Кир и Свитолина

Глава 2

Заброшенный дом отшельника 

у  перевала через Северные горы

Северо-восток Венеды,

3-го княжества Содружества

по ходу солнца

4-й день первого месяца зимы

324 года со дня основания Содружества

Все эти дни Пан поил ее отварами трав и все не мог от нее оторваться, боялся отпустить и выпустить из рук и однажды чуть не взвыл, почувствовав ее ледяное тело. Ни на что уже не надеясь и боясь даже думать, Пан пощупал ее пульс. Сердце билось!

- Білявко, що це з тобою?!  - озадаченно пробормотал он, укутывая ее во все одеяла и найденные шкуры, но Била лишь больше холодела. Пан уже перенес этот кокон из Билы, одеял и шкур на печь, но ее щеки так и оставались холодными.

Секунду отдав панике, он скинул с себя верхнюю одежду, раскутал Билу и, усевшись на печь, прижал эту ледышку к себе, сверху он накинул оставшиеся одеяла.

По началу от холода ее тела он и сам замерз так, что начал дрожать

- Сонечко моє, все добре, я поруч, - шептал он, баюкая ее.

Вот так поглаживая Билу Пан и уснул, то ли от холода, то ли от усталости. А проснулся от  невыносимого жара. В начале он даже подумал, что загорелось одно из одеял, но потом понял, что его ледышка наконец-то согрелась. Поцеловав ее в макушку, Пан начал осторожно разматывать уже новый кокон, а размотав, убедил себя какими-то нелепыми и призрачными доводами, лег рядом с Билой, по-прежнему прижимая ее к себе, и опять уснул.

Иногда Пану все же удавалось заставить себя отпустить Билу и заняться подготовкой к будущей зимовке. Он уже починил стол и стулья и даже начал восстанавливать кровать, когда Била, наконец, открыла глаза.

Пан как раз сидел с ней на руках в кресле-качалке у камина и напевал колыбельную, которую ему когда-то пела мама. Все эти долгие дни он ей пел, чтобы и самому не сойти с ума от беспокойства и страха.

- Била… - выдохнул он, заметив, что она смотрит на него. Била сглотнула и попыталась что-то сказать. – Тихше. Тихше, сонечко, ти ще дуже слабка. Потім скажеш мені все, що думаєш, добре?

Била прикрыла глаза в знак согласия

- Білявко, - прижимая ее к себе, выдохнул Пан и поцеловав ее висок, проговорил. – Попробуй выпить

Он взял чашку с бульоном, благо его силки сработали, он был просто не в состоянии выйти из дома надолго, чтобы поймать дичь. Пан усадил Билу и поднес  чашку к ее губам и был безумно рад, когда она сама (!) сделала несколько глотков. Прикрыв глаза, она практически уронила голову ему на плечо

- Де… ми? – еле расслышал он с трудом произнесенные слова

- Мы в заброшенном доме отшельника, в лесу. Здесь безопасно, отдыхай

Била выдохнула и закрыла глаза

Исследовав дом, Пан нашел инструменты и наконец-то доделал мебель и прочистил печь. Дом теперь уже не был таким холодным и унылым.  Била лежала не на печи, а в кровати, у окна стоял стол с двумя стульями. Около камина кроме кресла-качалки были еще два кресла и низкий столик.

По идее нужно было начинать делать запасы на зиму, но этим он займется завтра, а сейчас он зашел в комнату, которая, видимо, служила предыдущему владельцу библиотекой, взял с полки книгу, вернувшись, сел вместе с Билой на руках у камина и начал читать ей вслух. Ему так хотелось вновь услышать тихий голос Билы, но она практически все время спала, и Пан читал вслух просто ради того, чтобы нарушить эту гнетущую тишину.

- Це… дійсно ти?

- Так, це я, - улыбнулся он, заглядывая в ее глаза. Била нахмурилась и еще тише спросила

- Чому ти… тут?

- Тому що кохаю тебе, - ответил Пан и она как-то странно выдохнула. Помолчав, Била спросила

- Парень?

- Он оплатил свой долг перед тобой. Спасибо, конечно, но я и так собирался возвращаться, - признался Пан и осторожно погладил ее впалую щеку. Била слабо улыбнулась, и он не сдержался от легкого поцелуя

- Он… - Била сглотнула, - встретил?..

- Я передал его в руки бабушки. Вроде милая женщина, - усмехнулся Пан, -но все равно нужно будет его проведать

Била лежала с закрытыми глазами и Пан решил, что она опять уснула и он продолжил уже читать про себя, чтобы не разбудить ее

- Почитай… ще, - прошелестел тихий голос, - я… поки ще… погано бачу

- Добре, серденько, - целуя ее в висок, улыбнулся Пан, - то де я зупинився?

Все тело Билы после встречи с элементалем было в мелких порезах, которые сейчас уже практически зажили, а вот рана от той ветки все еще не затянулась. Он ежедневно менял повязку на почти зажившей ране, но в этот раз не сдержался и ласково провел пальцами под ее пупком и поцеловал живот. Била судорожно выдохнула, проклятая слабость не давала ей пошевелиться, но не мешала чувствовать.

Пан заглянул ей в глаза, и Била сумела улыбнуться, а он ее поцеловал. Он никогда еще так не целовал ее, а она не могла ответить так, как хотелось! Не могла прижать к себе, не могла поцеловать…

А Пан уже целовал ее щеки, шею, рука с живота медленно продвигалась вверх. Он целовал ее ключицу, когда заметил слезинки в уголках глаз. Пан тут же отстранился будто ошпаренный

- Білявко, вибач я… - кляня себя, бормотал он. Как он мог?!  Это ж ведь почти насилие! Да почему почти?!

Собрав все силы и приправив их злостью, Биле удалось не дать ему убрать руку со своего живота. От этой пусть маленькой, но победы она радостно улыбнулась. Ко всему прочему, она сама наконец-то смогла к нему прикоснуться! А главное после этого он не исчез, а значит он реальный и это не бред! Пан здесь, с ней, а она даже пошевелиться не может!