Клеймо Нуля (том 1)

Глава 19. Испытание властью

Жизнь в «Улье» обрела ритм, суровый и спартанский, но полный странной надежды. Под руководством Петровича, знавшего толк в подземных работах, люди расчищали завалы, расширяя жизненное пространство. Света организовала лазарет и следила за здоровьем обитателей, а также за своими экспериментальными «грядками» светящихся грибов. Дети, брат и сестра Лена и Миша, оказались смышлёными разведчиками — их маленькие размеры и природная ловкость позволяли им пролезать в узкие щели, куда не могли взрослые.

Захар почти не участвовал в быту. Он был мозгом и сердцем «Улья». Он часами медитировал у ядра, углубляя связь с системой Стабилизатора. Он узнал, что может не только управлять рунами защиты, но и чувствовать через камень — его [Чувство территории] эволюционировало в [Всевидящее око Глубин Lv.1], позволяя ему в режиме реального времени отслеживать перемещения в радиусе нескольких сотен метров от пещеры.

Именно так он и обнаружил угрозу.

Не патруль «Химеры». Не монстра. Нечто более коварное.

Группу изгнанников. Шесть человек. Ранги от E до D. Но вёл их не отчаявшийся беглец. Вёл их человек с холодным, расчётливым взглядом и навыком [Подстрекательство Lv.4]. Его звали Глеб. И он шёл прямо к «Улью», умело обходя природные ловушки и мановые аномалии, словно у него была карта.

Шпион. «Химера» решила действовать тоньше — не посылать солдат, а подослать агента, чтобы он изнутри разложил хрупкую общину Захара или выведал её слабые места.

Захар открыл глаза. Его первым порывом был простой и жестокий — встретить их в тоннеле и стереть в порошок. Его новая сила жаждала применения.

Но он остановил себя. Он был Хозяином. Лидером. Он не мог всегда решать проблемы одним лишь насилием. Ему нужно было думать стратегически. Политически.

Он собрал всех у ядра. Люди пришли испуганные — его вызов был недвусмысленным и властным.

— К нам идут гости, — без предисловий начал Захар. Его голос, усиленный акустикой пещеры, звучал как глас судьбы. — Шесть человек. Их ведёт шпион гильдии «Химера».

В толпе прошёл испуганный ропот.

— Что будем делать, хозяин? — выступил вперед Петрович. — Выкурим их? Устроим засаду?

— Нет, — ответил Захар. — Мы их впустим.

Наступило изумлённое молчание. Даже Света смотрела на него с непониманием.

— Но они... они же предатели! — выкрикнул кто-то.

— Они — инструмент, — холодно парировал Захар. — «Химера» хочет узнать наши слабости. Хорошо. Мы покажем им... именно то, что они хотят увидеть. Мы покажем им слабых, напуганных людей, едва сводящих концы с концами. Мы спрячем нашу истинную силу. — Он обвёл взглядом своих людей. — Это будет испытание для всех. Игра. Самая опасная игра. Сможете ли вы лгать? Сможете ли вы притворяться? От этого зависит жизнь каждого здесь.

Он видел страх в их глазах. Но видел и доверие. И решимость.

— Я буду вашими глазами, — сказал он. — Я буду шептать вам на ухо через камни, предупреждать об опасности, направлять ваши действия. Слушайте меня. Доверьтесь мне.

Он разработал план за несколько минут. Дети должны были играть роль голодных и запуганных. Света — уставшей и перегруженной хозяйки. Петрович — скептичного и недовольного «старосты». Остальные — массовкой, погрязшей в бытовых проблемах. Все ценные находки, кристаллы, работающие системы — всё было спешно упрятано в потайные ниши, которые Захар активировал с помощью ядра.

Когда Глеб и его «несчастные беглецы» наконец вышли в главный зал, их встретила убогая картина. Полутёмная пещера, задымленный костёр, горстка измождённых людей в лохмотьях. Захар сидел в стороне, на вид такой же истощённый и подавленный, как и все.

Глеб играл свою роль блестяще. Он раздал принесённую еду (отравленную, как сразу же определил Захар своим [Иммунитетом]), рассказывал жалостливые истории, оглядывал пещеру оценивающим, хищным взглядом.

— Тяжело вам тут, братцы, — вздыхал он, — одни, без защиты, без сильного лидера...

— Да мы тут как-то сами, — бурчал Петрович, следуя указаниям Захара, которые тот транслировал ему прямо в ум через лёгкую вибрацию камня под ногами. — Кое-как выживаем.

Захар наблюдал. Его [Всевидящее око] и [Эмпатия Lv.8], усиленная титулом, считывали каждого. Он видел настоящий страх в сердцах пришедших изгнанников. Они были пешками. И видел холодный, расчётливый ум Глеба. Он искал бреши. И нашёл их.

Его мишенью стала Света. Он увидел в ней слабое звено — самую человечную, самую мягкую.

Вечером он подошёл к ней, когда она раздавала скудную похлёбку. — Сестренка, да ты тут просто свет в оконце, — сказал он, подобострастно улыбаясь. — Такая хрупкая, а за всеми ухаживаешь. И ведь целительница, да? Ценная ты... очень ценная. Не место тебе тут, в этой грязи. У меня есть друзья наверху, в хорошей гильдии... могли бы тебя пристроить. Спасти.

Света замерла. Захар, наблюдавший через камень, почувствовал её замешательство, её мимолетное искушение — ведь это был шанс вернуться к нормальной жизни.

Но она посмотрела на Лену и Мишу, которые жадно ели свою порцию, на Петровича, чинившего ботинок, на Захара, сидевшего в тени с закрытыми глазами.

— Я уже спасена, — тихо, но чётко сказала она. — И моё место здесь.

В ту ночь Глеб решил действовать. Его цель была ясна — похитить целительницу. Ценный трофей для «Химеры». План был прост — поджечь запасы дров, создать панику и в суматохе вывести Свету.

Захар знал о плане еще до того, как Глеб шепнул о нём своим подручным. Он читал его намерения, как открытую книгу.

Он позволил им начать. Позволил огню вспыхнуть. Позволил панике охватить его людей — на этот раз не наигранной, а самой настоящей.

И только когда Глеб схватил Свету за руку и потащил к выходу, Захар открыл глаза.

И активировал [Власть над слабыми].

Это был не физический удар. Это была чистая воля, усиленная мощью ядра и его титулом. Она ударила по Глебу и его сообщникам, парализуя не тела, а самые их души. Они застыли на месте, не в силах пошевелить ни пальцем, охваченные животным, парализующим ужасом перед силой, которая внезапно обрушилась на них.