проверив почту обнаружила кучу писем. Одно, самое важное, было от Стефана Грина.

«Дорогая Катрин!

Не могу с Вами связаться! Позвоните как можно скорее!»

Я набрала моего любимого адвоката.

– Доброй ночи, в Раю без изменений?

– С изменениями, Картин! Куда Вы пропали? Звоню Вам второй день, уже собирался подавать заявление в полицию. Мотив налицо, как и исчезновение человека.

– Все хорошо. Разбился телефон, пришлось приобрести новый. Наслаждаюсь отсутствием звонков.

– Это чудесно, но Вам следует быть как можно аккуратнее! В сегодняшнем воскресном выпуске появилась статья и фото с тусовки в Лаундж Ягуан. Вы на первой странице с самим Томасом Стренджем. Как уверяет пресса, ваш роман интересует половину Вселенной. За Вами охотятся журналисты.

Перекручивая в голове, с кем я могла попасть на фото в четверг, я, наверное, побледнела от понимания.

– С кем фото?

– С одним из самых крутых бизнесменов планеты Земля, планеты, по которой Вы ходите, дорогуша.

– Его компания являлась основным спонсором «LovEve» в самом начале нашего создания?

– Да, все верно.

– И они же хотели не допустить нашего дальнейшего развития?

– Именно.

– Чудесная новость, – печально закончила я.

Мне всегда говорили: знай своего врага в лицо. Но я вечно наивно полагала, что с окружающими нужно поступать так, как хочешь, чтобы поступали с тобой.  После выхода компании во главе с Томом Стренджем из основных соучредителей «LovEve» мы чуть не остались банкротами. Одно лишь чудо помогло нам тогда…

 – И да, Катрин. Я ознакомился с Вашим брачным договором. Поэтому хочу оградить Вас от еще одного неприятного момента. В восьмом пункте сказано, что при измене совместно нажитое имущество передается потерпевшей стороне. Но факт измены должен быть представлен в качестве доказательств в цифровом виде.  У Вас есть какой–нибудь подтверждающий материал?

– Увы, Стефан. 

– Постарайтесь не допустить оплошностей. Чтобы и у Вашего супруга не было никаких доказательств.

– Я была верна ему, уважала его в качестве своего партнера.