Кистью по сердцу. Мара Оль

Глава 48. Когда враг улыбается

Я всегда думала, что зависть — это когда кто-то косо смотрит на твою новую сумку или картину. Но Вера доказала: зависть может носить дорогие каблуки, брендовое платье и улыбку, которой можно отравить целый город.

Мы столкнулись с ней в холле бизнес-центра. Огромное пространство из стекла и мрамора гулко отражало шаги людей, спешащих по своим делам. Я шла на встречу с подрядчиками, в руках была папка с эскизами, когда вдруг услышала знакомый голос.

— Художница…

Я обернулась.

Вера стояла у лифта, словно случайно оказавшись здесь. Идеальная укладка, безупречный макияж, дорогая сумка на тонком ремешке. Она выглядела так, будто только что сошла со страницы модного журнала.

— Ты прямо расцвела, — протянула она сладко. — Видимо, новая роль тебе к лицу.

Я заставила себя улыбнуться.

— Дизайнером быть интереснее, чем куклой.

На секунду её глаза сверкнули. Но улыбка не исчезла.

— Интересно… — она слегка склонила голову. — Только вот я слышала, твой проект уже трещит по швам. Документы не согласовали? Разрешения задержали? Как жаль.

Меня будто обдало холодом.

Откуда она знает?

Она уже шагнула в лифт, но напоследок добавила:

— Иногда мечты оказываются слишком незбыточными.

Двери закрылись.

Я стояла посреди холла и чувствовала, как внутри медленно закипает злость.

Позже Андрей объяснил всё коротко и мрачно.

— Вера через отца подключила знакомых в мэрии. У них связи в строительных комитетах. Теперь каждую бумагу тормозят.

И действительно — проблемы посыпались одна за другой. Подрядчики вдруг начали «отказываться», ссылаясь на срочные и более выгодные заказы. В банках «случайно» задерживали переводы. А через пару дней в деловой прессе появилась статья с громким заголовком:
«Амбициозный проект Волкова — мираж для наивных инвесторов».

Я кипела.

— Это же подло!

— Мы справимся, — мрачно ответил Андрей.

Но самым неприятным оказалось другое.

Через несколько дней Вера появилась прямо в нашем офисе. С папкой в руках и с выражением лица человека, который пришёл посмотреть на чужое поражение.

Мы как раз обсуждали с архитекторами рабочие схемы, когда дверь переговорной открылась.

— О, какие серьёзные лица, — пропела она. — Я ведь говорила, Андрей, что ты не справишься без нас. Точнее… без меня.

В комнате повисла тяжёлая тишина.

Андрей медленно поднялся.

— Зачем ты сюда пришла?

Она театрально прижала ладонь к груди.

— Но как же. Ты мой жених. Мы должны держаться вместе.

— Я не твой жених, — холодно сказал Андрей.

Её улыбка стала острее ножа.

— Ха. Это ты так думаешь. Но когда отец подключит все свои связи, твой «проект будущего» рухнет. А я буду рядом, чтобы посмотреть, как ты падаешь.

Она развернулась и вышла.

Я смотрела ей вслед и понимала: эта женщина не остановится. Она не просто обиделась. Она хочет уничтожить нас.

Андрей молча сжал мою руку.

— Я всё решу.

Но неожиданно поддержку я получила не только от него.

На следующий день в офисе собралась вся архитектурная команда. Люди выглядели напряжёнными — слухи о проблемах уже начали гулять по коридорам.

Сергей Лебедев стоял у стола, просматривая чертежи.

Он поднял голову.

— Я слышал, у нас проблемы.

Никто не ответил.

Тогда он спокойно продолжил:

— Ничего нового. Когда появляется сильная идея, её всегда пытаются затоптать.

Он посмотрел на меня.

— Анна, покажи решение по вентиляции, о котором я говорил на стройке.

Я немного растерялась, но включила на экране схему.

Пока я объясняла, в комнате постепенно воцарилась тишина. Архитекторы слушали внимательно, задавали вопросы, обсуждали детали.

Когда я закончила, Сергей несколько секунд молчал.

Потом повернулся к команде.

— Запомните одну вещь, — сказал он спокойно. — Анна мой помощник, — продолжил он. — И если вы хотите знать моё мнение… через несколько лет она станет одним из лучших дизайнеров в этой профессии.

У меня перехватило дыхание.

Я никогда не слышала от него такой прямой похвалы. Архитекторы начали переглядываться, кто-то одобрительно кивнул.

Сергей посмотрел на меня и добавил уже тише:

— Привыкай. Это только начало.

Если Вера перекрыла официальные каналы, Андрей решил действовать иначе.

— Значит, пойдём напрямую, — сказал он, перебирая бумаги.

— Напрямую? — переспросила я. — То есть лично встречаться с каждым инвестором?

— Да. Если они увидят проект живьём — перестанут сомневаться.

Я прищурилась.

— И ты уверен, что они захотят слушать?

Андрей усмехнулся.

— Уверен, что они захотят смотреть на тебя.

— Волков! — я ткнула его карандашом в плечо. — Это не аргумент.

— Самый что ни на есть.

Начался настоящий марафон встреч.

Я таскала с собой планшет, эскизы и даже маленькие макеты. Андрей вёл переговоры уверенно и жёстко, но иногда специально передавал слово мне.

— Господа, — говорил он на одной из встреч, — посмотрите не только на цифры. Посмотрите на концепцию. Анна?

И я включалась.

Показывала, как пространство будет «дышать», как линии купола создают ощущение свободы, как зелёные уровни превращают дом в живую среду.

И видела, как глаза инвесторов начинают загораться.

После третьей встречи я выдохнула:

— Кажется… это работает.

— Конечно, — самодовольно сказал Андрей. — У нас слишком сильная команда, чтобы какая-то Вера нас остановила.

— «Команда» из двух человек, — фыркнула я.

— Из трёх, — спокойно добавил Сергей, проходя мимо с папкой. — Не забывайте про вашего арт-директора.

Мы рассмеялись.

Только сейчас за последние дни я почувствовала, что страх отступает.

И если Вера думала, что сможет нас сломать… она явно недооценила нашу команду.