Кистью по сердцу. Мара Оль

Глава 7. Мысли, которые мешают работать

Мой рабочий день начинался, как всегда: совещания, звонки, бумаги, цифры.
Всё — чётко. По графику. Под контролем.

Так было всегда.
До сегодняшнего дня.

Я смотрел в отчёты по строительным проектам: жилой комплекс, смета, сроки, поставщики. Обычно такие таблицы вызывали во мне азарт — цифры складывались в решения, решения превращались в результат. Я умел это. Я жил этим.

Но сегодня строки расплывались.

Вместо них в голове всплывал упрямый прищур, спокойная улыбка и голубые глаза, в которых будто прятался вызов.

Анна.

Художница.
С кистью вместо оружия и слишком острым языком, чтобы быть безобидной.

Я перелистнул папку, потом ещё одну — бесполезно. Мысли упрямо возвращались к мастерской, запаху краски и тому, как уверенно она держала кисть. В её мире не было места моим графикам и таблицам. И, что раздражало больше всего… впервые я не был уверен, что это плохо.

— Андрей, вы вообще слушаете? — голос Максима вырвал меня из мыслей.

Я поднял взгляд.
— Конечно, — ответил автоматически.

Хотя последние десять минут прошли мимо меня.

Максим прищурился.
— Вы сегодня странный. Обычно вы первый, кто рвёт доклад на части.

— Думаю, — коротко бросил я.

— О чём?

О женщине, которая умудрилась поселиться в моей голове, не спрашивая разрешения.

— О планах, — солгал я и захлопнул папку.

После работы я заехал к матери. Ошибка, конечно. Но я не был готов к тому, что она поймёт всё быстрее меня.

Она встретила меня на пороге с тем самым взглядом, от которого в детстве хотелось срочно признаться во всех грехах.

— Ну? — сказала она.

— Что — ну? — устало спросил я, снимая пиджак.

— Как продвигается портрет?

— Рабочий процесс идёт, — ответил я уклончиво.

— Рабочий процесс, — передразнила она. — Андрей, я тебя знаю. Когда ты начинаешь описывать картины словами из бизнес-лексикона, значит, дело нечисто.

Я вздохнул.
— Мама, это всего лишь портрет.

— Конечно, — протянула она с усмешкой. — А то, что у тебя сегодня взгляд не деловой, а… задумчивый, — это тоже «всего лишь»?

— Тебе показалось, — сухо ответил я.

— Сынок, — она посмотрела на меня внимательно, — я женщина опытная. И тебя вижу насквозь.

Я промолчал.

Но внутри что-то неприятно ёкнуло.

Потому что, возможно, она была права.
Я действительно летал где-то между строительными планами и голубыми глазами художницы.

И хуже всего было не это.

Хуже было то, что с каждым днём мне всё меньше хотелось возвращаться на землю.



Отредактировано: 12.03.2026





Понравилась книга?
Отложите ее в библиотеку, чтобы не потерять