Кистью по сердцу. Мара Оль

Глава 51. Тайная игра Анны

Самое удобное место для заговоров — это не тёмные кабинеты.

Это выставки, закрытые показы и фуршеты с белым вином, где люди улыбаются, обсуждают искусство и делают вид, что говорят только о прекрасном.

Именно туда я и вернулась.

Туда, откуда когда-то начинала.

В дизайнерское сообщество.

— Анна? — удивлённо протянула Марина, куратор одного арт-фонда, когда увидела меня в галерее. — Давно не было о тебе слышно.

Я улыбнулась и больше слушала, чем говорила. Смеялась там, где нужно. Задавала вопросы между прочим — так, словно мне было просто любопытно.

Люди расслаблялись.

И начинали говорить.

— Странно, — заметила я однажды, рассматривая абстрактную инсталляцию из стекла и металла. — Несколько фондов вдруг вышли из одного крупного проекта. Почти одновременно.

Марина тихо фыркнула.

— Не «вдруг». Им настоятельно порекомендовали.

Я повернула голову.

— Кто?

Она посмотрела на меня слишком внимательно.

— Ты уверена, что хочешь знать?

И вот в этот момент я поняла — попала. После этого разговоры стали осторожнее. Но информация всё равно всплывала.

Медленно.

Как грязь со дна воды, если её слегка взболтать. Инвестор, который три месяца назад восторгался концепцией проекта Андрея, вдруг продал долю. Подрядчик, с которым уже были подписаны контракты, неожиданно ушёл к конкурентам. Разрешения, которые «почти готовы», зависли на уровне одной подписи.

Слишком много совпадений.

Я начала записывать всё в таблицы.

Ночами я сидела за ноутбуком, соединяя фамилии, компании, даты, фонды.

И постепенно картина начала складываться.

Слишком чёткая и логичная.

— Это не хаос… — тихо пробормотала я однажды ночью, глядя на экран. — Это схема.

Через один из фондов я вышла на человека, который знал много, но говорил слишком неохотно.

Мы встретились в маленьком кафе рядом с галереей.

Он нервничал.

— Вы понимаете, что это закрытая информация? — сказал он тихо.

— Понимаю, — спокойно ответила я. — Я не прошу документов. Только ответьте: кто координирует выход инвесторов?

Он долго молчал.

Потом всё-таки назвал имя. И мне стало дурно.

Платонова.

Я медленно закрыла глаза.

— Конечно… — прошептала я. — Ну конечно.

Теперь всё встало на свои места.

Вера действовала не напрямую.

Она была слишком умна для дешёвых скандалов.

Она работала через фонды, инвесторов, чиновников, конкурентов.

Это была настоящая стратегия.

И тогда я увидела ещё одно имя.

Последнее.

Крупный девелопер — главный конкурент Андрея.

Тот самый, который проиграл тендер на участок. Он внезапно начал активно скупать доли инвесторов.

Через него шли все деньги.

Я откинулась на спинку стула. Теперь всё складывалось в одну картину.

Балка на стройке. Давление на подрядчиков. Статьи в прессе. Саботаж разрешений.

Это была не месть. Это была ликвидация.

Проект Андрея должен был умереть. И Вера координировала это изнутри.

Я закрыла ноутбук.

Во мне поднималось странное, холодное возбуждение. То самое чувство, когда ты понимаешь: теперь понимаешь правила игры.

Я тихо рассмеялась.

— Ну это гениально.

Я посмотрела в сторону спальни, где спал Андрей.

— Вы решили, что я — слабое место.

Я поднялась, подошла к окну и посмотрела на ночной город.

— Но это не так.

Теперь у меня было главное оружие.

Информация.

И самое главное — доказательство, которое может разрушить всё.

Если Андрей обнародует связи Веры с консорциумом и конкурентами, её семья окажется в центре скандала.

Фонды начнут проверку.

Инвесторы побегут.

А её репутация — главный капитал её мира — рассыплется за один день.

Один удар.

А значит…

Очень скоро мы сможем выдохнуть и расслабиться.