Клеймённая. Симфония Дьявола

Глава 20

Взяв Клеймор, проводив Франциско взволнованным взглядом, старик едва ли не сполз по стене. Только сейчас понимая, как бешено всё это время клокотало его сердце.

Выпустив из рук увесистый меч, Хавьеру пришлось потратить несколько минут на то, что бы успокоиться. Наконец-то найдя в себе силы подняться, он поспешно направился в комнату Авроры.

Нужно было успеть поговорить с Марией до того, как в поместье вернётся Михаэль.

Закрыв за собой дверь спальни, Хавьер застал Марию сидящей на кровати. Не обращая на него внимания, она практически выламывала сустав, истерично стягивая с окровавленного пальца церковный перстень.

Раскрасневшаяся, испуганная, заплаканная, с прилипшими к щекам волосами, Мария выглядела словно беспомощная, маленькая девочка. Как никогда нуждающаяся в помощи.

- Хватит, - опустился перед ней на колени, перехватив дрожащие руки. - Перестань. Сейчас ты его не снимешь. А только сделаешь себе хуже, - осторожно погладил, заглядывая в её покрасневшие, наполненные слезами глаза. - Лучше расскажи, как всё было. Хорошо?

- Я не думала... – задрожали опухшие губы. – Когда я ехала к нему, даже представить себе не могла что он захочет от меня чего-то подобного...

- Знаю. И ты совершенно не виновата в том, что произошло.

- Нет... Виновата... Нужно было послушать вас... А я...

- А ты думала, что он остался прежним. Скромным кюре, который был рядом когда, ты больше всего нуждалась в поддержке и помощи.

Закрыв глаза, пряча лицо в окровавленных ладонях, Мария несколько секунд не могла унять тяжелые всхлипывания, отказываясь оправдать свою глупость.

- Я не хочу быть его наперсницей, Хавьер... Но если я откажусь, он навредит вам...

- Всё куда сложней, девочка... – шумно вздохнул Хавьер. – Франциско собирался сделать тебе предложение, и я очень боюсь, что он натворит много глупостей, если ты станешь женщиной Филиппа. Поэтому если ты больше ничего к нему не испытываешь, скажи прямо. Уж лучше ты разобьёшь ему сердце, чем Филипп лишит жизни.

«Предложение? От Франциско? А как же Михаэль? Как же Аврора?» - хороводом пронеслись в голове мысли, доводя её до исступления.

- Но... Я не понимаю... Это же не возможно? Михаэль же...?

- Он знает, - спокойно проговорил Хавьер, смотря на неё. - И сказал, что разорвёт ваш договор, если ты тоже этого захочешь.

Подобное откровение ошарашило Марию, окончательно выбивв из лёгких весь кислород.

Михаэль хочет, что бы она вышла за Франциско? Для этого они сюда прибыли? Что бы он мог забрать Аврору и передать её Франциско?

Она через столько всего ради него прошла, а он... Отказался от неё, словно от стоптанных башмаков...

Растерянно смотря на Хавьера, Мария совершенно не понимала, как именно должна поступить и что ответить.

Как будет лучше?

Как будет правильно?

Чего она хочет?

На что вообще теперь способна?

В голове была настоящая каша!

- Что бы я не испытывала к Франциско, не думаю, Филипп продолжит угрожать его жизни, что бы держать меня в узде, – бесчувственно проговорила Мария смотря на стоящего на коленях старика. Говорить ему о возможности ради их с Франциско спасения вырезать с дюжину церковников, Мария не собиралась. Каким бы лояльным ни был к ней Хавьер, ни за что на свете не позволил и, уж тем более, не простил ей подобное нечеловеческое зверство. – Если вы можете, то должны заставить Франциско как можно скорей покинуть Францию. Если к поместью всё ещё приставлен сибр, я найду и убью его, а вы пока купите самую лучшую лошадь и пусть Франциско гонит что есть мочи. Не думаю, что для такого натренированного воина как он, будет проблемой скрываться от людей Филиппа.

Стоило ей замолчать, как в спальне повисла напряженная тишина. Непонятно почему, но побег Франциско вызвал у Хавьера панику.

- Я не должен был тебе это говорить, он всё не так просто… - не зная, как будет правильней об этом рассказать, он неспешно поднялся с колен, нервно выламывая пальцы. – За то время что вы не виделись, с ним кое-что случилось... - неуверенно растягивал каждое слово, чувствуя её безумно тяжелый взгляд. – Дело в том, что у него началась гангрена. И если мы не отнимем ему ногу в ближайшие несколько дней, он точно не выживет. А если отнимем, то ты сама понимаешь, в каком он будет после этого состоянии.

- Гангрена?... – простонала Мария, чувствуя как с каждым сказанным словом мир всё больше и больше напоминает тёмную, сырую пыточную. - Почему вы сразу мне об этом не сказали? Хотя не нужно отвечать, я и так всё прекрасно понимаю, - нервно усмехнулась, совершенно не справляясь с нахлынувшими на неё эмоциями. Всего одну секунду назад она стонала от бессилия, в то время как сейчас, была готова хохотать от радости. – Что ж... Хорошо, что у вас куда больше мозгов, чем у него, – поднялась с места, пошагав к двери. – Я должна это видеть.

Не дожидаясь монаха, Мария поспешила найти Франциско.

Слава Богу, они не успели отсечь её! Слава Богу, рассказали обо всем, пока всё ещё можно было исправить!

* * *

Окунув голову в бочку с водой, во всех деталях представляя, как он размозжит череп Филиппу, Франциско до последнего держался за деревянные края, не позволяя себе вынырнуть.

Снова и снов окунаясь в неё едва ли не до потери сознания, он наконец-то обессилено рухнул на землю, больше не находя в себе сил на негодования и ненависть.

И кого он только обманывает? В своём состоянии он едва ли может выдержать тренировку на мечах, не то, что бы дать отпор паре охраняющих Филиппа солдат.

Там, в своей пыточной, Гренуй Фируа лишил его не только ноги. В тот день он забрал у него все, что только мог: честь, достоинство, силу. Раз и навсегда, превратив в ничтожество, совершенно неспособное защитить любимую женщину!

- Показывай, – подошла к нему Мария, заставляя открыть глаза. – Или ты забыл, что шрамы украшают мужчину?

- О чём это ты? – устало свёл брови, не видя причин для улыбки.