Кистью по сердцу. Мара Оль

Глава 20. Повод любой ценой

Андрей

Я закрыл ноутбук только под утро.

Город за панорамными окнами уже начинал сереть. Ночные огни гасли один за другим, машины на проспекте становились всё чаще, и холодный рассвет медленно заполнял комнату.

На моём столе лежал настоящий хаос. Пришлось обратиться за помощью к своему старому другу Олегу, он быстро нашел для меня информацию.

Открытые вкладки, распечатанные статьи, фотографии, заметки на полях. Если бы кто-нибудь из партнёров увидел этот стол, он бы решил, что я готовлюсь к агрессивному поглощению крупной компании.

Но нет.

Я собирал досье на женщину.

Анна Морозова.

Двадцать восемь лет.
Училась в художественной школе, потом — в академии.
Несколько выставок, несколько удачных заказов.
Работает в небольшой мастерской в центре города.
Ближайшая подруга — Лиза, владеет салоном красоты.

Сухие факты.

Но между строк я читал главное.

Она не была окружена людьми. Не мелькала на светских мероприятиях. Не строила карьеру через знакомства.

Она просто… жила своей работой.

Я откинулся на спинку кресла и провёл ладонями по лицу.

— Что со мной творится? — пробормотал я.

Ответ был слишком очевидным.

Ты хочешь её видеть.

И значит, нужен повод.

Любой.

К обеду я уже ехал к её мастерской.

Сам.

Без водителя, без помощников, без привычного расписания.

Смешно.

Взрослый мужчина, руководитель компании, у которого в подчинении сотни людей — а я мчусь через полгорода, как студент на первое свидание.

Я остановился у знакомого здания, заглушил двигатель и несколько секунд просто сидел.

Что сказать? «Я соскучился?». Она рассмеётся.

Я вышел из машины, поднялся по знакомой лестнице и постучал.

Тишина.

Я постучал ещё раз.

Снова ничего.

Дверь была заперта.

Внутри было тихо.

Я стоял несколько секунд, глядя на табличку «Мастерская», словно она могла объяснить происходящее.

И только потом заметил листок бумаги, приклеенный к двери.

"Буду через несколько дней."

Несколько дней.

Я почувствовал раздражение — почти злость.

Она уехала.

Следующие два дня я ловил себя на том, что снова и снова проезжаю мимо мастерской.

Она всё ещё была закрыта.

Я заехал к Лизе.

Салон был шумным, пахло лаком и кофе. Лиза смотрела на меня так, будто заранее понимала, зачем я пришёл.

— Анна? — усмехнулась она. — Уехала к родителям. На выходные.

— Куда? — спросил я слишком быстро.

Она прищурилась.

— Волков, вы серьёзно собираетесь ехать знакомиться с её семьёй?

Дорога заняла почти два часа.

Город постепенно остался позади, уступая место тихим улицам, небольшим домам, старым яблоням за заборами.

Я остановился у цветочного магазина, потом у небольшой кондитерской.

В итоге в машине оказались: букет для её мамы, дорогой коньяк для отца, и пару коробок конфет — на всякий случай.

Я чувствовал себя… странно.

Нервно.

Как подросток, который впервые идёт знакомиться с родителями девушки.

Я подошёл к калитке и нажал кнопку звонка.

Через минуту дверь открылась.

На пороге стояла Анна.

Она явно не ожидала меня увидеть.

— Андрей? — её глаза расширились.

Я улыбнулся.

— Привет.

Она посмотрела на пакеты в моих руках.

— Ты… что здесь делаешь?

Я пожал плечами.

— Искал повод увидеть тебя.

Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент из дома раздался голос:

— Аня, кто там?

На пороге появился мужчина лет шестидесяти — крепкий, с внимательным взглядом.

— Папа… — тихо сказала Анна.

Я выпрямился и протянул руку.

— Андрей Волков. Очень приятно познакомиться.

И в этот момент понял одну простую вещь.

Я только что сделал шаг, после которого дороги назад уже нет.

Анна

Если бы кто-нибудь спросил меня утром, как пройдут выходные, я бы сказала: спокойно.

Дом родителей всегда действовал на меня одинаково — как тёплый плед. Небольшой, светлый, пахнущий яблочным пирогом и маминым кремом для рук. Здесь всё было знакомо: скрип старых ступеней, тиканье часов на кухне, мягкий свет лампы над столом, старый чайник, который всегда свистел слишком громко.

Я приехала днём, помогла маме нарезать овощи для салата, поговорила с папой о его работе. Он, как всегда, рассказывал о новых проектах на заводе — схемы, расчёты, детали. Я слушала и улыбалась: этот спокойный мир был таким далёким от последних сумасшедших дней.

А потом зазвонил звонок у калитки.

Я открыла дверь — и сердце ухнуло куда-то вниз.

Андрей.

Высокий, в тёмном пальто, с букетом цветов и пакетами в руках. Он стоял на нашей маленькой дорожке среди яблонь, которые только начинали желтеть, и выглядел… слишком городским для этого тихого двора.

— Привет, — сказал он.

Я смотрела на него, не веря.

— Андрей… ты что здесь делаешь?

Он чуть улыбнулся.

— Искал повод увидеть тебя.

В этот момент из дома раздался папин голос:

— Аня, кто там?

Я даже не успела ничего объяснить.

Папа вышел на крыльцо. Высокий, седоватый, в домашнем свитере. Его взгляд сначала скользнул по Андрею, потом по букету, потом снова по Андрею.

Я почувствовала, как напряжение поднимается в груди.

— Добрый вечер, — спокойно сказал Андрей и протянул руку. — Андрей Волков.

Папа пожал её чуть медленнее, чем обычно.