Клеймённая. Симфония Дьявола

Глава 38

Расплавленная плоть...

Обугленные кости...

Всё было именно таким, как она себе это и представляла.

Вот только боли не было.

Не было совершенно ничего...

Она ничего не чувствовала.

Не видела и не слышала...

Снова и снова... Лава пожирала её тело до того, как она бы смогла хоть что-то ощутить или почувствовать.

Казалось, её сознание оказалось заперто в пустоте между жизнью и смертью. В том самом небытие, о котором когда-то рассказывал её Михаэль...

Казалось, она провела в нём вечность. А может всего один миг?

- Хм... - раздался чей то тяжелый вздох, вырывая Марию из пустоты.

Не понимая, что происходит, она вяло открыла глаза.

После небытия все её чувства превратились в оголенные нервы. Сумрак ослеплял. Звуки били по вискам. Запахи саднили горло.

Голова едва соображала. Мысли путались. А телом так и вовсе совершенно не получалось управлять.

Приятный аромат жасмина и совершенно незнакомая ей спальня.

Водя ослепшим взглядом по комнате, Мария нехотя встретилась взглядом с сидящим около неё мужчиной. Было сложно понять, что именно за эмоции играют не его безумно красивом лице: раздражение? Гордость? Радость? Недовольство?

- Какая же ты всё-таки у меня отчаянная девочка, - прошептал Люцифер, осторожно опуская голову ей на грудь. - Знаешь, когда в следующий раз захочешь со мной увидеться, просто позови. Не стоит снова нырять в лаву. Не заставляй меня больше тебя спасать Мария. Пожалуйста... - прозвучало, будто стон отчаяния, вызывая у неё в теле влажную дрожь. - Жду не дождусь, когда ты родишь мне ребёнка. Уверен он будет таким же отчаянным и сильным как ты.

Его голос обволакивал будто ветер. Просачивался под кожу... Разгоняя холодную кровь.

- ... - с трудом распахнула Мария губы, пытаясь ответить.

- Чь... - приподнялся на предплечьях, склоняя над её лицом. - Не утруждайся. После случившегося тебе понадобится время, прежде чем ты вспомнишь, как правильно пользоваться языком и губами, что бы снова заговорить. А пока позволь я тебе немного помогу, - ухмыльнулся, накрывая их поцелуем. Сминая. Пробуя на вкус. Очерчивая кончиком языка дрожащие контуры.

Сама не понимая собственных чувств, вместе с бушующим в теле возбуждением, Мария пошутила, как из её широко раскрытых глаз брызнули слёзы, стекая по щекам горячими струйками.

Это было совершенно несвойственное ей чувство вожделеющего отчаяния. Настолько глубокого и неотвратимого, что враз перехватило дыхание.

Издав тяжелое, несдержанное рычание, углубляя свой поцелуй, Люцифер скользнул рукой по её обнаженной коже, жадно сминая обнажённую грудь.

Потупив ничего невидящий взгляд на чёрном балдахине, сквозь туманную пелену слёз и горячую волну желания Мария видела перед собой Михаэля.

Тонула в его глубоком, тёплом взгляде в поиске всего единственного спасения.

Если бы она только могла! Хотя бы на секунду. Всего лишь на одну единственную секунду прикоснуться к нему! Ощутить его вкус... Тепло... Запах!

Ощутить боль, от того, что больше они ни вместе! Ни рядом!

Хоть что-нибудь, давшее ей силы сопротивляться! Бороться! Найти выход из случившегося!

Но его не было...

Обессилено простонав, даже не пытаясь ни сдерживать, ни скрывать тот неописуемый ворох обрушившихся на неё желаний, Мария податливо выгнула спину, моля Люцифера, что бы он не останавливался...

Словно точно зная, что именно Мария испытывает в этот момент, он окончательно потерял голову. Поцелуи превратились в укусы. Прикосновения в окровавленные царапины, а протяжные стоны в утробное звериное рычание.

Он сильно всего этого хотел! Так жадно этого ждал, что ипостась демона необратимо начала брать над ним верх, лишая тело привычных очертаний.

Оторвавшись от Марии, шипя словно змея, Люцифер нехотя выпустил раздвоённый язык, с трудом сдерживая своё обращение.

Контроль.

Сейчас ему как никогда сильно нужно было собраться с силами, чтобы не позволить проклятью вернуться. Не позволить обернуть своё тело в уродливое подобие змея, в которое его обратил Отец.

Отпрянув от Марии, обжигаясь её телом, будто распятием, он сделал несколько размашистых шагов, покрытыми чешуей ногами, стараясь привести себя в чувства.

Почему Михаэль мог касаться её даже, находясь в своём истинном облике? Почему мог заниматься любовью? Неужели только лишь из-за того, что его проклятье не позволяло им с Марией зачать ребёнка?

В голове против воли зазвучал хор голосов, снова и снова повторяя одно и то же: «И низвержен был великий дракон, древний змий, называемый Диаволом и Сатаною, обольщающий всю Вселенную, низвержен на землю, и ангелы его низвержены с ним...»

- Зат-кни-сь... - зло прошипел Люцифер, зажимая уши. - Теперь она моя, Отец... - едва не свёз Люцифер когтями лицо, выплёвывая каждое слово. - Моя...

«Нет, Люцифер, - холодно и жестко прогремел у него в голове голос Михаэля. - Мария кровь от крови моей. Плоть от плоти моей. И никогда не станет твоей, - бескомпромиссно отчеканил, заставляя его скрежетать змеиными зубами. - Ни-ког-да!»

Шумно втягивая тяжелый воздух, пытаясь заглушить отголоски чужих голосов, Люцифер наконец-то возобладал над второй ипостасью, неспешно поворачиваясь к лежащей в постели Марии.

Беспомощная... Разгорячённая... Обнажённая...

Жаждущая его рук...

Стонущая от поцелуев.

Как же хотелось дать волю желаниям и раз и навсегда прекратить пытку. Которой он ещё совсем недавно наслаждался, оттягивая их близость едва ли не с фанатичным вожделением и болью.

Недовольно поморщившись, игнорируя всплывающие в памяти воспоминания, Люцифер отвернулся от Марии, отдавая Лилит безмолвный приказ.

Теперь, когда лава выжгла с её тела его сигму, Лилит могла наложить на него куда более изощренное заклятие. То самое, благодаря которому, Михаэль уже ни за что на свете не сможет ничего изменить.

* * *