Кажется, мы пропали. Взрослая жизнь

Глава 30.

Артём.

Очередные сборы выдергивают меня в Питер. Не могу сказать, что этот город связан у меня с хорошими воспоминаниями, но это не делает его менее красивым. Меня раздражает, что мне пришлось оставить Марианну с её мужем. Блин это даже звучит бредово. Что если она передует? Особенно учитывая, что после оправдания её отца, она ведёт себя очень странно.

Я чувствую, что мне нужно домой к моей девочке, но не могу бросить команду.

Сегодня Мари позвонила мне в приподнятом настроение и подняла его и мне, сообщив что Томас наконец-то уезжает. Поэтому, когда поздним вечером зазвонил телефон я был на сто процентов уверен, что это Марианна. Но в трубке раздался плач матери. Я не понимаю ни слова, и сколько бы я не старался её успокоить, крик только усиливался. Скинул трубку, и набрал Марианне.

- Что-то с мамой, – взволнованно. – Проверь пожалуйста.

- Да, конечно, – отвечает сонливым голосом, странно, обычно Марианна ещё не спит в это время.

Я набирал несколько раз номер матери, но трубку никто не брал и тревожность нарастала. Я начал щёлкать пальцы, и необдуманно ходить по комнате, и казалось, что сейчас сойду с ума.

- Артём, – перезвонила Марианна спустя час. – Мама сейчас отдыхает, – слышу, что она плакала. – У меня для тебя плохие новости. Твой отец умер, – замолкает, и даже не дышит.

- Завтра приеду, – выдыхаю.

Я приезжаю рано утром, мама находится практически в депрессии. Она не говорит, не смотрит на меня, только и делает что плачет. Рядом с ней Марианна, которая выглядит не лучше. Видно, что она не спала эту ночь.

- Как он умер? – спрашиваю то ли у матери, то ли у Марианны.

- Отравился, – отвечает Лаврова. – Я попросила отца, он пробил –затихает, смотря на маму. – Некачественными напитками, – поджимает губы.

- Это всё я! – начинает истерить матушка. – Это всё из-за меня, – впадает в приступ. – Я во всём виновата! Я оставила его! Я подвела его!

- Мам, – обнимаю её. – Ты тут не при чём. Он сам выбрал такую жизнь.

Мне жаль его, я любил его, со всеми его недостатками, но он выбрал свой путь. В нём словно жили две личности: одна та, которую я помню со школы, а другая появилась не так давно, но успела изрядно всем подпортить жизнь.

- Марианн, – погладил её по плечу. – Побудь с ней, – киваю на маму. – Я пока съезжу решу всё насчёт похорон и вернусь, – она кивает.

Подготовка похорон заняла больше времени чем я предполагал, поэтому вернулся домой только под вечер.

- Как она? – киваю в сторону спальни где спит мама.

- Устала, – громко дышит. – Прости, – сбегает от меня в ванную и закрывает дверь.

Это странно. Не замечал за ней такого ранее, может съела что-то не то.

- Ты в порядке? – спрашиваю через дверь ванной комнаты.

- Да, всё хорошо.

Но с чего-то я ей не верю.

Я захожу к маме, она спит, на прикроватной тумбе стоит бокал с водой.

- Я дала ей лекарство, – застывает в дверях.

Несмотря на все поступки отца похоронили его как положено хоронить офицеров, со всеми почестями и прочими нормами.

Две недели после похорон, Марианна сама не своя. Она постоянно меня избегает в том числе и в плане близости, ей часто не хорошо, и она много спит, у неё случаются неконтролируемые вспышки злости, сменяемые плачем. Интернет в первой же ссылки выдаёт: «Первые признаки беременности». И я всё больше начинаю подозревать неладное.

Сегодня я случайно нашёл в её сумке витамины для беременных, и раз она не торопится мне говорить, и тем более избегает меня, значит малыш не мой. Иначе бы Мари не скрывала такую новость.

Я не знаю, как начинать подобные разговоры. А ещё ужасно боюсь, что будет потом, что эта правда, которая разрушит всю нашу жизнь. Не знаю, смогу ли принять чужого ребёнка, но лучше узнать всю правду сейчас и решать все сопутствующие проблемы вместе.

- Марианн, – мы ехали в особняк к Лаврову, когда я решился всё выяснить. – Ничего не хочешь мне сказать?

Девушка напряглась и громко задышала, видимо снова пыталась справится с тошнотой.

- Например, что беременна, – выпаливаю всё как есть.

- Я просто думала, что сейчас не время, – открывает окно, жадно хватая воздух. – Я хотела сказать, но решила подождать, пока все оклемаются после смерти твоего отца.

- Это мой ребенок? – игнорирую все её объяснения.

- Смешно, – хмурится. – То есть ты думаешь, – злится. – Если бы я знала, что это не твой ребенок, то я бы тебе не сказала? – отворачивается от меня. – И Тому тоже? – слышу, что вот-вот заплачет.

- Так он мой? – продолжаю давить, ничего не могу с собой подделать.

- Твой, – бросает, даже не смотря на меня.

- Прости малыш, – смягчаюсь.

Меня настолько переполняет радость, что я торможу по середине трассы, игнорирую сигналы машин сзади, тянусь к Марианне, разворачиваю её лицо и целую. Девушка оттаивает и отвечает, но буквально через секунду отталкивает меня и пулей вылетает из машины. Содержимое её желудка попросилось наружу.