Кекс с изюмом, или Тайна Проклятого дома

ГЛАВА 8, в которой в тысячный раз подтверждается древняя мудрость о том, что в колодец плевать чревато

Городок Груембьерр расположен не то чтобы на холмах, но улицы в нем так и прыгают вверх-вниз, вниз-вверх, совсем как песик, когда пытается достать лакомство, которое кто-нибудь держит в поднятой руке и дразнит его. С горы спускаться легко, можно и пробежаться, придерживая рукой норовящую слететь шляпку, а вот потом плестись вверх тяжеловато. Особенно летним утром, когда раскаленные булыжники пышут жаром, а отраженное витринами солнце заставляет глаза слезиться. Поэтому, когда Лисси с Хелли дошли до центра городка, то уже порядком запыхались и вспотели.

Каштановый бульвар – это главная артерия города, а на центральной площади посередине бульвара сосредоточены все самые модные магазины, ресторан, и даже имеется маленькая гостиница (правда, больше одного или двух постояльцев зараз там, кажется, с начала времен не было). Там же стоит банк, в котором работает отец Лисси, особняк мэра и… все. Не такая уж она и большая, эта площадь.

Лисси стояла в самом начале Каштанового бульвара и разглядывала улицу с новым чувством: в ней бурлило предвкушение пирата, который только что сошел с корабля на остров, держа в кармане пригоршню награбленного золота. Нет, если уж открывать кондитерскую, то только здесь – на Каштановом бульваре, а еще лучше – на центральной площади.

Именно тут вечерами устраивают променад все достопочтенные жители города. Именно здесь в канун Летнего Коловорота в тени каштанов расставляют горящие бумажные светильники, а на центральной площади играет духовой оркестр. Именно здесь на Зимний Коловорот на месте фонтана ставят единственную в городе уличную елку. Именно здесь… Короче, если уж задирать планку, то по самые уши, так, чтобы перепрыгнуть ее можно было только на скаковой лошади. У Лисси с задранными планками никогда проблем не было.

Увидев, что подруга приглядывается к магазинам так, как будто собирается их скупать все оптом и в розницу, Хелли широко раскрыла глаза.

- Лисси, ты что – хочешь?..

- Да, именно. Тут и нигде иначе, - с видом триумфатора заявила Лисси и увлекла подругу за собой.

Где же ей основать семейный бизнес, размышляла Лисси. Бизнес, который лет через сто станет известен во всем королевстве, ради которого в Груембьерр будут приезжать толпы туристов и который будет описан в путеводителях по краю как… А может, еще и памятник поставят… рядом с елкой. Или второй фонтан в виде льющей в кастрюлю… Так, Лисси, спустись с облаков на землю, сказала она себе, спустилась, и они с Хелли начали методично обходить магазины.

Так, что тут первым пунктом? Городская тюрьма. Не лучшее соседство. «Все годы заключения он вдыхал запах ванили, сошел с ума, и когда его освободили из заключения в возрасте ста лет, доковылял до магазина и убил поварешкой сведшую его с ума кондитершу». Нет, не пойдет.

Обувной магазин. Хм. Или сапоги начнут отдавать запахом корицы, или пирожные будут пахнуть свежей кожей и ваксой. Опять не пойдет.

Магазинчики лепились друг к другу с небольшими зазорами между соседними стенами. Большинство было так мало, что не представляло для Лисси ни малейшего интереса. Присматриваться стоило лишь к тем владельцам, у которых было в запасе много свободного места.

Дойдя до центральной площади, Лисси кинула взгляд на парфюмерную лавку. Хорошее соседство. У здания парфюмерной лавки была большая пристройка. Может, она не была так уж нужна хозяйке, и ее могли бы сдать Лисси в аренду?

С самой очаровательной улыбкой Лисси зашла в лавку и начала разговор с ниссимой Мальди. По мере объяснения причины незапланированного визита, лицо ниссимы Мальди становилось все более и более гневным.

- Ты хочешь, дорогуша, чтобы я сдала тебе в аренду ту пристройку?

- Да, ниссима Мальди, - снова очаровательно улыбнулась Лисси, впрочем, с тревогой замечая, что ее очарование не произвело должного впечатления.

- Эй, Герт! – неожиданно зычным голосом крикнула ниссима Мальди.

Через минуту из подсобного помещения вывалился лохматый увалень в пыльном фартуке. Увидев барышень, увалень сильно сконфузился, поклонился и решил было ретироваться, но ниссима Мальди не дала ему это сделать.

- Герти, сынок, - ласковым тоном сказала она, отчего парень еще больше смутился, заметив скользнувшую по лицу Лисси ехидную усмешку.

- Да, мама, - обреченно ответствовал он.

- Скажи, дорогой, сколько раз в школе нисса Меззерли прятала твой ранец, так что тебе приходилось его искать по всему классу то за шкафом, то в шкафу?

- Не помню, мама, - грустно ответил Герти и густо покраснел.

- А ты помнишь, дорогой, как ты пришел домой в ботинках, которые стали тебе неожиданно малы, и утверждал, что твои ноги почему-то за день выросли на один размер? И я с трудом догадалась, что твою обувь кто-то заменил на похожую, только на один размер меньше?

- Это не я! – искренне возмутилась Лисси. - Герти сам случайно надел ботинки Лена, и…

- Подождите, милочка, - остановила ее ниссима Мальди, и ее «милочка» прозвучало в такой людоедской тональности, что испуганная Хелли дернула Лисси за платье и с намеком показала на выход, всерьез размышляя, успеют ли они до него добежать, прежде чем их расчленят и перетопят на хозяйственное мыло.

- Я не помню, мама, - снова с несчастным видом сказал Герт. - Можно я пойду? Я там начал делать выжимку из цветов жасмина и...

- Иди, мое сокровище, - проворковала ниссима Мальди и послала в широкую спину ретировавшегося сына улыбку умиления.

Потом развернулась в сторону Лисси и расчехлила топор войны.

- И вы, милочка, после того как издевались над моим сыном всю школу напролет, смеете являться сюда и просить об одолжении?!

Смекнув, что этот вопрос являлся скорее риторическим, чем тем, на который хотелось бы дать искренний ответ, Лисси и Хелли вежливо, но торопливо откланялись и удалились.

- Злобная мегера, - прокомментировала Хелли, покинув вражескую территорию. - Я думала, что она из нас выжимку сделает.