Клаус и Кэролайн. Хэппи Энд (дневники вампира)

Глава 19

Она сделала именно то, чего он ожидал: зарычав в негодовании, схватила со столика пустой бокал и запустила ему в голову. Он поймал его без труда и аккуратно поставил на место. Несколько секунд вампиры пикировали друг другу взглядами, и Кэролайн все же первой взяла себя в руки.

- Послушай, я не ругаться сюда приехала. Я помню, - ее интонации изменились, стали мягкими и сострадательными, - как ты пытался стать для Хоуп хорошим отцом. У тебя не всегда это получалось, но ты старался. Ты совершал ошибки - как и мы все. Обстоятельства вынуждали тебя надолго оставлять ее, и я знаю, что в глубине души ты очень от этого страдал. Поэтому я здесь, - Кэролайн пыталась быть великодушной. - Я думаю, это чудо случилось не просто так: таким образом вселенная говорит тебе, что ты заслужил второй шанс. Ты можешь продолжать убегать, как делал это тысячу лет, прячась от Майкла, или…

- Не называй его имени! - от одного упоминания Никлаус мгновенно пришел в ярость, тем более что и так находился на грани.

- Прости… Или ты можешь пойти со мной, - предложила она. - И мы будем растить этого ребенка вместе. Кстати, ультразвук показал, что это мальчик.

Кэролайн успела заметить, как глаза первородного вампира на мгновение вспыхнули, а затем погасли. Она терпеливо ждала, наблюдая за внутренними терзаниями Клауса, только прикидывающегося равнодушным циником, но в глубине души - она видела это не раз - он был ранимым и отзывчивым, а еще нуждался в том, чтобы его любили. Одиночество было его извечным спутником и он ненавидел его сильнее чего бы то ни было, именно потому он смог ради Хоуп - ради создания новой семьи - измениться к лучшему.

- Кэролайн, - Никлаус с усилием потёр переносицу, чтобы избавиться от тяжелых мыслей, - из меня сейчас никудышный отец. - Он поднял руку, прося ее дослушать. - Знаю, я и прежде не показывал себя образцовым родителем, но теперь все стало гораздо хуже. Вам обоим будет лучше без меня. Уж поверь.

- Хоуп выросла чудесной девочкой, - рискнула поспорить Кэролайн.

- Может, потому такой и выросла, что я почти не принимал участия в ее воспитании. - Он поднял скептический взгляд. - Будь разумной: в качестве кого, по-твоему, я смог бы появиться в твоей жизни?

- Скрывающее заклинание сделает тебя кем угодно!

- Я совсем не это имею в виду, - раздраженно возразил гибрид. - Сменить лицо - не значит сменить сущность, дорогуша. Все эти милые детишки и пакеты с кровью… такая жизнь не для меня. Ты же не думаешь, что я подойду на роль какого-нибудь учителя в твоей школе?

- Почему же нет, - пожала плечами блондинка, а когда Никлаус взглянул на нее с неприкрытым скепсисом, закатила глаза. - Ты прав: я не представляю, чтобы ты вписался, но… главное, я попыталась, - развела она руками, и на ее миловидном лице отразилось глубокое разочарование. Никлаус тяжело выпустил воздух сквозь сжатые зубы, чувствуя себя паршиво, как никогда.

- К тому же, эти мои приступы безумия… - его голос зазвучал без издевки, практически виновато.

Он и чувствовал себя виноватым. Нет, он был последним дерьмом, оттого что на самом деле хотел совсем иного, нежели приходилось делать и говорить. Одна его часть, глубоко скрытая под циничной поверхностью, ликовала от осознания, что Кэролайн беременна его ребенком. В других обстоятельствах он бы даже думать не стал, бросился в омут с головой, - и, конечно, огреб потом по полной, но это бы того стоило.

Однако сейчас он обязан был волноваться не о себе, а о том, что его демоны сделают с Кэролайн и крохой, когда в следующий раз вырвутся на волю. Случиться это могло в любое мгновение: каждую минуту, находясь рядом с ним, Кэролайн рисковала.

- Тебя все еще преследуют галлюцинации? - посочувствовала Кэр. Она поднялась, оправила юбку и развернулась к двери, и Никлаус не мог не заметить в ее лице нечто подобное смирению. Все потому, что, придя сюда, она другой реакции от него и не ждала? Она знала, что он примет именно такое решение, просто заглянула убедиться, что не ошиблась. Что он тот самый злодей, каким она всегда его считала, не стоящий ее любви и доверия.

Никлаус привык разочаровывать ее. Но сейчас ему было особенно больно.

- Удачи тебе, дорогуша, - с улыбкой бросил он вслед. - Ты будешь чудесной мамой. Снова. Смею предположить: мой мальчик достаточно сильный, чтобы выжить, так что выкидыш на этот раз тебе не грозит.

Она уже держалась за ручку, но замерла и посмотрела на него с обидой.

- Я чувствую себя замечательно, так что будь уверен - этот ребенок родится.

Никлаус улыбнулся шире, открыто и искренне.

- Только не называй его Майклом, - серьезно пошутил он.

Лицо Кэролайн стало злым.

- Если хочешь участвовать в этом - приди и назови его сам! - прошипела она и ушла, хлопнув дверью и громко цокая каблуками.

Улыбка тотчас исчезла с лица первородного. Он медленно опустился обратно на диванчик и зажмурился что есть силы. Он еле мог дышать, а из уголков глаз вырвалась и потекла соленая влага. Он так сидел в течение двадцати минут, не шевелясь, лишь иногда содрогаясь от неразрешимого внутреннего конфликта. Пока в его лофте не заработала рация - средство связи с охранниками из выставочной галереи.

- Что, Трейси?! - взбешенно рявкнул он.

- Тут одна дама хочет купить… свой портрет. Я сказал ей, что он не продается, но сэр, она настаивает…

- Пусть забирает бесплатно, - устало согласился Никлаус, чувствуя себя безгранично опустошенным. - Отдайте ей все, что она попросит.