Киберспортсмен и недотрога

Глава 4. Выкуп

Выкуп – воскрешение своего героя за деньги.

Проснулась я от уже почти забытого ощущения, которое случалось только в период нашей совместной жизни с бабушкой – кто-то коснулся меня во сне.

Я подскочила, но слететь с кушетки мне не позволили, придержав от падения и тут же отпустив, как только выпрямилась.

– Ты чего? – Я в возмущении уставилась на Васю. Сон сейчас был для меня спасением после всех последних нервных дней.

– Проверял, дышишь ли ты.

– И как? Дышу? – Я вздернула бровь. Страх исчез, но появилась головная боль, заставившая поморщиться.

– Не выяснил, но если ты еще немного полежишь спокойно, думаю, смогу сказать с большей уверенностью.

Закатила глаза и повалилась обратно на кровать. Конечно, не для того, чтобы мое дыхание проверили. Просто тело только после большого напряжения особенно хорошо умело расслабляться. Вот и сейчас – сидеть не было никаких сил. Парень вытащил из пакета упаковку лейкопластырей и протянул ее мне. И зачем пакет для такой мелкой вещицы?

– Спасибо.

– Ты прости, что разбудил. Просто прихожу, а ты лежишь в неудобной позе, вся в крови после… ну… того странного поведения. Что я еще мог подумать? Испугался, что тебе стало плохо.

Запустила руки в волосы и стала распутывать косы. Проверила место вокруг ранки. Кровь, видимо, и правда снова пошла, когда я спала, но уже засохла. Нащупала шершавые участки и слипшиеся пряди. Волосы нужно было помыть, но вставать не хотелось, поэтому просто массировала голову. Вася внимательно следил за моими движениями.

– Я поняла, что похожа на зомби. Но обещаю, что не умру здесь и сейчас. Спасибо за помощь. – Никакой реакции на мои слова не последовало. – Но если ты так уверен, что я все-таки зомби, то гарантирую – сейчас съем твои мозги, если не перестанешь на меня пялиться.

Вася кивнул и вышел из комнаты.

Я снова зацепила пальцем слипшиеся от крови волосы. Голова слегка кружилась, но, поднявшись, я даже не пошатнулась. Ни в коридоре, ни в кухне Васи не было, поэтому мне удалось без его вопросов уйти в ванную. Там я вымыла голову мужским шампунем. Посмотрела на этикетку, убеждавшую в потрясающем запахе хвои и морской волны. Это кто я теперь? Рыбка в кустах, ежик под водой или чувак с освежителем в лесу, «шоб хвоей не сильно воняло»?

Волосы после мытья превратились в мочалку. Теперь их еще полвечера раздирать, чтобы расчесать нормально. Если бы не бабушка, постоянно говорившая, как мне идут длинные волосы, – давно бы отрезала. А сейчас, спустя год после ее смерти, казалось предательством обрезать такую копну. Единственный бунт, на который я решилась, – это сережка в губе. Удивительно, но бабушка тогда обрадовалась, обняла меня и сказала, что я у нее умница и красавица. От воспоминаний тепло разлилось в груди, смешиваясь с ощущением после обжигающего душа на коже у ключиц. Там как раз образовался комок грусти. Теперь это только воспоминания. Больше никто меня так не обнимет, а я не отвечу на объятия со всем душевным теплом. Последнего уже не осталось. Все выжгло страхом.

Я встряхнула головой, обдав брызгами стенку и шторку. Хватит. Еще мгновение – и на лице будут не капли воды, а слезы. Этим я не верну бабушку. Надела домашнюю водолазку и джинсы, сменившие свой прежний статус из-за неотстиравшихся пятен, и побрела в комнату расчесываться. Когда волосы приобрели божеский, хоть и немного облезлый вид, я взялась за готовку. Супы я делала вкусные, и зажарка всегда выходила с идеально золотистым луком. А вот моими пирожками бабушка могла и от маньяков обороняться, и гвозди забивать.

За все два с половиной часа, которые я провела на кухне, Вася так и не появился. Наверное, пошел спать. Взяв из учебной тетради листочки, я подписала кастрюли пожеланиями приятного аппетита. Перекусила и ушла в «свою» комнату. На мониторе все еще стояла заставка игры, которую так никто и не закрыл. Я несколько раз прошлась от стены до стены и села дальше разбираться в том, что так любил хозяин этой квартиры. Не мог же он столь рьяно защищать какую-то ерунду? Хотя с тем, как он защищал меня, были основания думать, что мог.

Ночь пролетела незаметно, я уснула только к четырем утра – игра оказалась затягивающей. Причем чем дальше, тем более общительный мне попадался народ. И не все оказались подростками, как я опасалась. Они шутили, помогали друг другу и обсуждали, каких героев брать. Оказалось, это тоже влияло на шансы победить.

Чтобы снова не проснуться слишком поздно, я поставила будильник на пять утра, из-за чего мне показалось, что он зазвонил через мгновение после того, как я закрыла глаза. Я поднялась с неудобной кушетки и подумала, что именно сейчас я сильнее всего походила на зомби. Перекусила, хотя есть не хотела. На необходимость что-то засунуть в себя в такую рань организм всегда реагировал тошнотой. Но я понимала, что нескоро смогу поесть, поэтому-то и надо. Собрала вещи на учебу, стащила с крючка куртку. Насколько я помнила, именно ее я сбила в нашей потасовке. А вот чтобы поднимала – такого не помню. Из соседней комнаты вышел Вася в одних трусах и сонно посмотрел на меня, уже почти одетую и собирающуюся уходить.

– Ты куда это в такую рань собралась?

– Уже почти шесть.

– Вот-вот.

Вася потянулся, а я смущенно отвернулась. Хоть бы пижаму надел какую. Моя реакция была замечена, парень приблизился и наклонился в попытках поймать мой взгляд. Выбрав меньшее из зол, я подняла глаза и уставилась в его темные зрачки.

– Тебе бы пижаму носить.

– Я вырос из того возраста, чтобы меня нужно было запеленывать, прежде чем спать со мной.

Спать. Что это он имел в виду? Ах ты!.. Я, конечно, слышала о соблазнении несовершеннолетних. Но соблазнение от несовершеннолетних вижу впервые. Интересно, за это какой-то срок положен? Вот дойдет такой инцидент до суда, и учительницы начнут бояться ходить в школу, а дамочки – предлагать школьникам конфетки. «Вон с Фаталовой Анастасией[15] слышали, что произошло? Ужас, дети нынче опасные пошли!» Пока мои мысли не зашли еще дальше, пробормотала: