Клеймо Нуля (том 1)

Глава 6. Линия доверия

Захар не спал всю ночь. Каждый скрип половиц за стеной, каждый шорох за окном заставлял его вздрагивать и хвататься за заточку, сделанную из сломанного ножа. Он ждал, что вот-вот в дверь вломится патруль гильдии «Амур» или что из теней в углу материализуется тот самый холодный наблюдатель.

Но никто не пришёл.

Утром, с трясущимися руками и песком под веками, он всё же пошёл на работу. Быть может, самое подозрительное — это резко исчезнуть. На складе царило привычное настроение мрачного безразличия. Никто не смотрел на него как на героя или предателя. Новость о том, что какой-то временщик прикончил Теневого клыка, уже успела обрасти нелепыми подробностями и потеряла актуальность на фоне главного — победы над Крондом.

Его [Эмпатия Lv.2], прокачавшаяся за ночь от постоянного стресса, улавливала лишь усталость и раздражение окружающих. Никакого скрытого интереса. Капитан «Амура» явно не стал делиться своими подозрениями с мусорщиками.

Но было одно исключение.

Он чувствовал её приближение ещё до того, как увидел. Тёплое, чистое свечение её маны, теперь знакомое его обострившемуся [Паучьему чутью Lv.4], выделялось на фоне грязного манового фона склада, как маяк.

Света шла через двор, целенаправленно направляясь к нему. На ней была обычная одежда, а не униформа гильдии, но она шла с прямой спиной и решительным взглядом. Захар замер, сжимая ручки тачки с потрохами монстров.

— Захар? — её голос прозвучал тихо, но чётко. Рядом грузчики перестали перебрасываться ругательствами и с любопытством уставились на них. Визит девушки-хилера, да еще и из «Амура», в их унылое царство был событием из ряда вон выходящим.

Он молча кивнул, не в силах вымолвить ни слова.

— Можем поговорить? Наедине. — Она не улыбалась. Её взгляд был серьёзным.

Он кивнул снова и, бросив тачку, повёл её за угол ближайшего контейнера, подальше от любопытных глаз. Его [Скрытность Lv.4] автоматически окутала их лёгкой дымкой безразличия, делая их разговор менее заметным.

Они стояли друг напротив друга. Он в грязном фартуке, пахнущий смертью и тоской. Она — чистая, пахнущая антисептиком и чем-то цветочным.

— Я ничего не сказала капитану, — начала она без предисловий. — Он бы не поверил. Спишет на шок. Но я видела. Я видела, как ты двигался. Так не двигаются... — она запнулась, подбирая слова, — так не двигаются люди с рангом F-.

Захар потупил взгляд. Его сердце колотилось где-то в горле.

— Я... мне повезло, — пробормотал он.

— Нет, — её голос стал твёрже. — Это не везение. Тот удар... он был точен. Смертельно точен. Ты знал, куда бить. И после... после у тебя было такое лицо... — она слегка поморщилась, и Захар поймал легкую волну страха и брезгливости от неё. Его [Эмпатия] работала против него.

— Какое? — выдавил он, уже ненавидя себя за этот вопрос.

— Как будто ты не просто убил. Как будто... ты что-то получил от этого. — Она посмотрела на него прямо. — Кто ты такой, Захар? И что скрывает твоё клеймо?

Он закрыл глаза. Вариантов у него было немного. Солгать — и потерять её доверие навсегда, сделав потенциальным врагом. Или... сказать часть правды. Самую безопасную часть.

— Я не знаю, кто я, — тихо сказал он, и это была чистая правда. — Моя способность... она не такая, как у всех. Она не проявлялась годами. А теперь... теперь она просыпается. Но только в моменты опасности. Я не могу её контролировать. — Он посмотрел на неё, и в его взгляде была искренняя мольба, подкреплённая [Эмпатией], которая старалась проецировать его собственный страх и смятение. — Если гильдии узнают... они заберут меня. Будут изучать. Как подопытного крысу. Ты же понимаешь?

Его слова попали в цель. Он видел, как её взгляд смягчился. Идея о том, что гильдии могут использовать людей в своих целях, была не такой уж и надуманной.

— Что это за способность? — спросила она уже без прежней жёсткости.

— Я... я становлюсь сильнее. Ненадолго. Быстрее. — Он снова солгал, но лишь наполовину. — А потом снова опускаюсь на дно. Как после вчерашнего. — Он махнул рукой на себя, на свою грязную одежду. — Вот он я, настоящий.

Света молчала, изучая его. Его [Эмпатия] ловила борьбу внутри неё: профессиональный долг (сообщить о странном охотнике) против человеческого сострадания (защитить того, кого могут сломать).

— Вчера ты спас жизнь тому охотнику, — наконец сказала она. — И... косвенно, мне. Спасибо.

Он кивнул, не зная, что сказать.

— Я никому не скажу, — выдохнула она, приняв решение. — Но ты должен быть осторожен. Капитан всё же что-то заподозрил. Он велел мне сообщать о любых... аномалиях... среди низкоранговых. Если ты еще раз так себя проявишь...

— Я не буду, — поспешно пообещал Захар. — Я буду сидеть тихо.

Она посмотрела на него с легкой грустью, как будто не веря ему. — Смотри... Ты можешь... ты можешь приходить ко мне. В клинику. Если что. Если станет плохо после этих... всплесков. Я могу помочь. Как специалист.

Он понял, что это было не только предложение помощи. Это был тест. Возможность понаблюдать за ним поближе.

— Спасибо, — прошептал он. — Я... я подумаю.

Она кивнула и, бросив последний настороженный взгляд, развернулась и ушла.

Захар прислонился к холодному металлу контейнера, чувствуя, как подкашиваются ноги. Он прошёл этот раунд. Он приобрёл неожиданного союзника. Или наблюдателя. Сложно было сказать.

Вечером, вернувшись домой, он обнаружил на своем столе ещё один сверток. На этот раз большего размера. Его кровь застыла. Он жил на седьмом этаже. Дверь была заперта.

Он развернул свёрток дрожащими руками. Внутри лежала простая, но качественная тактическая аптечка, гораздо лучше той, что он видел у временщиков. И новая записка.

«Неплохо сыграно. Но враньё — это слабость. Сила — в правде, которую ты выбираешь. Ты идёшь по лезвию ножа. Гильдия «Амур» открыла дело по поиску «неизвестного аномального субъекта». Капитан Волков не из тех, кто отступает. Твоё укрытие рушится. Ищешь силу? Приходи. Улица Карла Маркса, 72, подвал. Сегодня. Полночь. Только ты. Скажи на входе: «Ищу знания о Тени».