Клаус и Кэролайн. Хэппи Энд (дневники вампира)

Глава 20

Эти людишки всегда были омерзительными созданиями, алчными и тупыми, считая себя при этом вершиной пищевой пирамиды.

Развалившись в кожаном кресле, Никлаус с нахальной улыбкой слушал хитроумные излияния арт-агента, такого самоуверенного, что запросто надует художника-новичка, подложив ему недобросовестный контракт.

Гибрид наслаждался игрой в кошки-мышки, ожидая, пока прилизанный толстосум в дорогом костюме полностью выскажется, брызгая слюной в предвкушении легкой наживы.

- Мы можем выставить вашу эскпозицию в Тампе, Джексонвилле и Новом Орлеане. Учитывая расходы на перевозку и наём служащих, а также на аренду выставочных залов, думаю, ваша прибыль составит около… трех процентов. И то, если ваши картины будут так же популярны, как здесь. Но вы же понимаете, что вы пока никто в этой среде?..

Никлаус достаточно наслушался.

Неожиданный успех его творческого самовыражения приятно кружил голову, и он не собирался терпеть неуважение какого-то сноба с толстым кошельком и связями, тем более если мог без проблем получить абсолютно все, что хотел.

Наклонившись над низким стеклянным столиком, гибрид схватил арт-агента за шелковый галстук и притянул к себе.

- Ты видишь потенциал, который раньше тебе не встречался, - голос первородного убийцы завибрировал призывом к повиновению. - Ты лично займешься организацией выставок и сделаешь все по высшему разряду. Всю прибыль получу я, издержки ты берешь на себя, просто потому что у тебя внезапная потребность в благотворительности. Ах, еще потому, что ты меня обожаешь.

Никлаус самодовольно ухмыльнулся в ответ на застывшую и пыхтящую от шока физиономию зачарованного агента.

- В Новом Орлеане ты арендуешь для меня дом, когда-то принадлежавший Майклсонам. Если ты найдешь там старинные картины, то отнесешь их в подвал и забудешь об их существовании. А потом ты устроишь для меня вечеринку в самом дорогом ресторане города - на которую я не явлюсь, - добавил гибрид с чувством глубокого удовлетворения, за которым крылась досада. - Ах, и еще - ты не запомнишь моего лица. А теперь иди, - похлопал он агента по щеке, как паршивую куклу, - и принеси мне в следующий раз лучшего виски, потому что мои запасы заканчиваются. За ним и обсудим детали… Что еще?! - рявкнул он переминающемуся с ноги на ноги парнишке, внезапно появившемуся в дверях.

Рассеянно покачиваясь, ошеломленный арт-агент прошел мимо него и, как зомби, направился к лифту.

- Вы просили доставлять вам всю местную прессу из Мистик Фоллс, особенно если в ней есть упоминания о Кэролайн Форбс…

- Давай сюда! - Никлаус нетерпеливо протянул руку, вспомнив посыльного.

Тот подал стопку газет, испуганно соблюдая дистанцию.

- Мне очень жаль, - тихо сказал он, тут же вернувшись ко входу, словно знал, что придется бежать.

Довольная улыбка с лица первородного вмиг испарилась, когда он увидел заголовок на главной странице «Мистик Таймс».

«Город скорбит. На восемьдесят девятом году жизни скончалась известная жительница Мистик Фоллс, основательница и директор Школы для одаренных детей, Кэролайн Форбс. Похороны состоятся в…»

- Убирайся! - рявкнул Никлаус мальчишке, и тот мгновенно ретировался.

Клаус не мог дышать. В буквальном смысле.

В его легкие и горло будто набилась стеклянная вата.

Пальцы смяли газету в дрожащий кулак.

Какого дьявола?! Кэролайн должна была стать счастливой мамой, а не покоиться в гробу - не для того он оставил ее, чтобы она погибла спустя всего-то четыре месяца!

Что, черт возьми, творится с этим неправильным миром, почему, даже когда он пытается поступать благородно, все идет наперекосяк?!