Кистью по сердцу. Мара Оль

Глава 21. Горькая правда

Анна

Дорога обратно в город прошла тихо.

Фары машины резали темноту, освещая мокрый асфальт и редкие деревья по обочинам. За окном медленно проплывали огни деревень, редкие заправки, пустые автобусные остановки. Осень уже чувствовалась в воздухе — прохладная, прозрачная, немного печальная.

Я сидела на пассажирском сиденье, поджав ноги, и украдкой смотрела на Андрея.

Он вёл машину уверенно, одной рукой, иногда бросая на меня быстрые взгляды.

— Ты всё ещё думаешь, что я сумасшедший? — вдруг спросил он.

Я усмехнулась.

— Приехать знакомиться с моими родителями без предупреждения? Да, это было… смело.

Он тихо рассмеялся.

— Твой отец меня неплохо так допросил.

— Так тебе и надо, — ответила я.

Андрей помолчал.

— У тебя хорошие родители.

— Да, — сказала я тихо.

Несколько секунд мы ехали молча. В машине было тепло, пахло кожей салона и лёгким ароматом его парфюма.

Когда огни города начали появляться впереди, он вдруг сказал:

— Ань.

Я повернула голову.

— Что?

Он остановил машину у моего подьезда, но двигатель не заглушил. И откуда он уже знает мой адрес.

Андрей повернулся ко мне.

И вдруг стал совсем серьёзным.

— Я не умею красиво говорить, — сказал он. — И не привык объяснять свои чувства.

Я замерла.

— Но я должен сказать это сейчас.

Моё сердце вдруг забилось быстрее.

— Ты появилась в моей жизни случайно, — продолжил он. — Но с того момента всё пошло… не по плану.

Он провёл рукой по волосам — тот самый жест, который я уже знала.

— Я думаю о тебе постоянно. И это пугает меня больше, чем я мог себе представить.

Я смотрела на него, не дыша.

— Андрей…

Он взял мою руку.

— Я не знаю, чем всё закончится, — тихо сказал он. — Ты мне нравишься, Аннь. Очень.

Мир будто замер.

На секунду я забыла про все страхи, про разницу между нашими мирами, про осторожность.

Я только смотрела в его глаза.

— Ты тоже… мне нравишься, — тихо призналась я.

Он улыбнулся.

И в этот момент между нами было что-то удивительно простое и настоящее.

Позже, когда он уехал, я долго стояла у двери квартиры, держа в руках ключи.

Я впервые за долгое время позволила себе поверить, что всё может быть по-настоящему.

— Ну что, как прошло с твоим бизнесменом? — Лиза сидела на диване в моём маленьком холостяцком уголке мастерской и листала телефон.

Комната была освещена только настольной лампой. На полу стояли холсты, на столе — разбросанные кисти и баночки с краской.

— Не говори только, что между вами ничего нет.

— Мы… поговорили, — призналась я, поправляя кисти на полке.

— Ага, поговорили, — хмыкнула она. — У тебя щеки горят так, будто не разговор, а поцелуи были.

— Лиза! — я почувствовала, как кровь снова приливает к лицу.

Она рассмеялась.

Но вдруг замерла, уткнувшись в экран.

— Хм… Волков Андрей Викторович… — пробормотала она.

Я повернулась к ней.

— Ты что делаешь?

— Проверяю кое-что, — ответила она, пальцами лихорадочно скользя по экрану. — Ты ведь о нём ничего не знаешь, кроме имени. А я чувствую — слишком он идеален.

— Лиза… — начала я, но сердце уже забилось быстрее.

Она вдруг ахнула.

— Вот оно! Я так и знала!

— Что? — я подошла ближе.

Лиза повернула ко мне экран.

На фотографии был Андрей.

Высокий, уверенный, в дорогом костюме. Рядом с ним — элегантная брюнетка в длинном вечернем платье.

Под фото подпись:

«Наследник компании “Верес” Волков Андрей Викторович и его невеста Вера Платонова. Союз двух семей обещает стать событием сезона.»

У меня в груди будто что-то оборвалось.

— Невеста, — Лиза процедила это слово с таким презрением, будто плюнула. — Я так и знала. Подлец. Приходит сюда, строит из себя героя, а сам — давно пристроен.

Я медленно опустилась на стул.

Ноги вдруг стали ватными.

— Невеста… — повторила я тихо.

Лиза присела рядом и сжала мою руку.

— Анют, слышишь? Вот поэтому я всегда говорю: держись подальше от таких. Им только дай поразвлечься.

Я молчала.

Перед глазами всплывали его слова.

Ты мне нравишься.

Я закрыла глаза.

Теперь я знала правду.

И, если честно… где-то глубоко внутри я всегда знала, что так и будет.