Клеймо отверженного

Прелюдия

Егеря приходили. Вчера. Без Айлис.

И утром он чувствовал, что вроде как, в общем-то, даже выспался… Впрочем, можно ли полдень назвать утром?.. А разбудил его деликатный стук в дверь.  Вион чуть подождал, ожидая , а вдруг уйдут, но стук повторился. Не Спайк точно – этот наглец осмелел уже настолько, что барабанит совсем иначе, запросто. Ничего, после сегодняшней ночи… ну, той, которая уже закончилась… вероятно немного одумается.

За дверью стоял стюард, с приглашением от госпожи Управительницы, присоединиться к ней на конную прогулку…

Вот это я понимаю: скорость! Вложили. Быстро и качественно! Кто-нибудь сомневается что именно сейчас ему поставят на вид? Правильно: гвардейцев Айлис и попорченный (слегка) парк… Ладно. Там будет видно.

Встретились на подъездном крыльце. На Кее: шикарный охотничий костюм, светло-бежевый и плащ, цвета тёмного изумруда, густо расшитый золотистыми травяными узорами. И вся, как и прежде, бесподобна. Мёд с ивовой корой – прикосновение губами к её руке подарило ему её вкус. Загадочна и невероятно прекрасна, обаятельна и слегка насмешлива. Ей придерживали лошадку – серую в яблоках кобылку, – и Кея без чьей либо помощи взлетела в седло. Виону подвели гнедого жеребца, и ему пришлось догонять молодую женщину, направившую свою кобылку трусцой по выездной дорожке.

Лошади резво несли их: мимо «конфетного» домика, мимо парков, лужков и прочего – к вратам ведущим из Крепости. Да, точно туда!.. Едут, бок о бок, в лёгком, не напрягающем молчании, лишь Кея изредка на него поглядывает с этаким вопросительным прищуром, словно проверяет его волю: а не начнёт ли оправдываться… И это их молчание, это не робость и не отчуждение – оно словно некая их обоюдная тайна, имеющая свой отдельный сладкий и пряный привкус. Тайна объединяющая их…

Без задержек они ввинчиваются в горный тоннель, проезжают его и выкатываются на ароматную зелень долины, залитую полуденным солнцем. И всё вокруг полно жизни. Знойно, оглушительно стрекочут кузнечики, россыпи полевых цветов ласкают глаза яркими на зелени красками.

До стены леса они доезжают без спешки. А там, Кея ставит портал – он у неё как обод из волнующегося стекла… И с «той стороны» снова лес, но уже с нотой какого-то тропического уклона – его обволакивает ароматами экзотических цветов с преобладанием медовых нот… И Вион вдруг чувствует Тайну – ему кажется… что вот ещё чуть-чуть… и он поймает её за вуаль. Заглянет под её покров – и поймёт что-то важное!..

Кея сбивает его с волны, проводя сквозь очередной портал. И лес почти сразу сменяется раздольным полем, бугрящимся небольшими пологими холмами. Тут никакого намёка на дорогу, и их лошади идут по полю как придётся, собирая брюхом пыльцу с травы.

На одном из всхолмий Мейл-ри решила сделать передышку. Спешилась, отпустила лошадку гулять, невозмутимо дождалась когда Вион примнёт траву и расстелет для неё свой плащ. Присела, не глядя на лазутчика, опустившегося рядом на траву…

Молчат. Кея Мейл-ри смотрит на небо, Вион на Кею. Небо – синевато-лазурное, исполненное величественности и глубины; белые пушистые глыбы облаков дрейфуют по небесной глади как исполинские галеоны. А Кея Мейл-ри – прекрасна… так, как только может быть прекрасна красивая женщина в состоянии переживания своей женственной полноты.

Ей не мешает его взгляд, она мечтательно всматривается в сине-голубую бесконечность неба. И Вион, сдавшись, следует её примеру…

Небо опускается на них всем бескрайним величием природы. Его тишина и объём – Вион снова чувствует приближение Тайны… сокрытой за его лазурной маской. Небо легло на них, погружая в свои незримые воды…

Не отрывая глаз от синевы, Кея заговорила:

- Когда-то, я попросила одного моего знакомого научить меня быть ребёнком…

Она неспешно перевела взор на Виона, словно ожидая, что он угадает продолжение – Чарующий взгляд, чарующих глаз; чуть удивлённый, слегка невинный, немного требовательный и до предела женственный.

Лазутчик качает головой:

- Моё детство, было слишком… не детским. Но, вероятно, твой друг посоветовал тебе смотреть на облака?

- Он научил меня этому.

- Научил?

- Пробовать реальность на вкус, - пояснила она. – Настоящую реальность.

- Например?

- Например: два разных человека, с разными жизненными убеждениями, станут по-разному оценивать одно и то же событие, факт или обстоятельство. Наши сенсорные органы собирают для нас информацию, но оценка её у каждого происходит по-разному… С чего ты взял, что кто-то из нас вообще имеет право утверждать, что знает какова она – реальность вокруг него?!. Мы не знаем. Мы не знаем какова она, внешняя реальность на самом деле, потому что наши чувства, убеждения и наш жизненный опыт, выстраивают у нас в голове собственную карту окружающего. И каждый человек, в нашем море-жизни двигается по собственно-написанной карте, набивая собственные шишки о собственные рифы. От того-то все люди и разные, нет двух одинаковых… Но чья-то карта лучше, а чья-то хуже. А вот ты – претендуешь на то, чтобы самостоятельно и осознанно изменять свою карту. Пусть даже пока, делаешь это не ради нашей борьбы, а лишь в желании обрести большую свободу действий и возможностей. Изменяясь, ты, в первую очередь, учишься воспринимать окружающее без искажений, во всей его полноте – на сколько это тебе доступно.