Кексик. Звёздное кафе 2

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ, ПРОСТИТЬ НЕЛЬЗЯ ПОМИЛОВАТЬ

— Эй, полегче, — проворчал Маркус. — А то сейчас нарвёмся на неблагополучный район планеты, и мне придётся показать себя во всей красе.

— Прошу, не становись индюком!

— Значит, ты знаешь, куда тащишь меня, малышка?

— Нет.

— Тогда почему не позволяешь взять всё под контроль?

— А надо?

— Думаю, скорее да, чем нет, малышка, — осязаемый холод заставил оступиться, чуть не наступила в лужицу, которая едва заметна в тёмном проулке.

— Маркус, может, перестанешь называть меня малышкой? — попросила его, хотя понимала, что он ни в чём не виноват, но не могла я скрыть свой скверный характер сейчас, когда сама не понимала, отчего веду себя так.

— Ой, смотри, чё тут у нас, — этот голос, я обернулась. — Цаца!

Тот самый типок стоял, опираясь о стену. Тощий мужчина, заметно, что некоторых зубов нет, взгляд шальной. Как я в первый раз не заметила, что подонок? Рядом же с ним находился бугай с дубинкой, перекаченный, с разбитым носом, на рубашке алые следы.

— Вы, — шок, воспоминания: как помог старик, остановив разговором, и если бы не он, то они бы успели потешиться с глупой и наивной девушкой.

— Эй, косматый, ты её знаешь? — обратился бугай к типку.

— Да, та самая, что ускользнула, — рыкнул косматый.

— Ооо, а она в моём вкусе, — облизнулся бугай, и глаза блеснули похотью, что не скрыла темнота.

— Падшие, вы ничего не попутали? — Маркус обошёл и закрыл меня за своей спиной.

— Да ты чё, охренел! — запищал косматый. — Мы тебе не бродяги. Отдал девку и проваливай, пока кости целы.

— Следите за выражениями в присутствие леди! — Такому рыку даже Элиот может позавидовать. Глинистая земля аж под ногами завибрировала.

— Ой, какой грозный щенок, — начал насмехаться бугай. — Утю-тю. Лучше бабу отдавай. Мы её по кругу пустим.

Это я во всём виновата. Зачем тянула Маркуса, не разбирая дороги? Нам же теперь точно несдобровать. Их двое, он один, а мне силой воспользоваться нельзя, чтобы не выдать ведьмину суть.

Что же мне делать?

Бежать. Я обернулась, понимая, что это не поможет. Они сильнее и могут оказаться проворнее в своей среде. А если ранят инквизитора, не прощу себе этого никогда.

— Лучше бы вы послушались, — если голосом можно убить, то это тот самый момент, Маркус обернулся на секунду и приказал: — Стой здесь и не двигайся. Не хочу поранить тебя, малышка.

— Маркус… — потянулась к нему, но встретила преграду. Так сразу её и не заметишь, если не знаешь, куда смотреть. Тонкое кружево окружало со всех сторон. Я в нём пленник, что не сможет уйти, даже если сильно захочет. Тогда зачем эти слова про «стой и не двигайся»?

Маркус в это время успел сделал пару шагов вперёд, махнул рукой в воздухе, и в ней появился меч. Тёмно-синяя рукоять, синий цвет, окутавший острое лезвие. Волшебство так и лилось через край. Я не могла видеть лица, но понимала, что, использовав силу, инквизитор менялся внешне. Хотя не скажу, что сильно, волосы стали длиннее, на голове белые пушистые ушки, на этом трансформация завершилась.

— Ой, а это у нас кто, кицунэ недоделанный, — рассмеялся косматый.

Кицунэ?

Нет, хвоста нет.

Браки, в которых один родитель другой, допускались в нашем мире, но были редкостью, особенно если ты инквизитор. Значит, Маркус не такой, как все. В этом случае… а что в таком случае? Он такой же, как все, член общества и смог выбрать свою жизнь, если бы был недостаточно силён, то его бы точно не приняли в инквизиторы.

— Следи за языком, недоумок, — слепая злоба, эти типы понимают, куда надавить, чтобы противник стал слеп.

— Маркус! — я не узнала свой голос, но надеялась, что через этот купол услышит меня. — Не слушай их, будь осторожен!

— Малышка, — одно слово, и я верю в него. Как он этого добивается? Чувствую, словно мужчина сейчас обнимает, а не стоит, защищая от плохих людей.

Бугай молниеносно ринулся на Маркуса, при его габаритах кажется, что такой человек не может быть ловким и ему могут помешать стены, что так близко расположены. Но вместо этого заметно, что он без замедлений размахивается, делает выпады ловко и легко, как запрограммированный. Инквизитор то отступает, то делает неловкие махи мечом, видно, как сложно даётся сражение, и со стен сыпется штукатурка с кусочками кирпича.

Это провал. Страшно. И никто не знает, где мы. Хочу кричать, закрыть глаза, но не могу. Стою, как замершая, сжав кулаки до посинения.

Как в замедленной съёмке вижу, что бугаю удаётся загнать жертву в тупик. С другой стороны косматый доплетает какое-то заклинание и готов кинуть его в Маркуса. Момент — и инквизитор приседает, становится гибким и опасным, как змей. Он рассекает дубинку и вырубает бугая одним движением рукояти по шее. Уворачивается от магии, протыкая косматого выше сердца в плечо. Алая кровь впитывается в меч, типок мычит, пытаясь вырваться, но теряет сознание. Маркус вынимает меч, стряхивает с него капли, и тот исчезает так же, как появился. Проулок становится темнее, лишь магия летает рядом, и ощущается запах палённой кожи.