Кира и К: радуга на запястье

продолжение от 06-06-2024

Медитация Альрау над камнем в полной тишине (наблюдатели даже дышать старались через раз, а кое-кто может и вовсе не дышал) и последующее за этим возложение рук завершились вполне знакомым уху скрежетом. Именно так скрежещут сталкивающиеся камни.

Вслед за гулким скрежетом, эхо которого с удовольствием загуляло по всем закоулкам зала, будто вырвавшийся на прогулку активный ребенок, последовала вспышка цвета золота и серебра. Она слепила на миг-другой всех, кто не успел, хорошенько зажмуриться.

Но разовой вспышкой, ставшей световым сигналом завершения сеанса ремонта, дело не ограничилось. От целой громады камня с цельным, без единой трещинки диском, по всему полу, начина от основания сооружения, стало расходиться нечто.

В первые мгновения Кирана даже слегка испугалась, что Альрау что-то не то сотворил с ремонтом и теперь весь пол покрывается трещинами, чтобы рухнуть в тартарары, увлекая за собой всех, не успевших эвакуироваться бедолаг. А может и вовсе распахивает врата прямиком в гости к демонам. Но в следующее мгновение девушка поняла: с полом все в порядке, даже очень! Он перестал быть просто гладкой плитой нестандартных габаритов и теперь вернулся к исполнению своих истинных волшебных функций.

Камень весь светился гигантским, будто живым, панно: ветвями, корнями, изгибами великого родословного древа, чьими отростками, наверняка ныне являлись и два рыжика. Один по праву крови, текущей в венах, вторая по праву случайно заключенного брачного союза.

Это восхищенные эффектами ремонта беглецы проверили первым делом. Инструкция по пользованию залом у них была буквально вбита на подкорку. Потому недолго думая девица выхватила булавку из длинного потайного кармана-складки жилета и вонзила себе в палец.

Капля крови, упавшая на пол, притушила все пылающие золотом ветви на несколько тонов и заставила ярко вспыхнуть отдельную завитушку, соединенною лишь с единственной веточкой из всего магического чертежа.

- Супруг Киан Фарфарсон. Майра Горт, моя мать, есть. Но отец Райвар Клиал, а не Тордварн Фарфансор – не веря своему счастью, выдохнула рыженькая, получившая подтверждение своего статуса, подсказанного Алией.

- Райвар? Знакомое имя. Это ж бард бродячий, беспутный пропойца. Его кинжалом закололи лет пять назад на пиру у Сигнасонов, - припомнил парень, даже не подумав смутиться от того, что так беспечно рассуждал о смерти отца своей юной жены и столь скверно отозвался о покойнике. Возможно, в этом мире не действовал земной постулат: «об умерших или хорошо, или ничего». Или же щекотливые подробности биографии почившей медийной личности были столь широко известны, что таить их не было никакого смысла. Позаимствовав все ту же булавку у девушки, парень и сам капнул крови на пол. Дождался результата и умиротворенно констатировал, озвучивая личную справку:

- Мать Найвала Йорг, отец Тордварн Фарфансор, жена – Лайта Фарфансор. Благодарность сердца и души, вам, пришедшие служители Могуществ, вы были правы! Ни чести, ни смысла не было в нашем бегстве. Мы супруги, за нами род и миссия хранителей последней завесы, врученная богами! А что посвящение столь странно прошло и узы супружества разом возникли, на все воля богов.

Альрау отступил от отремонтированного камня, ставшего цельным, как и диск его уснащавший, и устало кивнул. Дело сделано! Выложиться пришлось изрядно, потому что магическую составляющую имел не только диск, но и сам камень, напитанный за века энергией являвшихся в зал хранителей. А такой попробуй уговори восстановиться! Но обрис справился с работой не по профилю, вывезя на чистой силе!

Или у них теперь всякая работа будет профильной, куда забросили, что поручили, то и профиль? Смутные подозрения на этот счет по результатам наблюдения за эффективной командой Кираны грозили перерасти в стойкую уверенность.

- Пора, Кира! Фиал! – колокольчиком прозвенел голосок Алии.

- Пора-не пора, иду со двора, - пробормотала что-то странное под нос девушка и жахнула фиал об пол.

Звона разбитого стекла не последовало, последствия оказались куда более масштабными и зрелищными. Даже более зрелищными, чем загоревшийся после ремонта Альрау функциональный грандиозный узор на полу.

Зал, пол, а может, и весь мир, что отделялся от мира демонов тонкой завесой, или даже оба мира разом содрогнулись, принимая в себя содержимое фиала. Оно не растеклось грязной лужей по залу, а взметнулось, закрывая, обволакивая, покрывая, мягко укрепляя не стены и пол зала, а нечто гораздо, гораздо более значимое и масштабное. Два разных мира, чьи границы угрожающе истончились и находились в опасной близости от точки раскрытия, стали чуть дальше, чуть менее близки друг к другу. Тончайшие дырочки в границах сейчас словно заделывались тем искристым составом, что составлял содержимое фиала.

И пусть его было слишком мало для такого масштабного действа, но возникший процесс подчинялся законам Мироздания и инстинктам выживания миров. Потому более не нуждался в искусственном стимулировании. Он стал подобен лавине, начавшейся с крохотного камушка, а ныне несущейся грохочущей громадой с вершины горы. То есть сделался самоподдерживающимся. И для своего поддержания сам привлекал все потребные ресурсы по закону подобия.

Кира даже почти не удивилась, когда зал с интересным полом в очередной раз содрогнулся. В нем стало тесно от массы разновозрастных рыжих людей: от девиц и юношей до старух и стариков, чья яркая рыжина была изрядно припорошена пеплом седины или сменилась гладкой лысиной.