Клариса. По ту сторону холста

Глава 8. «Афродита и Арес». Александр Шарль Гильмо

Арес, сверхмощный боец, колесниц тягота, златошлемный,
Смелый оплот городов, щитоносный, медянооружный,
Сильный рукой и копьем, неустанный, защита Олимпа.

Гомер (перевод В.В. Вересаева)

Он по-прежнему был невероятно красив. Да еще и этот его мундир с аксельбантами и магической звездой, не помню, какой степени. Высокий, он был не на много ниже великого князя, к которому подвел жену, и тот дружески хлопнул Рихарда по плечу. На меня он больше не смотрел, а я пожирала его глазами. Вот он узнаваемо наклонил голову, говоря что-то князю. Тот засмеялся. Вот слегка поклонился княгине, и та ему улыбнулась. Я смотрела и не могла отвести от него глаз.

– Он не должен быть здесь. Я не знал. Клянусь, Клариса, я не знал, что он будет на балу, – фон Мёнерих взял мою руку и поднес к губам, пытаясь привлечь мое внимание и вывести из оцепенения.

– Они дружат с Александром? – не отрывая глаз от Рихарда, спросила я.

– Да. И довольно давно. Все проекты Александра его светлость поддерживает. И великий князь отвечает ему тем же. Говорят, что когда эти двое вместе на Совете Двенадцати решают что-то продвинуть, то с ними лучше не спорить. Клариса, посмотрите на меня! Хватит уже прожигать в нем дыру! Хотите, мы уйдем? – зашипел фон Мёнерих.

– Нет. У нас есть дело, – я смогла оторваться от Рихарда, и меня вдруг разобрал смех.

Ну, вот и в самом же деле. Первый раз, когда я его увидела, была грязная и в тюрьме. Второй раз мы встретились, когда я была в поварском колпаке и вся пыльная от гобелена, в котором меня несли. И вот теперь встреча через два года, и к моему величайшему удивлению, я не грязная с головы до ног. А даже наоборот, в бальном платье и драгоценностях. Смешно же, нет? И я звонко расхохоталась, глядя на фон Мёнериха. Но ему весело не было. Он вдруг схватил меня за плечи и прошипел.

– Успокойтесь. Мы сейчас же уходим!

– Клари, – прозвучал рядом с нами голос Рихарда, и я перестала смеяться.

– Ваша светлость! Не ожидал вас здесь увидеть! Ходили слухи, что вы уехали и взяли отпуск на неопределенный срок, и принимать участие в заседании Магического Совета не будете, – фон Мёнерих отпустил меня и отвесил поклон Рихарду.

Тот в ответ слегка склонил голову, продолжая смотреть на меня. А вот я смотрела теперь куда угодно, но только не на него.

– Граф Дрез, а я слышал, что у вас новое дело, связанное с пропажей фамильных драгоценностей графини Канишем, – ответил ему Рихард.

– Это уже в прошлом. Драгоценности я нашел, преступника сдал в полицию. И я свободен от каких-либо обязательств, – мне показалось, или в голосе прозвучала гордость и довольство?

– Я рад за вас, граф. В таком случае, разрешите мне представить вас моему другу Александру? Вы ведь здесь именно за этим? – он развернулся и направился к князю и его жене, а фон Мёнерих потащил меня следом.

– Александр! Разреши представить тебе Артура фон Мёнериха, графа Дрез, и его спутницу эмакум Кларису Харлинсон. Это об этой паре я тебе говорил, – голос Рихарда прозвучал спокойно и уверенно.

– Граф Дрез, рад знакомству! Я проинформирован о некоторых ваших расследованиях, и признаюсь, весьма впечатлен их результативностью, – голос Александра был низкий и приятный.

– Это большая честь. Признаюсь, не ожидал, что мои успехи на детективном поприще вам знакомы, – а вот фон Мёнерих заметно нервничал.

– Граф Дрез, расскажите Александру о вашем последнем деле с фамильными драгоценностями. Уверен, его это заинтересует. А я пока развлеку вашу спутницу. Клари, разреши пригласить тебя на танец, – и вот это не было вопросом. Совсем.

Он взял мою руку и уверенно повел в сторону от гомонящей толпы, в центр залы, к танцующим.

Рихард обнял меня и закружил по зале. Я не сказала ему еще ни одного слова, и он молчал, уверенно ведя меня в танце. Я наслаждалась его объятьями, его запахом, его сильными руками, и думала, что хотела бы, чтобы этот танец не заканчивался. Потом меня охватило странное оцепенение, и я услышала шепот Рихарда:

– Это сейчас пройдет, Клари. Нам нужно поговорить, а я боюсь, что ты не согласишься. Так что прости за это.

Во время танца мы переместились в противоположную часть залы. И вот теперь Рихард, обняв меня за талию, уверенно вел сквозь толпу в сторону выхода. Мы вышли из залы и буквально тут же из общего коридора Рихард открыл другую дверь, сделав жест рукой.

Дверь за нами захлопнулась, я оказалась прижата к стене, а Рихард покрывал мое лицо поцелуями. Потом его губы нашли мои, и безумие окончательно поглотило меня. Я ответила на поцелуй и услышала свой собственный стон. А потом руки Рихарда, казалось, были повсюду. Я уже плавилась и не могла понять, где я. Главное – эти губы и эти руки.

Отрезвление пришло так же внезапно, как и нахлынуло это безумие чувств. Я резко оттолкнула его и мне это даже почти удалось. Рихард слегка отстранился и прошептал.

– Знал, что это не продлится долго. Но не смог удержаться. Прости.

– Отпусти меня. Немедленно!

– Нет. Не могу. Дай мне еще немного времени, – и он впечатал меня в стену своим телом.

Он запустил руки в мои волосы, полностью удаляя всю магию, которую навертел там парикмахер. Мои волосы рассыпались по плечам, он зарылся в них руками и лицом, продолжая шептать: