Каждый выбирает для себя.

Глава 1. Вступительная. Аидшах.

Я лежал на воде, прикрыв глаза и прокручивая в уме планы на день.

За два года я многое сделал: в первую очередь привел в порядок главный зал Храма с алтарем. Почему-то казалось, что так будет правильно.

Затем очистил священное озеро от многовекового наслоения ила и грязи. То, что для человека стало бы непосильной задачей на многие месяцы, в ипостаси нага превратилось в яростный ритуал. Мощный хвост, покрытый бронированной чешуей, стал идеальным инструментом.

Погрузившись на глубину, я мощными, хлесткими ударами взбалтывал вековой ил, поднимая его со дна. Мой хвост действовал как гигантский скребок: сворачивая кольца и резко распрямляя их, создавая под водой мощные турбулентные потоки, которые выталкивали мусор и грязь к сточным желобам. Каждым дюймом своей кожи я чувствовал неровности камня, пока не нащупал монолитное основание.

Действовал предельно осторожно, обходя стороной островки голубых лотосов. Чудом сохранившиеся, они казались искрами жизни. Я бережно разгонял воду кольцами хвоста, создавая потоки, которые вымывали ил из корней, не повреждая нежные стебли.

Когда дно из черного гранита наконец явило свою зеркальную чистоту, озеро преобразилось. Теперь небесно-голубые лепестки лотосов не просто плавали в стоячей воде, а словно парили над бездной. Глубина в несколько метров, подчеркнутая темным камнем плит, создавала иллюзию, будто цветы застыли в ночном небе Сирина. Гладкая поверхность воды, зажатая в строгие тиски каменных монолитов, казалась входом в иное измерение.

На очереди были жилые помещения. Справедливости ради нужно признать, что много сил на это тратить не пришлось. В хозяйственных постройках нашлось много полезных артефактов, о которых уже и забыли в империи из-за отсутствия магов, способных их заряжать. А здесь они были исправны и готовы к работе.

Разбирался я с ними «методом тыка», так как никаких инструкций не сохранилось. Рисковал? Да не особо, посчитав, что опасные предметы не хранились бы открыто. Например, артефакт для уборки выглядел как лепешка диаметром в один курн и толщиной тебов пять. (курн – 50 см, теб – 2 см). Его нужно было разместить в комнате, требующей уборки, и откинуть крышку. Пыль слеталась отовсюду и исчезала в корпусе. Мыть, правда, приходилось руками, но это уже мелочи.

Мебель пришлось устанавливать новую, старая рассыпалась от времени.

Еще я расчистил озеро и немного подрезал растительность вокруг.

По моим прикидкам площадь под защитным куполом была около 100 арур (1 арура – 0,2 га; 100 арур – 20 га).

Проблема заключалась в том, что я никого не мог позвать для помощи. Вернее, позвать-то было можно, но вот пройти мог только я. А поскольку службу в управлении никто не отменял, то все хлопоты приходились на свободное время.

Когда впервые попал сюда, не выходил три дня. Но обиду и разочарование подавило чувство голода. Моему животу было глубоко плевать на мои терзания, он хотел есть!

Потом, когда увидел у входа в Храм Джабира, с синяками под глазами, с серым лицом и в мятой одежде, я корил себя за слабость. Он крепко стиснул меня в объятиях и даже ругать не стал. Они с Лари дежурили по очереди, в надежде, что я объявлюсь. Жрецы ничего не могли сказать, кроме: «Ждите, он жив, остальное в руках Богов».

О своих приключениях я рассказал Амиршаху и Джабиру. Тогда-то и стало понятно, что, кроме меня, никто портал не видит и попасть в него не может. Я просто для них исчезаю в стене, а потом появляюсь из неё же.

После случившегося на свадьбе, в наших отношениях с Шарифом появилась напряженность. Он с чего-то считал себя виноватым и тосковал по Бахире, своей паре. Попытки оправдать передо мной ее поступок успехом не увенчались, что не добавило между нами теплоты. Мы стали избегать друг друга, что только подтолкнуло меня больше времени проводить в Анхурском Храме.