Кит в моей голове

Глава 23

Я вышла из кабинета, неуверенно прикрыв за собой тяжелые двери, поток воздуха ударил в спину и скользнул дальше, рассеялся без следа, а меня обступила возбужденная толпа однокурсников. Наперебой посыпались интересующие их вопросы, кажется, я машинально что-то отвечала, с трудом продвигаясь вперед, еще не до конца сознавая: с экзаменами, наконец, покончено, зачетная книжка, крепко зажатая в руке, совсем скоро возвратится в деканат.

Зимняя сессия далась мне на удивление просто, недаром весь семестр тянула за двоих: полученных знаний с лихвой хватило, чтобы в нужное время не ударить в грязь лицом. Но весь этаж, заполненный студентами, до сих пор продолжало активно, деятельно лихорадить.

Следующая пятерка еще судорожно повторяла билеты, в последний момент пытаясь восполнить все недостающие пробелы разом, и я просто отошла в сторонку, чтобы не мешаться, взобралась на подоконник, бережно перебирая заполненные разными почерками страницы, дожидаясь, когда выйдет Лиза.

Стас неожиданно подтолкнул меня под локоть. А я и не заметила, что он стоит рядом.

-Эй, Ксюха, ты о чем там размечталась? А ну, немедленно сотри с лица эту свою неземную улыбку и держи за меня пальцы крестиком. Кровь из носу, но этот экзамен я должен сдать, иначе домой мне сегодня лучше вообще не возвращаться.

Я сочувственно коснулась его плеча. Мне не было стыдно, что не разделяю его беспокойства, но… никогда и никому я не расскажу, о чем думала в тот момент…

Когда свет за окном потускнел, постепенно сползая в ранние бледные сумерки, как бывает в горах, Кит заказал новую доставку, на этот раз из местного ресторана.

И снова всего было слишком много: сочного мяса, свежайшего гарнира, богатой палитры ажурно нарезанных овощей. Определенно, я с легкостью могла бы привыкнуть к подобному образу жизни. Когда он откупорил бутылку марочного вина, я поняла, это здорово тянет на самый настоящий романтический ужин. Услышав это от меня, Кит смешно наморщил нос: он не любил навешивать ярлыки, и потому мы переместились на ковер перед камином, разложив тарелки на стеклянном журнальном столике и подогнув под себя ноги. Я была не против. Мое любимое место в доме. Кажется, теперь и его тоже.

А когда сумерки вокруг нас почти сгустились, мы снова сидели у камина. И снова той атмосферы, которая нас окружала, мне хватало сполна. Я пропиталась ею, щеки раскраснелись от жара и вина, что пришлось мне по вкусу, но я не шевелилась.

Смотреть на живой огонь. Без мыслей, не считая минуты, часы, ничего не ожидая, ни к чему не стремясь. Время, загустев, текло медленно, а когда, отложив кочергу, Кит снова оказался рядом, и я почувствовала его близость, оно и вовсе остановилось. Стрелки на часах застыли, опасаясь потревожить эту робкую безмятежность, склонились перед нами в услужливом реверансе.

Искрами вспыхивали поленья, шипели, разваливаясь на части. Была во всем этом какая-то особая романтика, магия… Счастье бывает разным. Наверное, мое – находиться здесь, рядом с этим человеком.

Я смотрела в огонь, а Кит смотрел на меня. Я не видела, но постоянно чувствовала его взгляд, как тогда, на парковке, стоя рядом с Костей, я также чувствовала его взгляд своей кожей, всем своим нутром. И вскоре языки пламени перестали меня занимать, перестали существовать для меня.

Стоило мне повернуться, его глаза сказали, что он меня ждет. Ждет только меня. И на этот требовательный зов я не могла не отозваться.

В глубоких малахитовых глазах больше не было обычной насмешки, не было ничего, что прежде удерживало меня, подтачивало, опустошало… и пусть там плавало лишь призрачное обещание, и будущее мерещилось в морочной дымке, кто-то уже кричал во мне, захлебываясь от восторга: иди к нему! И этого мне хватило…

Я больше не трусила, медленно подняла руки. Кит все понял сразу, внимательно и серьезно глядя мне прямо в глаза, стянул с меня свою футболку.

Некоторое время мы просто сидели, не двигаясь, словно боясь хоть на мгновение разорвать зрительный контакт. Посреди этого молчания было слышно, как в камине лениво потрескивают дрова, как сталкивается наше сбивчивое дыхание, как оглушительно стучат в моей голове вдруг пробудившиеся барабаны.

-Никого не ждал так долго… никого… как тебя. Но я могу еще подождать, Ксения. Я могу подождать, если нужно…

-Не нужно.

Он снова прожег меня раскаленным взглядом, уже обнимая, прикасаясь, прошептал:

-В тот вечер… я не должен был тебя отпускать. Я поступил, как болван, Ксения… прости… Но я все исправлю… а ты забудешь тот вечер, номер в отеле. Обещаю, ты больше никогда о нем не вспомнишь… Никогда. Я тебе обещаю. Сегодня все будет правильно… Я все сделаю правильно.

-Я знаю. Только… сначала сними футболку. Я тоже хочу тебя увидеть.

В бездонно-черных зрачках по-прежнему отражались отблески огня и желание, но теперь в них была еще и настоящая мука.

-Нет. Я никогда не… - начал он, но я вскинула руку, легко коснулась подушечками пальцев его губ, заставила замолчать. А когда он вновь решился на меня посмотреть, повторила:

-Сними футболку, Кит. Мне без тебя холодно, смотри… я начинаю замерзать. Давай мы замерзнем вместе?

И после этих слов, наконец, он мне беспрекословно подчинился, стягивая с себя через голову футболку.