Каждый твой шаг

13 "Нагрянул ветер перемен"

— Бесит! —  прошипела себе под нос Венера, перечеркивая черной ручкой, неправильно решенную задачу по химии.

А каких металлах и щелочах может идти речь, если в её голове твориться настоящий хаос? И кто в этом виноват? Конечно же этот индюк Кирилл! Чтоб ему пусто было. Она ведь совсем не хотела танцевать, да и вообще, это глупое топтание в темноте нельзя назвать танцем, но… Почему тогда она вспоминает о нём даже сейчас? Во время супер важной и супер сложной самостоятельной по химии? И угораздило же преподавателя затеять её, вместо того, чтобы провести обычную лекцию!
 

Мама прибывала в неописуемом восторге от её танца с незнакомым и, очень симпатичным молодым человеком. Папа же напротив, восторг супруги не разделял, только хмурился, украдкой бросая на дочь взгляды, полные паники и непонимания. Очевидно, старые раны беспокоят не только одну Венеру, хотя родителей она не в чём не винила. Ведь они пытались сделать все возможное, чтобы помочь единственной дочери справиться со всеми кошмарами, что пришлось пережить пять лет назад. В их квартире побывали психологи всех мастей и волостей, приходил даже один экстрасенс и священник, а результата не было никакого. Она четко помнила, как один из психологов, молодая женщина с толстыми очками и узкой юбкой, ясно дала понять родителям, что работать с ней, Венерой, попросту невозможно. Девочка закрылась, полностью отдаваясь своим страхам. Исцелить её, может только поддержка близких людей и семьи.

Мама восприняла эти слова слишком близко к сердцу.

Стараясь отгородиться от болезненных воспоминаний, Венера опустила глаза на лист А4 с нерешенными до сих пор задачами. Ручка оставляла черные кляксы на пальцах, волосы, слишком туго заплетенные в косу, сдавливали мозги. Венера медленно стянула с косы резинку, распутывая волнистые пряди волос. Запах собственного шампуня ударил в нос, а легкое массажное движение в висках, более менее прочистили рассудок от лишних мыслей. Снова взяв ручку, Венера внимательно вчитывалась в задание, стараясь решить её у себя в голове, складывая нужные формулы и правила. Три задачи из семи оказались не такими сложными, а вот с четвертой пришлось повозиться больше.

У себя в голове, Венера старалась удержать ряд правил и законов металлов и оксидов, но воспоминания о свадьбе Юры, снова и снова возвращалась, не давая девушки как следует сосредоточиться.

Снова вспомнился танец. Крепкие объятия, рубашка, пропитанная не резким одеколоном, длинные, как у пианиста пальцы с различными кольцами, один то она точно запомнила, — на указательном пальце массивный перстень с изображением головы льва. Уверенные движения в танце, горячие дыхание, касающиеся виска.

Что это вообще за чертовщина такая? Может, эта такая форма гриппа странная?

— Венера, с вами всё в порядке?

Растерявшись, она перевела взгляд с затылка однокурсника на преподавателя, склонившегося с правой стороны от неё.

— Да— да, всё в порядке. Извините, я просто задумалась, — врать Венера умела, но не любила. Щеки в миг становились розовыми, а губы то и дело раскрывались и закрывались, как у беспечной рыбке, что по ошибке выбросилась на сушу. Но ведь, не признаваться же преподу, что сейчас в её голове настоящий кисель и одни воспоминания о танце, с незнакомым парнем? Хотя, они ведь уже с ним знакомы, так что, называть его незнакомцем уже не получиться.

Кирилл. Имя—то какое! Красивое и совсем незаурядное, вроде Вани, Саши, Димы… И глаза у него, тоже красивые, очень похожи на мамины янтарные сережки, которые она прячет в шкатулке, под пододеяльниками.

— Советую как следует сосредоточиться на заданиях, Венера, — строгим голосом проговорил преподаватель, и тут же улыбнулся, обнажив свои отбеленные зубы. — Я жду от вас больших результатов.

Убрав руку с поверхности парты и, сделав несколько шагов вперёд, Венера почувствовала, как её душевное спокойствие возвращается в привычное русло. Она старалась игнорировать нарушение личного пространства учителем, и отмахнувшись от мыслей о Кирилле, сосредоточилась на задачах. Всё таки, она отличница, не имеет права филонить на парах, и уж тем более, на супер важных самостоятельных работах.

Оставшиеся двадцать минут до окончания пары прошли спокойно.

Приготовленная заранее таблица Менделеева оказалась ненужной, знаний о прошедшем материале, в голове хватило с лихвой. Стоило поставить последнюю цифру в графике ответов, как тишину кабинета разрушил звонок, оповещающий о том, что время у товарищей студентов истекло. Анатолий Сергеевич милостиво позволил задержаться на пару минут, позволив тем самым закончить работу, или, вернее будет сказать, скатать с интернета ответы.

С чистой совестью, положив листок с ответами на стол преподавателю, Венера буркнула тихое «До свидания» и вышла из кабинета.

Одев наушники, она снова погрузилась в мир музыки, стараясь отгородиться от галдежа и хохота беззаботных студентов. В толпе, заметила старого знакомого Леонида, что неуверенно топтался возле светловолосой девушке в кислотно—розовой кофте. От этого цвета в глазах зарябило, но Венеру больше удивил Леонид, и то, как его вожделенный взгляд бродил по груди девушки в розовом. Гайне только хмыкнула про себя, радостно отметив, что теперь уж совесть, если, конечно, таковая у неё имелась, — теперь чиста и невинна, как попка младенца. Лёня не повесился на фонарном столбу, и не резал себе вены, раз стоит недалеко, живой и здоровый. И похоже, что в голове у этого парня, судя по похотливому взгляду, происходит настоящие совокупление с миловидной блондинкой. Да и сам Лёня казался каким—то уверенным, но уж слишком перевозбуждённым и дёрганным. И куда интересно делся, тот несмышлёный, смущённый малый, который украдкой пялился на её грудь грустными глазками оленёнка Бэмби? Поразительно, как порой люди способны меняться за столь короткий и незначительный срок.

Удивительно.

А самое удивительное событие этого дня, уже находилась в кабинете директора высшего юридического колледжа города.

***