Кит в моей голове

Глава 21

Бабушка уже вовсю хлопотала на кухне, увидев меня, улыбнулась широко, по-праздничному. Как и в былые годы, она излучала неисчерпаемый запас энергии, но я знала, моя помощь не будет лишней, хоть она об этом никогда не попросит. Улыбнувшись в ответ, взяла нож и разделочную доску, встала напротив. Ей и не нужно меня просить, я любила готовить, готовила вкусно и делала это с охотой…

Какие же мы все-таки разные. В отличие от меня, Кит готовить совсем не умел, гордился этим и учиться не собирался, поэтому в то утро еду он просто заказал, воспользовавшись приложением, лениво объясняя при этом:

-Нет, мы не станем одной из тех сладких киношных парочек, которые полдня вместе готовят, чтобы под занавес измазаться едой, для этой роли я точно не гожусь. Ненавижу кухонную возню и все, что с ней связано, а значит, и ты не будешь тратить на это целое утро.

Он дал мне свежую футболку, чтобы я оделась.

-В доме полно хлама моей матери, но я не хочу… чтобы ты надевала ее вещи.

Разумеется, его футболка была мне великовата, но я не жаловалась, а когда натянула на себя, сразу почувствовала себя по-домашнему: тепло и уютно. Пожалуй, заберу ее себе. О своих вещах, что лежали в походной сумке, запертые в багажнике автомобиля, я даже не вспомнила.

Ожидая курьера из службы доставки, мы продолжали осторожно осваиваться: узнавать, ощупывать, приглядываться к чужим привычкам, делая очередные робкие шаги по неизвестной нехоженой тропе.

Быть наедине с ним было увлекательно и слегка волнительно, как на русских горках. Мило улыбаясь, Кит показывал мне дом. Делал он это обстоятельно, превратив наш путь в незабываемое приключение - экскурсию для меня одной. Я висела на нем крокодильчиком, и ему это нравилось так же, как и мне: мы все время искали повод, чтобы лишний раз прикоснуться друг к другу. И все время, везде мы его находили.

Заметив, что я мерзну, Кит ненадолго отлучился, чтобы сделать температурный режим в доме более комфортным для меня, но когда мы вновь встретились на кухне, где я распаковывала ароматные коробки с горячей пиццей и промасленные пакеты со сдобой, раскладывая вкусности по тарелкам, увидела, что он смотрит взволнованно, тревожно и молчит. Сердце сразу упало, а руки опустились. Неужели…

-Кит… что случилось? Это же не… это не… из больницы?

Он тряхнул головой, запуская пятерню в ближайший пакет.

-Нет, в больнице все пока без изменений, ухудшений тоже нет, я только что справлялся у Матвея. А вот здесь… курьер сказал… да я и сам сейчас просмотрел наружные камеры: у поворота дежурят журналисты, и техника с ними, что надо. Не волнуйся, сюда они не сунутся, дом и территория вокруг него наша частная собственность, а это несколько гектаров, но все же… лучше держись подальше от окон, хорошо? И за порог пока не выходи. Такая слава тебе точно не нужна.

-Хочешь сказать, мы на осадном положении? – я нервно хихикнула, а потом потянулась к телефону, - пожалуй, надо позвонить бабушке. Я объясню ей… но… как я уеду, Кит? Мне ведь придется сегодня уехать, иначе бабушка точно забьет тревогу.

-Подожди с этим. Подожди, не надо ее пугать. Есть и другое решение. Вечером приедет Степка, у него есть запасные ключи от машины, он пригонит "БМВ". С ним и уедешь отсюда на такси. А твоя машина пусть пока останется здесь. Я тебе ее попозже к подъезду доставлю, идет? Скорее всего, ближе к ночи. Может, тогда они расслабятся… или уберутся отсюда.

После недолгого разговора с бабушкой, во время которого она сообщила, что вернется в город не раньше ужина, наконец, состоялся наш первый совместный завтрак.

Мы сидели на кухне, друг против друга, как супруги со стажем, на высоких барных стульях, с комфортом расположившись за строгой прямоугольной стойкой, разделенные лишь широкой столешницей цвета глянцевого хрома. Кит насмешливо наблюдал, с какой непосредственностью я болтаю в воздухе ногами, но комментировать не спешил, и я чувствовала, ему по душе то, что он видит.

В зеленых глазах задорно плясали солнечные блики, отражаясь от висящей в ряд до блеска начищенной кухонной утвари. Смотреть на него было почти больно, я недовольно щурилась, но когда он предложил опустить рулонные шторы, отказалась наотрез. Залитая по-весеннему ярким утренним солнцем кухня и Кит в ней - это то, от чего я никогда не смогу отказаться.

-Ты сказал, я могу спросить, о чем захочу?

-Я так сказал? Когда?.. А ты точно ничего не путаешь?

-Зачем ты дразнишь меня? Не смейся.

Улыбка исчезла.

-Если я так сказал, Ксения, значит, так и есть. Ну, что там еще? Выкладывай свои козыри и давай уже поедим. Хотя… когда ты выставила меня из моей собственной комнаты, чтобы занять мою ванную, я понял, что больше ничему не удивлюсь.

-Ира… - он сразу нахмурился, - а она знает? Я хочу сказать, Ира видела твою спину?

Он помрачнел, и солнце за его плечом так некстати проглотила туча.

-Нет. Не видела.

-А как…

-По обоюдному согласию. Или тебе показать, как это делается? – он резко сдвинул в сторону тарелку, будто у него вдруг испортился аппетит, - я, кажется, уже говорил, что никому…

Я сразу пожалела, что спросила об этом, но отступать не хотелось, к тому же, он уже вовсю буравил меня острым пронзительным взглядом, подавшись вперед, сложив руки замком между столовыми приборами.