Клавесины Тарлиса

22. Эпилог

Итирсис, столица Ладии, год спустя

Зала столичного особняка Дюранов бессовестно сияла сотнями чарованных огней — потомственные маги могли себе это позволить. Гирлянды цветов занавешивали непомерно высокие окна, паркет блестел как озеро в горах, с потолка взирали полунагие голубоглазые музы. Пахло духами, деньгами и сахаром.

Габриэль отыскал Киприана у самого входа.

— Так и знал, что ты мнешься здесь! Разве тебе не хочется лукума? — махнул хозяин рукой на столы вдоль оконных проемов.

— Я с прошлого раза только зубы разлепил, — ответил студент в своей обычной пасмурной манере. — Давай как обычно? Обещаю, я всех обойду, а потом незаметно исчезну.

Практику эту он освоил хорошо, потому что никак иначе не сохранил бы разум в столичном высшем свете. Вместе с правами вдруг явились и обязанности, ибо фамилия его теперь была Фьери. Историю его семьи раскопали не вдруг, но в апреле рассказ Августы Генриховны был дополнен сведениями от Приказных, и ткань его жизни сложилась.

Матушка, леди Ванесса, тридцать лет назад вышла за отца против родительской воли. Марк Фьери был небогат и малознатен, как и сама невеста, так что их союз не приняла ни одна из семей, уповавших на большее. Оттого молодые Фьери жили несколько уединенно на восточном краю империи. Августа долго служила у них экономкой и в самом деле приняла на руки их позднего первенца. Других детей Фьери не обрели, а через два года в их доме случился пожар. Ночь даже магов застала врасплох — господин Марк задохнулся в своей спальне первым. Леди Ванесса осталась на пепелище с сыном и без средств. Помощи от местных обществ было мало, письма родным не обрели ответа, так что она решилась выбраться в Тарлис к верной Августе. По-видимому, по пути их настигла разбойничья шайка — наемный экипаж и тело леди Ванессы приказные тогда нашли в лесу, но двухлетний Киприан ускользнул и убрел далеко. Чудом его не тронуло даже зверье, однако люди встретились лишь через несколько дней в ельнике на территории соседнего уезда. Об ограблении кареты там не слышали и мальчика с ней не связали. Брошь-бронзовка была приколота к его воротничку, а письмо нашлось за пазухой с полустертым угольным солнышком на обратной стороне — леди Ванесса, по-видимому, выдавала его сыну для рисования в долгом пути. Путь этот она не завершила…

Обретя имя и сословие, Киприан несколько посомневался, но все-таки составил наудачу два письма — родным по отцу и по матери. Первые ответили вежливо — двоюродный брат обещал скоро прибыть в Итирсис по делам и найти время для знакомства. Вторых письмо не нашло — семью Ванессы давно забрала эпидемия.

Экзамен в Ладийский университет Киприан выдержал и совмещал теперь учебу с мелкой службой. Габриэль, еще уезжая верхом из Тарлиса, вернул брошь и камзол, но обещал студенту отыскать его в столице. Угрозу он сдержал и взялся за приятеля всерьез — долбил с ним этикет, вытаскивал в салоны и беспрестанно сводил с «нужными людьми». Киприан-Бертран терпел и обреченно осваивал танцы. Имя он так и оставил двойным.

— Отпусти меня в синее море, — взмолился он Габриэлю. — Мне еще до утра переводить валицианское право.

— Э, нет, не сегодня! — тот категорично подхватил его под локоть. — Я тебя нарочно позвал, дорогой студиозус, ради сюрприза.

— Сюрприза! Их я ненавижу почти так же, как медленный вальс.

— И напрасно! — хозяин вечера слегка склонился к его уху. — Наш старый друг Бриль возвратился в столицу! Знал бы ты, чего мне стоило заполучить его на этот вечер, да еще так, чтобы их семейство больше нигде не успело себя проявить!

«Бриль! — Киприан обмер. — И с Брилем — она?..»

Год от последней встречи с Агатой прошел как странный сон — да и сама встреча, те несколько дней в одном доме, казались теперь нереальны. Он только начал приходить в себя — и вот восторженный приятель нашел способ вновь разбередить смирившуюся душу.

— Зачем? — еще мрачнее спросил вслух. — Мне в том какая радость?

Габриэль закатил глаза.

— Как же ты не поймешь? Если первым не объявишься Агате на глаза — потом тебя ее поклонники не пустят! Она теперь из-за границы, при деньгах. Добейся первого танца, уж с полонезом ты справишься. Если она отдаст его тебе — считай, все слажено.

Киприану сделалось противно: слажено? С замужней леди Бриль?

— Пускай с ней танцует ее достойнейший избранник.

— Я об этом тебе и твержу! — подмигнул Габриэль.

Новость, выявленная вчера, жгла ему язык, и он едва держался.

Габриэль оглянулся на Кармину в глубине зала у инструмента, но отпускать Киприана пока не рискнул. Вечер наполнялся, гости раскланивались, угощались и острили кто во что горазд. Подходили к хозяину, скользили взглядами по его протеже, но оставляли скромного студента без сарказма — привыкали, что Дюран его опекает, и будет дальновиднее смолчать. Киприан все равно их мало слышал — разум затмило предвкушение тяжелой и желанной встречи. Волнение душило так, что он готов был совершить побег, но Габриэль бдительно следил за его взглядом. Хозяин и сам радостно вдохнул, когда глашатай объявил долгожданное имя.

— Господин Пьер Бриль и леди Анастасия Бриль! — прозвенело от широких дверей. — Леди Агата Мола!

Киприан позабыл, где он есть. Девичья фамилия у той, кого он полагал женой Бриля! Значит, ее не отдали ни сановнику, ни кому иному?..

Агата входила в залу Дюранов, верная себе — живо, любопытно и что-то без умолку твердя Анастасии Карловне, чинно плывущей под руку с Брилем. Как барышне к лицу голубой атлас заграничного платья! Как радостно смотрит она, не вынужденная изо всех сил нравиться и искать партию в каждом приличном кавалере!

Впрочем, те сами сбились тотчас же вокруг нее — кто не оценил ее румянец, те оценили блики диадемы в волосах. Воспитанница господина Бриля — статус видный, кроме того, невесть откуда прошел уже слух и о приданом от бабки. В атаку устремилась половина молодых господ в душистых манерах и шейных платках. Киприан попытался остаться столбом позади всех, но Габриэль сжал его локоть крепче и потащил с собой приветствовать гостей.