Кира и К: радуга на запястье

продолжение от 22-04-2024

Кира пихнула Рода и, когда тот чуток подвинулся, уступая кусочек места, тоже приземлилась на диване, утопая в его подушках. Стоило девушке присесть, как она спросила команду:

- Когда пойдем в университет?

- Нам же вроде больше не надо туда, Могущества сказали, - озадачился родич главным образом из-за противоречивости двух авторитетных источников. Могущества, это, конечно, Могущества, они правы всегда, но и Кира – это Кира, она фигни не скажет.

- Я не про регулярные занятия и диплом. Могущества объявили Университету свою волю, - согласилась Кирана, избавляя Рода от затруднений с выбором наиболее авторитетного источника. – Но, полагаю, нам лучше все вопросы решить лично, как выпускникам, а не как служителям. Але Креейла же, можно сказать, и вовсе принудительно перевели на новое место работы без всяких согласований.

- Воистину, - скупо усмехнулся обрис и все-таки выбрал, куда присесть.

Занял еще одно кресло. Что порадовало Кирану, не напротив всей команды, а рядом. Может, смирился с новым статусом, может, решил не обострять. Или так ему обонять аромат айлы было удобнее. То, что безопасник присел на первое попавшееся место, ближайшее свободное от двери, девушка не очень-то верила.

- Прямо сейчас решить? – обреченно простонал Мелвин, уже собравшийся при помощи пилочки для ногтей, извлеченной из потайного кармашка, поухаживать за собой и прийти в состояние гармонии с миром.

Никакие слуги и служанки але Клайну не годились, даже не каждый мастер из элитных салонов подходил для такого ответственного дела, как личный маникюр.

Это Кира могла обходиться бесцветным магическим лаком на коротких ноготках и не думать о красе ногтей вообще. Мел лишь тихо вздыхал над проявлениями безвкусицы подруги. А когда видел разноцветные (каждый выкрашен в свой оттенок), да еще и с рисунками, ногти Алии вздыхал громко. Сам юноша предпочитал заботиться о себе любимом с чувством, с толком, с расстановкой. Но вот опять не получалось. Друзья вечно его куда-то гнали, во что-то втягивали, тормошили.

Впрочем, Мел стоически терпел. Потому что тормошили друзья, которым он нужен сам по себе, не потому что родственник или богатый наследник. Порой Мелвин даже боялся окончания университета, потому что не желал распада команды и одиночества, а теперь этот страх ушел. Они и дальше пойдут по жизни вместе, не важно, куда. Именно поэтому сейчас парень больше играл на публику, нежели испытывал крайнее изнеможение и упадок духа.

- Прямо сейчас? Нет, можешь посидеть еще минут пять, - проявила «неслыханное великодушие» Кирана.

- Садистка! – привычно буркнул Мел.

- А я говорила! – захихикала с ковра Алия.

- Я тебя тоже сердечно люблю, подруга! – отметила Кира, прижав руку к сердцу.

Альрау лишь демонстративно качнул головой. Дескать, куда я попал, детский сад, штаны на лямках! Но сам же не удержавшись, поддел ленивца:

- Что, але Клайн, маникюр важнее?

- Конечно, - горячо согласился Мел, - не всем же так везет с постоянным!

И парень с искренней завистью покосился на короткие, но идеальной формы ногти обриса, имевшие от природы нежно-золотой отлив и не ломавшиеся в принципе.

После такого откровенного признания у Альрау отпало всякое желание подкалывать юного коллегу. Сам он никогда не обращал особого внимания на свой внешний вид. Одевался и ухаживал за собой лишь потому, что так было вбито до автоматизма воспитателями еще в детские годы.

Коротко вздохнув, обрис многозначительно побарабанил пальцами по радужной метке у запястья в качестве жирного намека на предлагаемый метод перемещения в университет. Не портальную площадку у здания, а перенос волей Могуществ. Говорить с начальством вежливо – это хороший тон. Хамства никто не любит. Но при этом стоило сразу напомнить о фигурах, стоящих за спинами новых служителей. А то преподаватели – народ специфический, их порой заносит на ровном месте.

- Приемная декана? – убрав пилочку в чехол, только уточнил Мелвин область переноса, и телепортация состоялась. Алия даже не подумала встать с ковра, так в положении «лежа на Тучке» и переместилась.

Недовольный женский фырк стал сигналом, что их заметили. Приемная больше не пустовала. За своим рабочим столом сидела але Шальм – бессменный секретарь декана. Ушки с кисточками достойной дамы недовольно подергивались, пухлые губы сурово поджались от такой наглой выходки. Но начать разнос секретарь не успела.

Мелвин перетек к столу секретарши и зажурчал:

- Счастливый день! Наконец-то, несравненная але Шальм, вы здесь! Когда приемная декана пуста – так тяжело на сердце! В последний визит я тревожился, не случилось ли с вами, але, какой беды! Или отыскался везунчик, которому вы нашли местечко в своем дивном сердце и отбыли в дальние дали.

Пройдоха поймал пухлую ладошку делопроизводителя, сжал по-дружески, а потом еще и сделал вид, что целует.

Щечки дамочки из возмущенно-красного, стали польщенно-розовыми. Пышная грудь всколыхнулась.

- Ах, але Клайн, все льстите!

- Как можно! Але Шальм, я правдив, как никогда! – галантно возразил Мелвин, бессовестно вешая лапшу на меховые ушки толстушки.

Альрау наблюдал за концертом с легким удивлением и даже толикой восхищения. У него язык так ловко, как у парня, не работал и с такой ловкостью особ женского пола не охмурял. Вот ведь пройдоха! Не только о красивых ногтях думать умеет!