Кистью по сердцу. Мара Оль

Глава 57. Ответный удар

Ночь после спасения Анны оказалась странно тихой. Город за окнами офиса жил своей обычной жизнью: огни машин текли по улицам, где-то вдали звучали сирены, ветер шевелил ветви деревьев у стеклянного фасада здания. Но внутри кабинета Андрея воздух был напряжённым, словно перед грозой.

Анна сидела на диване, укрывшись пледом, и впервые за сутки позволила себе закрыть глаза. Она выглядела уставшей, но спокойной. В её взгляде больше не было той тревоги, которая появилась в тот момент, когда её посадили в чужую машину. Сейчас в ней снова горела та самая упрямая искра, которую Андрей любил и одновременно боялся.

Он стоял у стола, опираясь ладонями о холодную поверхность. Напротив него сидел Олег. На столе лежала толстая папка документов, несколько флешек и распечатки с фотографиями.

— Всё готово, — тихо сказал Олег.

Андрей поднял взгляд.

— Подробности.

Олег открыл папку и разложил перед ним документы. Бумаги ложились на стол аккуратными рядами — как фигуры на шахматной доске.

— Здесь всё, что нам удалось собрать за последние недели. Давление на инвесторов. Финансовые схемы консорциума. Подставные компании. И, — он слегка постучал пальцем по верхнему листу, — похищение.

Анна подняла голову.

— Похищение вы сможете доказать?

Олег кивнул.

— Камеры на перекрёстке. Номера машины. Маршрут. Плюс люди, которые тебя держали. Когда они проснутся, их уже будут ждать.

Андрей медленно провёл рукой по лицу.

— Следственный комитет?

— Материалы уже у них, — спокойно ответил Олег.

В комнате повисла короткая пауза.

Это был первый удар. Юридический.

Андрей посмотрел на следующую папку.

— А журналисты?

Олег усмехнулся.

— Они любят такие истории.

Он протянул планшет. На экране уже был открыт сайт крупного делового издания.

Черновик статьи. Заголовок занимал половину страницы.

«Империя Платоновых: как уничтожают конкурентов»

Анна тихо выдохнула. Олег пролистал экран.

— Здесь всё. Документы, схемы, записи разговоров. Давление на инвесторов. Манипуляции с разрешениями. Финансовые цепочки через фонды.

Он поднял глаза на Андрея.

— Через час это выйдет сразу на нескольких площадках.

Андрей кивнул.

Это был второй удар. Медийный.

Анна смотрела на экран, чувствуя, как внутри медленно растёт холодная решимость. Всё, что происходило последние недели — угрозы, давление, похищение — теперь превращалось в факты. В доказательства. В оружие. Андрей закрыл папку и откинулся в кресле.

— А инвесторы?

Олег усмехнулся.

— Они уже нервничают.

Он достал ещё один лист.

— Два фонда сегодня утром начинают вывод средств из проектов Платонова. Банки пересматривают кредитные линии. Когда выйдет расследование, начнётся паника.

Андрей тихо выдохнул.

Третий удар. Финансовый.

Анна смотрела на него внимательно. Она знала этот взгляд — холодный, сосредоточенный, почти без эмоций. Так Андрей выглядел в те моменты, когда принимал решения, от которых зависели судьбы компаний и людей.

— Ты долго это готовил, — тихо сказала она.

Он посмотрел на неё.

— Я надеялся, что не придётся.

Она встала и подошла к окну. Город сиял огнями, как огромная живая карта. Где-то в этом городе сейчас находился Виктор Платонов.

И он ещё не знал, что происходит.

Олег посмотрел на часы.

— Через пару часов всё начнётся.

Андрей кивнул.

И впервые позволил себе короткую улыбку.

Утро пришло быстро.

Первым взорвался интернет.

Статья появилась на одном деловом портале, затем на втором, потом её подхватили новостные каналы и социальные сети. Заголовки множились, цитаты расходились по лентам, аналитики спешили комментировать происходящее.

В материале были документы. Фотографии. Записи разговоров. Схемы давления на инвесторов.

Через час пришла первая новость.

Следственный комитет начал проверку деятельности консорциума Платоновых. Ещё через час один из крупных фондов объявил о выходе из проекта. Потом второй. Потом третий.

Финансовые рынки реагировали быстро.

Банки начали замораживать кредитные линии. Акции компаний, связанных с консорциумом, пошли вниз.

Анна стояла рядом и смотрела на поток новостей.

— Это... мощно, — тихо сказала она.